Весна в душе, стр. 67
По залу пробежал ропот. Мнение знати откровенно разделилось на тех, кто поддерживал принцессу, и тех, кто не очень рад был разделять её позицию.
- Тем самым ничего не изменится, - продолжала говорить Ирена. - Угроза, если таковая есть, как вы считаете, стоит гораздо выше. К тому же... я не могу никак понять, зачем обвинять одного несчастного человека во всех грехах и заставлять его брать на себя вину многих? Ведь он всего лишь выражает мнение части парламента, которая не очень рада признавать за мной право наследия английской короны. Неужели для кого-то из вас это секрет?!
Девушка обвела внимательным взглядом совет, многие лорды отвели глаза, чтобы не встречаться с нею взором, тем самым подтверждая, что Кеннеди не одинок в своём стремлении сменить власть.
- Или кто-то думает, что, отрубив ему голову, мы уничтожим окружающее нас зло? Это бред! Это невозможно! Подумайте, - обратившись уже к зрительному залу, воскликнула принцесса. - Зачем Англии эта смерть? Отчего вы решили, что виконт Грендбер - злой персонаж в моей жизни? Или, быть может, в вашей жизни? Только лишь потому, что когда-то на большой дороге он отнял у вас кошелёк? Да таких бандитов в нашей стране больше, чем представителей дворянства сейчас сидит здесь! Неужели вы не желаете увидеть в нём хоть что-то хорошее? Неужели тот, кого вы зовёте Чёрным Джоном, не человек?!
- Этот «человек», как Вы изволите говорить, Ваше Высочество, - вставил слово прокурор, воспользовавшись паузой в речи Ирены, - совершил преступление, пойдя на государственную измену.
- Не совершил, господин прокурор, - сдвинув брови, повернула к нему голову принцесса, - а лишь пытался выполнить задуманное. И то, эта попытка - попытка остановить меня во время конной прогулки - не является доказательством того, что Джон Кеннеди хотел отнять у Англии её наследницу. Кто вам сказал, что у него была цель убить принцессу Уэльскую? Кто вам вообще сказал, что он знал, с кем имеет дело?
- Видит Бог, такой цели у меня и в мыслях не было, - пробормотал Кеннеди, но слова его отчётливо разнеслись по зале суда, поскольку в ней царила гробовая тишина.
Ирена обернулась к бандиту и сделала несколько шагов в его сторону, при этом тихо, словно только сейчас догадавшись, что происходило на побережье в самом деле, произнесла:
- Судя по тому, что я видела своими глазами, люди Чёрного Джона не знали, кого именно встретят на берегу Темзы... Они никак не ожидали увидеть отряд Лесных стражей, ныне рыцарей Красного ордена, и королевскую гвардию, охранявших меня. Оттого и бросились врассыпную, спасая свои шкуры... - взгляд Ирены остановился на круглом лице подсудимого виконта. - Ведь Вы ничего им не сказали, да? Они не знали, на кого охотятся? Помните, днём ранее мы столкнулись в Лондоне с Вашей правой рукой, когда он пытался остановить меня, только я была в простом платье. И, обращаясь ко мне, Ваш человек называл иное имя. Значит, ни Вы, ни Ваши разбойники не знали, кто перед вами!
- Верно. Накануне никто ничего не знал, - понимая, что принцесса этой полуправдой выгораживает его причастность к заговору, подтвердил Кеннеди так, что сам и не солгал даже.
Ирена чуть заметно, одними ресницами кивнула. Чёрный Джон понял её. Оставалось лишь убедить в этом неведении остальных.
- Простите, Ваше Высочество, не могу взять в толк, почему Вы защищаете виконта... - пожав плечами, произнёс прокурор.
- Я его понимаю, - сухо ответила девушка. - И, кажется, понимаю, почему всё так нелепо получилось.
- Понимаете? - поднял брови прокурор. - Тогда просветите и нас, пожалуйста.
- Хорошо, - кивнула Ирена. - Давайте вернёмся в прошлое. На 25 или 26 лет назад. В маленькую деревеньку, где на свет появился наследник виконта Грендбера, первенец, мальчик. Неужели у него на лбу было написано, что он станет разбойником?! Неужели вы верите, что он появился на свет в маске и с пистолетом? Так не бывает, господа! - впервые за речь голос девушки дрогнул, но она продолжала громко и отчётливо вещать: - А теперь давайте подумаем, в каком окружении растёт этот мальчик... Интриги, древние семейные распри... Его учат лгать и ненавидеть. Зачем? Потому что так принято. Принято в нашем обществе! И потом вы удивляетесь, что он выходит на большую дорогу, желая показать свою силу ближним? Пусть ребёнка учат ненавидеть лишь одну семью, один клан, который причислен к вражескому, Бог весть по какой причине. Но в скором времени чувства вседозволенности и безнаказанности возьмут верх, и он станет играть с судьбами и жизнями уже не только представителей одной семьи, которую его учили ненавидеть, а с любыми людьми, кого встретит на своём пути! Ненависть имеет свойство распространяться и уходить за рамки межклановой вражды, господа.
Зал притих. Сотни глаз смотрели на принцессу, внимая её словам.
- Вот так мы с вами и получаем преступников. Воров, бандитов и убийц без страха перед виселицей и слова чести. Изгнанников общества... И идёт такой человек по намеченному пути, хотя в душе, может быть, вовсе этого не желает! Просто выбора иного у него не остаётся. Сколько незаконнорожденных и младших сыновей высшей знати пропало на больших дорогах Англии? От скольких просто отказались родители? Что заставило Джона Кеннеди примкнуть к ним, мне неизвестно. Да, он был первым и единственным сыном своего отца, поэтому сегодня мы судим не просто разбойника, а лорда по праву! Но ведь это значит, что и слово «честь» для него не пустой звук. Верно?
Принцесса обвела дворян взглядом. Её слушали внимательно, затаив дыхание, все, включая кавалеров Ордена Подвязки.
- Каждый из нас по-своему хорош. Я верю, что в каждом есть частичка света, которая называется «душа». И никто не вправе отнять у этой души тела. Никто не вправе разлучить их, если человека создал Бог! А то, что виконт Грендбер - тогда в августе