Нечто вроде монстра (ЛП), стр. 52
Когда Грим вкладывает мел мне в руку, пальцы покалывает от прикосновения.
Он просто отдаёт его, даже не задав вопросов. И от этого во мне поднимается ещё одно чувство.
Гордость.
Они мне доверяют.
Они хотят меня защищать, но, когда доходит до дела, верят, что я справлюсь сама.
— Пора охотиться на ведьмака! — почти мурлычу от предвкушения.
ГЛАВА 27
Чем ближе я подхожу, тем сильнее становится заклинание.
— Надо поторопиться.
Гуннар ускоряет шаг, но я протягиваю руку и останавливаю его, когда он пытается меня обойти. Его подгоняет не собственное нетерпение. Это заклинание. Заклинание гонит его вперёд, к границе, заставляя пересечь её, не задумываясь.
— Спешить некуда, Котёнок. Он нас ждёт.
Стоит мне произнести это вслух, как я понимаю, насколько это очевидно. Зомби и не должны были нас остановить. Они нужны были только для того, чтобы предупредить его о нашем появлении. Он возомнил себя пауком, который заманивает муху в паутину. А надо было сообразить, что в паутину к нему ползёт скорпион.
— Стойте сзади, — предупреждаю я, когда мы добираемся до фиолетовой дымки.
Осматриваю землю и замечаю тонкую медную проволоку. На поверхности её едва видно, а дальше она уходит прямо в ствол дерева. Он использовал магию, чтобы установить этот круг. Смотрю на мел в руке и думаю, не стоило ли вместо него взять болторез.
— Что там? — Гуннар приседает рядом со мной.
— Вот на чём он держит круг.
Я указываю на проволоку.
— И как мел должен разорвать эту связь?
— Вся магия строится на намерении, — объясняет Гуннар. — Мы можем помешать ему осуществить задуманное, пока заклинание не подействовало в полную силу. Твоя воля, твоё намерение должны быть сильнее.
Он смотрит мне в глаза.
— А если я вообще не верю во всю эту хрень? Мы не можем просто её проигнорировать?
Я невольно опускаю взгляд на его руку, где руна по-прежнему уродует кожу.
Гуннар качает головой и плотно сжимает губы.
— Нет. Он верит, и этого достаточно. Так же было с Дядей и Кровавой Мэри: в них поверило столько людей, что они стали реальными.
— Всё равно не понимаю, как это мне поможет.
В раздражении сжимаю мел в кулаке. Гуннар берёт меня за руку и осторожно разжимает пальцы.
— Что ты хочешь сделать, Дами? — спрашивает он с терпением, которое обычно ему вообще не свойственно.
— Я хочу сломать этот грёбаный круг. Все их сломать.
— Тогда ломай.
Он пожимает плечами, будто проще некуда.
Я открываю рот, собираясь возразить, но Гуннар вызывающе вскидывает бровь:
— Делай!
Вконец разозлившись, я резко чиркаю мелом по проволоке. Раздаётся тихое шипение. На медной проволоке появляется трещина, и она рвётся. Фиолетовая дымка опадает на землю, словно занавес, и растворяется в темноте.
Смотрю на эту с виду безобидную белую палочку у себя в руке и от удивления открываю рот. Не могу поверить, что это сработало. Желания сломать круг у меня было хоть отбавляй, но я и представить не могла, что это сработает.
— Ты удивлена? Ты только что одной мыслью разорвала магическую связь с десятками трупов, а вот это тебя удивляет? — Грим прищуривается, глядя на меня.
— Но это просто мел.
Я рассматриваю белую пыль на ладони.
— А это была просто проволока, — парирует Каликс.
Я поднимаюсь на ноги и протягиваю руку Гриму.
— Может, лучше ты пока подержишь. А то я ещё сломаю его.
Пальцы дрожат, но я делаю вид, что не замечаю. Грим смотрит на меня так, будто я говорю полнейшую чушь, но мел всё-таки забирает.
Когда снова оборачиваюсь, понимаю: либо моё расширенное зрение пропало, либо все круги действительно разрушились. Во второй вариант я не верю, поэтому парням ничего не говорю.
Мы не спеша пробираемся дальше через лес, всё ближе к ведьмаку. Я пытаюсь почувствовать хоть что-нибудь подозрительное, но ничего не улавливаю. Стоило разрушить заклинание, как исчезло и то дурное ощущение, которое исходило от трупов.
Сердце начинает биться быстрее. Мы не можем снова позволить Антонио ускользнуть. Теперь мне необходимо избавиться от него как можно скорее. Я хотела его смерти, потому что он угрожал дорогим мне людям, но потом он полез к моей лучшей подруге — и дело стало личным. Я знала, что никогда не перестану его искать, но даже тогда он был скорее занозой в заднице, чем настоящей угрозой. Теперь оставить его в живых настолько опасно, что мы просто не можем позволить ему снова сбежать. Если ко мне его привлекла сила, сейчас он узнает, что лучше было не трогать то, что его не касается.
Наконец впереди показывается здание. Я даже останавливаюсь от неожиданности. Чем внимательнее его рассматриваю, тем отчётливее чувствую то, что скрывал защитный контур. Это не та тонкая фиолетовая дымка. Здесь давит точно такая же тяжесть, какую я ощущала в клубе и там, где мы нашли Эйсон. В этом месте творят грязную магию. И, судя по ощущениям, в огромных количествах.
— Господи Иисусе, — бормочет Гуннар, увидев здание.
Оно сплошь покрыто символами и рунами. Каждый квадратный дюйм старых деревянных досок испещрён знаками. Понятия не имею, что они означают.
— Можешь хоть что-нибудь из этого разобрать?
— Точно сказать не могу. Здесь их слишком много. Похоже, одно заклинание наложено поверх другого.
Широкие плечи Гуннара напряжены, ножи всё ещё зажаты в кулаках. Он смотрит на меня.
— Если гадать, я бы сказал, что это защитные заклинания. Одни должны держать людей подальше, другие — защищать то, что находится внутри.
Я киваю. Логично.
— Это не такая магия, как с кругами. Я не вижу, как её разрушить, — признаюсь я.
— Мы знали, что он подготовит защиту, — напоминает Каликс.
— Я пойду один, — заявляет Гуннар.
— Ага, как же.
Скрещиваю руки на груди, стараясь при этом не проткнуть себя огромным ножом Гуннара.
— Он уже сковал мои силы, Дами. Так будет разумнее всего. Если туда зайдёт кто-нибудь из вас, с ним может случиться то же самое. Я пойду один, подберусь достаточно близко, наложу на него наше связывающее заклинание, а потом прикончу.
Он говорит так, словно всё будет проще простого.
— К тому же я знаю, на что смотреть, поэтому в ловушку не попадусь.
— Нет. Нам нужно держаться вместе. Ты вообще видел это место? Да весь дом — одна сплошная ловушка.
Вскидываю руки, указывая на здание.
— Он прав, Дами, а мы будем прямо здесь. Если что-нибудь пойдёт не так, войдём следом, но дай ему сначала попробовать, — просит Каликс.
Я смотрю на Грима, надеясь, что хотя бы он увидит здравый смысл, но тот просто молча смотрит в ответ. Ему даже не нужно ничего говорить. Я и так понимаю, что он согласен с этим планом.
— Мне это не нравится, — спорю я. — Я говорю вам, нам нужно держаться вместе.
— Дай мне десять минут. Пусть я сейчас и без своих способностей, но с этим типом всё равно справлюсь.
— Даже если бы ты мог обратиться в Берсерка, я всё равно не хотела бы, чтобы ты шёл туда один. Дело вообще не в этом, — раздражённо огрызаюсь я. — Я думала, Грим переместится внутрь, бросит амулет и свалит, чтобы потом ты мог его убить.
Я оглядываюсь на остальных.
— Это было тогда, когда мы думали, что у нас есть эффект неожиданности. Он знал, что мы придём. Ждал нас, — возражает Каликс.
— Мне это не нравится.
Всё во мне против того, чтобы Гуннар туда шёл, тем более один. Но похоже, выбора у меня нет. Я хочу, чтобы они мне доверяли, значит, и сама должна доверять им.
— Десять минут, — просит Гуннар, замечая мои колебания. — Этого он не будет ожидать.
Он понижает голос и поворачивается спиной к дому.
— Я уйду в лес, немного пройду обратно и обойду дом с другой стороны. А вы сделайте что-нибудь, чтобы отвлечь его, заставьте смотреть на вашу группу. Он даже не поймёт, что меня с вами нет.
— Это мы устроим. — Каликс сжимает кулаки, принимая вызов.
