Литерсум. Поцелуй музы, стр. 34

Лэнсбери неодобрительно сдвинул брови, но кивнул, хотя Сефтон не мог его видеть.

– Хорошо. Посмотрим, что из этого выйдет. Пожалуйста, вышлите мне все детали через сервер Метрополитена. Спасибо.

– Будет сделано. Всего хорошего. – Послышались гудки, когда Сефтон сбросил звонок.

– Ты звонил по этому вопросу в обед? – спросила я Лэнсбери.

Он кивнул.

– Что-то в крови на книгах в вашей квартире мне показалось странным. Я все это время не мог понять что. Но когда я посмотрел на суп, на красный… Цвет не соответствовал. Он был другим, не как у настоящей крови. Поэтому я попросил лабораторию еще раз проверить ее. Если бы преступник использовал искусственную кровь на всех местах преступлений, это и было бы связью. Но теперь это просто еще одна загадка. – Он провел рукой по волосам. Мне было больно видеть его таким разочарованным.

– Не совсем, – сказала Эмма, и все направили взгляд на нее. – Подумайте хорошенько. Искусственная кровь и профессиональная помада? И то и другое относятся к одной группе профессий. Актеры, ведущие… и все в этом роде. Кто знает, может быть, и на первом месте преступления что-нибудь найдется. Тогда у нас будет еще одна связь. А если им удастся идентифицировать ДНК, это будет даже указывать на убийцу или убийц. Конечно, в Лондоне огромное количество людей, у которых есть доступ к чему-то подобному. Поэтому это не станет прорывом, но помочь тем не менее сможет.

– Это снова означает продолжать ждать, – сказала я. Мои надежды, вспыхнувшие во время телефонного звонка, растворились в воздухе.

– Пока у меня для вас другое задание, – сказал Лэнсбери. – Кажется, что в смертях виновен кто-то из Литерсума. Пусть прямо или косвенно, но у нас было бы больше шансов, если бы мы знали больше о том, как устроен Литерсум. Как работают переходы из реального мира в Литерсум, кто вообще может это делать, у кого есть доступ к заданиям муз и так далее. Вы втроем можете составить список со всем, о чем вы знаете?

– Это будет чертовски короткий список, – пробурчала я.

Лэнсбери подбадривающе улыбнулся мне.

– Важна каждая мелочь.

– Хорошо.

Он принес нам бумагу и ручки, и мы начали дискутировать и записывать. Многого рассказать мы не могли. Я знала меньше всех, Эмма чуть больше, а вот Тия стала для нас настоящим источником информации. Эмма смотрела ей в рот, когда та подробно рассказывала о Книриле, особенно о создателях, которые являлись потомками союза женщин и положительных персонажей мужского пола. Мужской аналог муз. Они создавали идеи, которые потом распределяли музы.

Постепенно нам удалось составить небольшой, но информативный список, который мы снабдили комментариями.

Мы с Эммой перечитывали список. Особенно ту часть, которая рассказывала, что Книрил может беспрепятственно путешествовать по Литерсуму, используя дверь любого книжного магазина или библиотеки и название конечного пункта. Утверждение обратного было самой настоящей ложью. Даже Тия не знала об этом. Она знала только, что через узловой пункт можно было попасть прямо в управление, для чего там имелось отдельное здание.

Я разозлилась из-за того, что не расспрашивала об этих вещах раньше. Если Литерсум на самом деле функционировал не так, как нам объяснили, вполне возможно, что и относительно природы антимуз многие вещи все еще оставались в тени. Но зачем это все? К чему эти насмешки и полуправда?

– Наверняка есть еще много информации, о которой нам неизвестно. Возможно, того, что необходимо нам для разгадки, нет в этом списке, – сказала я огорченно. Я потерла плечи, чтобы отогнать охвативший меня холод. У меня появились сомнения, что нам удастся решить эту загадку.

– А меня злит, что я не узнала раньше о путешествиях между мирами, – пробурчала Эмма.

Я положила руку ей на плечо.

– Это не твоя вина! Если бы хоть одному человеку было под силу понять структуру целой вселенной, сегодня, возможно, мы бы действовали иначе. Мы были слишком доверчивы. Теперь же мы знаем, что должны использовать наши возможности в будущем.

Эмма слабо улыбнулась. Это было лишь начало.

– Почему миссис Пэттон соврала нам? – Она провела пальцем по пунктам нашего списка.

– Может, для того, чтобы держать нас на коротком поводке? Представь, если бы мы знали, что можем добраться не только до любого места в Литерсуме, но и во всем мире, – сказала я и хитро ухмыльнулась. Но улыбка быстро сошла с лица, я почувствовала себя преданной.

– Возможно, мы и не узнали бы об этом, если бы мне не поручили задание во Флоренции. Или если бы я рассказала тебе, что мне сказал мистер Пэттон. Он дал мне разрешение и билеты. Если бы ты это знала, ты бы не вступила в разговор с той девушкой.

– Тогда тот факт, что я была слепой и не заметила билеты, и поэтому решила переспросить, можно считать счастливым стечением обстоятельств. – Я пожала плечами. Эмма посмотрела на Тию и кивнула.

– Вы правда еще ни разу не были в управлении? – поинтересовалась Тия.

Мы с Эммой дали отрицательный ответ.

– С того момента, как миссис Пэттон посетила нас, все вопросы решались через наставников. Нас никогда туда не приглашали, – объяснила я.

Тия выглядела очень злой. Она сжала руки в кулаки.

– Этой женщине должно быть стыдно, что она так с нами обращается и разделяет нас. Я была всего лишь раз в управлении и совсем недолго. После того как миссис Пэттон рассказала о моем «даре», она пригласила меня на собрание, которое посетили все флеши моего возраста. Она еще раз объяснила нам, кто мы, как работают наши способности и кто еще принадлежит Книрилу. К тому же она предупредила, чтобы мы держались подальше от антимуз, потому что те приносят одни лишь проблемы. Наверное, она говорила это всем. Кроме вас, конечно. Я не понимаю, ведь вы такие… милашки. – С покрасневшими щеками она посмотрела на Эмму, которая, заметив это, сразу же отвернулась. Она стеснялась?

– В управлении, – продолжила Тия, – работает много сотрудников. Но как именно распределяются задания, я, к сожалению, не знаю. Об этом знают лишь работающие там люди. Начальство и Мнемозина. Флеши и блокады не получают задания, поэтому я даже не знаю, как на них составляется досье. «Хороших» муз и создателей я видела только издалека. Так же, как и блокад. Разные группы обычно держатся отдаленно друг от друга. Миссис Пэттон считает, так будет лучше для сохранения равновесия. Что бы это ни значило. Кто знает, как далеко она может зайти, чтобы сохранять это равновесие?

Я покачала головой.

– Миссис Пэттон, может, и врушка, но убийцы? Представить не могу.

– Это вообще возможно? – спросила Эмма. Она показала на список. – Персонажи могут убить кого-то внутри и вне Литерсума?

– Они могут заводить с людьми детей. Так почему они не могут никого убить? – бросила Тия.

– Я спрошу Тома. Может быть, он знает.