Тайный голос, стр. 32

— Я купила подарки тебе, твоему сыну, моей будущей невестке. Сколько сразу новых родственников появилось.

Улисс промолчал. Он решил продолжить разговор чуть позже, а не на ходу. Но Энн подумала, что он нарочно промолчал, так как этот намек на родственные связи счел неуместным. Ведь они не обсуждали своих дальнейших отношений. И за время ее отсутствия многое могло измениться.

Пока Энн была в Голливуде, она успела кое-что: потрудилась над сценарием, заработала хорошие деньги, чуть не откусила пенис самому Кристоферу Мегарджи. А что мешало Улиссу так же плодотворно провести время?

По дороге Энн, не выдержав, сказала:

— Давай колись. Какие новости? Начинай с плохих.

— Не знаю, плохая эта новость или нет. Я ухожу от тебя. То есть в плане новой работы. У меня интересное предложение по моей специальности. Ну, почти. Отдел по борьбе с терроризмом. Сперва под началом моего армейского друга, а потом у меня будет свой участок работы.

— Понятно. Тебя взяли на работу в ЦРУ. Что ж, я тебя поздравляю. Наверное, это хорошая новость для тебя. У меня не сформировалось пока мнения на этот счет. Впрочем, такой мужчина, как ты, должен делать что-то опасное и интересное. Я знала, что ты у меня не задержишься. Так, это мы обсудили. Теперь о главном. Встречи с женщинами в твоей новой профессии предусмотрены? Или я тебя больше не увижу?

— А ты бы хотела встречаться со мной?

Энн помолчала. Потом ответила:

— Сказать «да» — значит сказать слишком мало. Я скучала по тебе в Калифорнии…

Улисс свернул с шоссе на Мак-Лейн. По дороге он увидел маленькое французское кафе «Петушок». Остановив машину, он спросил:

— Выйдем ненадолго?

Энн кивнула.

Они сели за столик. Несмотря на начало дня, почти все столики были заняты. Наверное, Энн и Улисс попали на время ленча. Из проигрывателя в стиле тридцатых годов неслась какая-то французская песенка.

— Послушай, Энн. Я тут провел целое расследование. Ты сейчас обалдеешь. Знаешь, Пегги вовсе не Пегги…

— А Джулия Робертс. Послушай, что ты мне голову морочишь? Если мы расстаемся, то скажи так, чтобы я сдохла на месте, а не разводи сопли по скатерти. Ты же мужчина. Мужчина должен уметь бросать женщину. — Энн подняла голову, чтобы согнать слезы. Если бы она знала, что здесь ее ждет такая подлянка, то лучше бы она отсосала этому манерному снобу Крису и осталась на съемках. Конечно, Крис бросил бы ее через месяц. Но это так предсказуемо и потому даже не обидно. У него на лбу написано: бросаю всех! Но когда тебя бросает тот, на кого ты надеялась, как на ракету «Першинг», о ком мечтала, засыпая на душистых простынях королевской кровати роскошного отеля, вместо того чтобы развлекаться на всю катушку в калифорнийском беспределе, это удар покруче, чем отделение конфедератов во времена Линкольна.

Улисс не ожидал такого поворота.

— Не горячись, Энн! Хотя… Ты ведь хочешь сильных ощущений? Пожалуйста! Официант, выключите музыку. Дайте мне микрофон, я хочу сделать важное сообщение.

— Что ты придумал?! Агент Смит, вы забываетесь!

Улисс встал из-за стола, взял в руки микрофон и запел:

— Только ты — мой лунный свет в ночи.

Только ты — причина всех причин.

Я одну тебя люблю и навсегда я твой.

И потому прошу тебя:

Стань моей женой.

Только ты…

Все, кто сидел в зале, притихли. Тишина стояла минуты три. А потом все громко зааплодировали.

Улисс подошел к Энн и, встав на одно колено, протянул ей кольцо.

Энн покраснела.

— Может, тебе поехать к Кацу? Забей на этот отдел по борьбе. Станешь певцом, лучше чем Фрэнк Синатра. — Она надела кольцо на палец. — В самый раз. Надо же! Что значит профессионал!

— Так ты согласна или нет?

— А обычно девушки хватают колечко и отказываются? Конечно, согласна!

Они вышли из кафе и сели в машину.

— Послушай, Улисс. Если я приняла твое предложение, то зачем тебе куда-то съезжать? Ты просто переедешь с сыном из флигеля. А флигель мы оборудуем для гостей. Кстати, я заработала кучу денег. Свадьбу можно не откладывать.

— Надо подумать. А у меня встречное предложение. Может, свернем в отель? Дома как-то пока неудобно это делать, до свадьбы.

— Какой же ты ханжа! Это уже становится традицией — спать со мной в отелях. А ты уверен, что после свадьбы сможешь любить меня дома?

— Я буду любить тебя везде. И всегда. А еще обещай мне с завтрашнего дня начать писать настоящий серьезный роман. Как у Монроя, только лучше. Даешь Нобелевскую премию!

— А ты не будишь… Ну, это не заденет твоего самолюбия?

— У меня такая работа, что мне лучше оставаться в тени. И потом, когда я начну уезжать по делам, я всегда буду знать, чем ты занята. Пишешь книгу.

— И жду тебя, любимый.

— Скажи еще раз!

— Скажу, когда поцелуешь.

Они были счастливы. А тайный голос на этот раз просто помалкивал.

ЭПИЛОГ

Энн и Улисс поженились через несколько месяцев. Свадьба была скромная. Букет невесты отлетел в руки Рози. Но ребята дали слово пожениться не раньше чем через год. Кевин был рад, что не надо никуда уезжать. Он с блеском справился с ролью в пьесе Шекспира. И Уайн, приехавший на спектакль, сказал, что у него есть талант. Сам Уайн Рипепи с успехом играет на Бродвее — спектакль с его участием идет уже второй сезон. Сейчас он репетирует вторую пьесу, а на днях ему предложили сняться в кино у самого Тарантино. Роль, правда, эпизодическая, но очень колоритная. Возможно, за ней последует вторая, третья… Его жена во всяком случае в этом уверена. Модеста покрасила волосы в цвет осенней листвы, носит модные шмотки из художественных салонов и читает все театральные рецензии и статьи. Ее любимый критик — Сол Левин. Она неожиданно для себя познакомилась с ним на свадьбе у Энн и была очень счастлива. Эстер для всех неожиданно забеременела, и это событие обсуждалось на каждой нью-йоркской тусовке. Никто не знал, сколько Эстер лет, и потому догадкам не было конца до тех пор, пока у Эстер и Сола не родился прелестный мальчик Дэвид.

Энн все-таки познакомилась с Джулией Робертс. Это произошло на премьере нового фильма. Оказывается, актриса очень любит романы Ханны Дарси, и особенно ее книгу «Как покорить мужчину». Так что им было о чем поговорить.

Свой фильм Кристофер Мегарджи почему-то назвал «Когда ты уйдешь». Название дурацкое, но «Оскара» все равно ему дали за лучший сценарий и лучшее исполнение главной женской роли. Энн была на присуждении с Улиссом. Крис пригласил ее с мужем на банкет по случаю премии и был необычайно галантен. Самое удивительное, что одну из эпизодических ролей в этом фильме играла Ребекка Питер, мать баронессы Лилиан Васмут. Ходили упорные слухи, что немолодая актриса потеряла голову от какого-то восточного юноши и постоянно ссужала его деньгами, уверяя всех, что дает их на благотворительность. Баронесса почти год судилась с матерью, но отсудила только половину денег, так как другая половина исчезла в неизвестном направлении.

Это неизвестное направление очень заинтересовало Отдел по борьбе с терроризмом, знойный любовник престарелой актрисы оказался членом тайной террористической организации. Но это уже тема другого романа, и совсем не про любовь. А Нобелевскую премию присудили не Стиву Монрою, а другому, не менее талантливому писателю.