Игры в воскрешение, стр. 71

Скорее неглиже, чем платье. Сверкающая белая материя, низкое декольте со свисающей бахромой и длинный разрез, который обнажал ее левую ногу до самого бедра. По тому, как оно облегало ее фигуру, Грэм догадался, что нижнего белья на ней не было.

У нее было только два маленьких недостатка, иначе бы она точно потянула на десятку.

Ее лицо было длинновато. Не настолько длинным, чтобы его можно было назвать лошадиным, но из-за этого ее нельзя было назвать безупречно красивой.

И она была беременна. Срок небольшой, но достаточный для того, чтобы живот уже начал выделяться под обтягивающей тканью платья.

Грэм прекрасно понимал, отчего вздулась ширинка его штанов, когда он поднимался от стойки бара, поэтому застегнул куртку в надежде прикрыть ее.

Патриция взяла его за руку.

– Бр-р-р, – сказал, улыбаясь, Грэм. Она засмеялась.

– Холодные руки, зато горячее сердце. Пока они пробирались к выходу, он думал о том, как ее холодные руки будут ласкать его разгоряченное тело.

Они прошли через холл отеля и вошли в один из лифтов. Он был пуст. Патриция нажала кнопку второго этажа. Взглянув на него, она облизнула губы.

– Я готова проглотить тебя, – сказала она.

– Господи, – вымолвил Грэм.

Двери лифта раскрылись. Она провела его по коридору и открыла дверь с номером 218. Грэм вошел первым. Когда она закрыла дверь, комната погрузилась во мрак, не считая слабой полоски света, пробивающейся из стеклянных дверей в дальнем конце номера.

Она приблизилась к нему. Грэм почувствовал ее упругую грудь и живот на своем теле, когда она крепко прижалась к нему. Он поцеловал ее длинную холодную шею. Его рука скользнула ниже, достигнув разреза на ее платье. Он ласкал ее бедро, запустив руку под струящуюся ткань и нащупав упругую выпуклость ее ягодиц.

Она отстранилась от него, и Грэм удивился: что он сделал не так? Но только на секунду. Потому что затем она начала раздевать его: сначала сняла куртку, затем расстегнула рубашку и ремень, перешла к пуговице на брюках, потом медленно потянула вниз “молнию”, склоняясь все ниже, пока стягивала его брюки и нижнее белье.

Грэм извивался от прикосновений ее губ и языка.

– Великолепно, – прошептала она и поднялась. – Иди в ванную.

– Ладно. Но зачем?

– Люблю заниматься этим в душе. – Она кивнула в направлении темного дверного проема. – Я буду через минуту. Пойду налью нам чего-нибудь выпить и принесу туда.

“Невероятно”, – подумал он.

Сняв ботинки и носки, он отбросил ногой болтающиеся на лодыжках трусы и прошел в ванную.

Включив свет, он на секунду зажмурился, ослепленный его яркостью, потом взглянул на себя в зеркало.

Оттуда на него смотрел явно взволнованный молодой человек.

“Успокойся, парень”.

Господи!

Тряхнув головой, он ухмыльнулся самому себе. Во рту у него пересохло, и Грэм подошел к раковине и открыл кран. Он пил воду, зачерпывая ее ладонью.

Напившись, выпрямился и закрутил кран. Вытерев мокрую руку о живот, он вновь взглянул на себя в зеркало и тряхнул головой.

Этого не может быть.

Но это так.

Дрожа, Грэм подошел к ванне. Открыв кран, он подождал, пока пойдет горячая вода, а затем включил душ. Секунду шла холодная вода, но затем она вновь стала теплой и приятной. Он залез под душ и, прикрыв запотевшую дверцу душевой кабины, стал ждать, стоя под обжигающими струями.

Она любит заниматься этим в душе.

Сначала мы вымоем друг друга.

Он живо представил себе ее покрытые мыльной пеной руки, скользящие по его телу в то время, как он ласкает ее намыленные груди.

Грэм тяжело задышал, увидев ее неясный силуэт сквозь дверцу душа. Он мог различить только розовые очертания ее тела.

Дверца распахнулась.

Он увидел молоток в ее поднятой руке.

Затем он увидел лицо, выглядывающее из-за ее плеча. Выпученные глаза уставились на него, а толстые губы растянулись в злорадной ухмылке.

Молоток опустился на его лоб. Грэм упал, ударившись затылком о край ванной.

На секунду к нему вернулось сознание, и он услышал голос Патриции, произнесший:

– Закрой кран.

Душ выключился.

Обе фигуры, казалось, фосфоресцировали голубоватым светом, вступив в ванну. Оба были обнажены.

– Обработай рану, дорогой, – сказала Патриция. – Нам не нужно, чтобы он потерял всю кровь.

Она склонилась над ним.

Они оба склонились над ним.

Грэм почувствовал их зубы.

* * *

– Хорошо, – сказала Вики. – Вот мы и на месте. – Она закрепила свое весло в уключине. Пол сделал то же самое. Лодка тихо плыла по воде, серебристой от лунного света.

Пол через плечо взглянул на нее.

– На каком месте? – спросил он.

– Это особенное место.

– Мы просто на середине реки.

– Вот именно.

Она наклонилась к нему. Лодка слегка качнулась, когда она привстала. Пол повернулся.

Встав на колени, она расстелила покрывало и легла на него. Приподняв голову, Вики призывно посмотрела на Пола.

– Что ты еще задумала? – спросил он.

– О, это ты должен придумывать. Вики повернулась на бок, и Пол растянулся рядом с ней.

– Надеюсь, нас не задавит моторная лодка, – прошептал он.

Они придвинулись ближе, пока их тела не коснулись друг друга.

– Я всегда мечтала об этом, – сказала Вики.

– Ты любительница приключений, прямо как Геккельберри Финн.

– Геку Финну до меня далеко.

Просунув одну руку под спину Пола, второй рукой она обвила его шею и покрепче прижалась к нему. Она чувствовала, как бьется его сердце, и ощущала его легкое дыхание на своем лице. Волна слегка приподняла лодку, развернула ее и плавно опустила вниз.

Что-то ударилось о корпус лодки.

Вики вздрогнула.

– Просто кусок дерева или еще что-нибудь, – успокоил ее Пол.

Вся сжавшись рядом с ним, она вслушивалась в тишину.

– Эй, что случилось?

– Что это было? – прошептала она.

– Сейчас проверим. – Пол хотел встать, но Вики вцепилась в него и не пускала. – Я не смогу посмотреть, что там, если ты будешь вот так висеть на мне.

– Не поднимайся.

– Вики.

– Пожалуйста.

– Хорошо. Боже, да ты вся дрожишь.

– Просто обними меня покрепче и не отпускай.

– Я сделаю еще лучше. – Он повернулся и накрыл ее своим телом.

– Нет! Ляг рядом!

– О, – пробормотал он. – Ну, Вики. Она попыталась уложить его рядом, но он вырвался и склонился над водой. Вики услышала всплеск, и Пол вытащил длинную ветку дерева. Секунду он держал ее над Вики так, что холодная вода струйками стекала ей налицо, а затем отбросил далеко в воду.

Сняв рубашку, он аккуратно вытер ею лицо Вики.

– Просто палка, – сказал он низким голосом, – а не Чарли Гейнс, который пришел за тобой.

– Извини меня.

– Не извиняйся.

– Я так ждала этого момента... Я представляла, как нам будет хорошо вдвоем.

Он скатал валиком рубашку и подложил ее Вики под голову.

– Просто лежи вот так, а я отвезу нас к берегу.

Может быть, кровать и не так романтична, но намного удобнее.

Она протянула руки и дотронулась до его груди.

– Я не хочу уплывать отсюда.

– Может быть, в следующий раз.

– И в следующий раз я буду бояться его. И через год. И через десять лет. Его никогда не найдут. – Она притянула Пола к себе. – Если Чарли охотится за мной, пусть приходит.

– Может быть, нам лучше пойти домой?

– Не думаю. – Вики зажала руками уши Пола и закричала в темноту ночи. – ЭЙ, ЧАРЛИ ГЕЙНС! ЭТО Я, ВИКИ! СЕЙЧАС ИЛИ НИКОГДА, ПРИЯТЕЛЬ! ИДИ И ВОЗЬМИ МЕНЯ, ИЛИ ОСТАВЬ МЕНЯ В ПОКОЕ НАВСЕГДА!

После этого они еще долго неподвижно лежали на дне лодки, вслушиваясь в тишину.