Хроники семи королевств: Древняя кровь , стр. 120
– Иди сюда, урод, я ещё подправлю тебе рожу, – процедила Эрминия, смотря в его раздробленное лицо.
Она скрестила горящие кистень и булаву и стала вымеренными шажками подбираться к врагу. Он же, выставив перед собой секиру, медленно пятился назад.
– Оригинально, – с ленивой ноткой изумления произнёс Леонардо, взглянув на вампиршу. – Твоя проницательность воистину удивительна, – чёрный маг в одно мгновение оказался около Лайлы и быстро коснулся её лба ладонью. – А что ты будешь делать теперь? – он усмехнулся, и снова материализовался на краю стола.
Погрузившийся в кромешную тьму взор принцессы низверг её в ужас. Без возможности фокусировать взгляд на объекте, Лайла не могла удерживать пламя на оружии, как и использовать огненный поток, не зная, где цель. Неужели он её ослепил? Зловещая мрачная тишина не предвещала ничего хорошего.
– Эрми… – растерянно прошептала вампирша, но не услышала своего голоса. – Эрми?! – более громко повторила она, ощутив вибрацию в груди. Осознание случившегося ужаснуло Лайлу, и она, обессиленно опустив руки, замерла. Некромант лишил её не только зрения, но и слуха.
Едва колдовской огонь потух, драугр неожиданно бросился в атаку, сбив Эрминию корпусом. Коснувшись пола, северянка сразу же откатилась в сторону. Секира вонзилась в мраморную плитку, и лицо девушки обожгла разлетающаяся каменная крошка. Она вскочила, чувствуя, как в теле забередили все её прежние ранения, особенно заостривший болью бок. Не давая Эрминии опомниться, воин продолжил натиск. Сделав обманный выпад, он вдруг внезапно разделил секиру на два боевых топора и атаковал северянку. Один из них она инстинктивно отразила булавой и отпрыгнула назад, ощущая, как в сантиметре от её живота пронеслась дуга второго. Ещё бы чуть-чуть, и девушка, позорно роняя кишки, упала бы к ногам варвара, на радость Леонардо.
В коридоре, за закрытой дверью послышался приближающийся голос Винсента.
– Не знаю, Ирли, – взволнованно говорил он. – Придумай что-нибудь. Скажи, что гостящая у нас театральная труппа репетирует сцену сражения. Если надо, угости всех дорогим вином. Пусть всё обойдётся без стражи и паники. Не хватало ещё замарать репутацию из-за пьяной драки, – дверь распахнулась, и хозяин «Жемчужного дола» замер на пороге. – Что бы тут ни происходило, я не дам вам разносить мою гостиницу!
– Не думал, что моя скромная персона вызовет такой ажиотаж, – произнёс чернокнижник, пригубляя бокал вина. – Заходи, не стесняйся, – дверь захлопнулась, втолкнув Винсента в банкетный зал.
Оказавшись внутри, он замер, ошарашенно вращая глазами. Одна из его постоялиц сражалась с каким-то громилой, другая на ощупь шла вдоль стены, а на столе сидел умиротворённый незнакомец.
– Немедленно прекратите! – багровея от негодования, приглушённо крикнул Винсент. – Что за балаган вы тут устроили?!
– Какая оскорбительная метафора, – непринуждённо заметил колдун.
– Вы, вообще, кто такие и как сюда попали? Убирайтесь прочь, пока я не позвал стражу! – к сожалению, слова мужчины остались неуслышанными, почти полностью утонув в звоне оружия.
Рассерженный Винсент покачал головой и, развернувшись, намеревался выйти в коридор, но дверь не поддалась.
– Заперто? – недоуменно проговорил хозяин гостиницы, зная, что входы в банкетные залы не оборудованы ни замками, ни засовами. – Ничего не понимаю, – он обернулся, узрев насмешливо изогнутые губы незнакомца в мантии.
– Я не разрешал тебе уходить… – покачал пальцем Леонардо.
Лайла, перебирая ладонями по каменной кладке, осторожно двигалась вдоль стены. Ни проблеска света, ни единого шороха. Лишь бескрайнее чёрное безмолвие. Даже самой непроглядной ночью вампирическое зрение позволяло ей различать серые контуры окружения. Но, лишённая возможности видеть и слышать, тёмная сущность бессильно отступала, заставляя разум гадать: что же происходит вокруг? Беспомощность и неведенье, словно яд, разносили по телу мучительный липкий страх. В ногах застыла неприятная слабость, а рисовавшиеся во тьме жуткие картины только усугубляли положение. Возможно, Эрминия пала от руки воина и сейчас он безжалостно заносит секиру уже над её головой…
Испугавшись собственных мыслей, Лайла прикрыла рот ладонью, и внезапно ей стало стыдно. Будучи обычными людьми, её друзья отважно сражались против заметно превосходивших их числом разбойников и победили, выбив из чужих лап своё право на жизнь. Не дрогнули они и перед колдуном с невиданной ранее магией. Неужели она так просто сдалась, безропотно ожидая, когда незримый палач решит её судьбу? Неужели весь пройденный путь напрасен? Принцесса почувствовала строго нахмуренные брови. Гнев… Если его мимолётная вспышка неосознанно исцелила порез, то на что способна настоящая ярость? Вампирша освежила в памяти все худшие воспоминания, ощущая, как её душу заполняет всепоглощающий огонь.
Сверкнувшие дуги лезвий рассекли пустоту, едва не зацепив отскочившую Эрминию. Северянка ответила косым ударом булавы и вновь увернулась от вражеского выпада. Темп схватки заметно ускорился – руки девушки мало-помалу наливались свинцом. Даже техника выравнивания дыхания не могла уберечь тело от предательского утомления. Драугр же бился, не зная устали. Ни тяжёлые латы, ни интенсивные движения никак не обременяли его: ни малейшего намёка на медлительность или одышку. Затяжной бой с каждой минутой становился всё опаснее, и теряться в поисках разумного объяснения аномальных способностей Грока было совсем некогда. Эрминия сфокусировала всё своё внимание на взгляде и топорах противника, предупреждая каждое его действие и тщательно продумывая каждый шаг. Однако время играло против неё, а, значит, положение могли спасти лишь неожиданные и отчаянные меры. Вытекший глаз драугра образовывал слепое пятно с правой стороны, и северянка, отбив очередную атаку, воспользовалась этой возможностью, заплатив за неё последними остатками сил.
Обрушившийся на Грока шквал прямых ударов заставил его принять оборону, но мелькнувший сбоку кистень драугр заметил слишком поздно. Свистящий шар облетел вокруг его головы и удачно зацепился шипом за ранее закрытое забралом отверстие шлема. Быстро сориентировавшись и не давая цепи провиснуть, Эрминия рванула кистень на себя. Голова воина с хрустом повернулась задом наперёд. Видя одновременно спину и окровавленное лицо громилы с безумно дёргающимся глазом, стоявший у двери Винсент упал в обморок. Грок, хаотично размахивая оружиями, закружился, превратив себя в надвигающийся смертоносный вихрь. Так, при каждом обороте, он мог отслеживать местонахождение северянки. Ещё не решив, как одолеть непредсказуемую круговерть топоров, девушка попятилась назад. Довольный своим творением, Леонардо злорадно ухмыльнулся. Вдруг на кистене с булавой вновь вспыхнуло пламя, и ликующая гримаса некроманта сменилась неподдельным изумлением. Колдун оглянулся на Лайлу, снова стоявшую, сосредоточенно направив ладони на Эрминию:
– Любопытно, каким образом ты смогла снять проклятие…
Драугр опасливо остановился и, не в силах оторвать свой единственный глаз от огня, рефлекторно скрестил топоры для защиты. Посмотрев на его неестественно выгнутые назад руки, северянка резко метнула булаву ему