Искатель 29 (СИ), стр. 9

Словно загипнотизированный, я шагнул к кровати. Опустившись перед ней на колени, склонился и мягко, дразняще поцеловал её изящную ступню, медленно продвигаясь губами выше по икре.

Хейли судорожно хихикнула, заерзав на простынях, её пальцы нервно скомкали ткань.

— Никаких игр, Артём, никаких дразнилок, любовь моя, — задыхаясь, взмолилась она. — Только не сегодня. Наконец-то я могу принять тебя полностью, стать с тобой по-настоящему единым целым. Не хочу ждать больше ни единой секунды!

Признаться честно, после долгих месяцев бесконечного ожидания я жаждал этого не меньше её. Я навис над своей миниатюрной женой, чувствуя её жар, и расположился у самого входа.

Хейли отчаянно вцепилась пальцами в мои плечи и потянула на себя, умоляя ускорить процесс, но несмотря на её горячую настойчивость, заставил себя действовать медленно. Я хищник, а она моя нежная добыча, которую нужно вкушать постепенно. Головкой раздвинул её шелковистые влажные лепестки, чувствуя, как меня обволакивает раскалённый жар её тесного лона.

Но как бы осторожен я ни был, Хейли всё равно резко вздрогнула, когда моя плоть безжалостно начала растягивать её нетронутое лоно. Сквозь стиснутые зубы Хейли вырвался долгий болезненный стон, когда я прорвал преграду, отмечая её переход в статус моей женщины, и тут же замер.

Запретил себе двигаться, стиснул челюсти до скрежета и нежно, успокаивающе погладил её по пылающей щеке. Для неё эти секунды неподвижности, пока тело адаптировалось к моему огромному размеру, наверняка показались вечностью.

Дьявол, время требовалось и мне самому! Если бы я сейчас дернулся хоть на миллиметр, то рисковал просто позорно взорваться внутри неё прямо на старте. Зара, да и все остальные мои девочки из миниатюрных рас, с которыми спал до этого, не были невинными. Да, они оставались обжигающе узкими, тесными, но их тела уже знали мужчину, знали, как правильно принять и обхватить член.

Конечно, мне доводилось стать первым у многих своих жён и испытать неповторимое сопротивление девственной плоти, это ни с чем не сравнимое чувство, когда женщина доверяет тебе самое сокровенное, ощущение абсолютной власти и такой же абсолютной ответственности.

Но вот эта убийственная комбинация, нетронутая чистота и природная миниатюрность Хейли, оказалась почти невыносимой и грозила напрочь сокрушить мою выдержку, несмотря на все пассивные усиления и помощь Системы. Словно электрические разряды простреливали моё тело от затылка до кончиков пальцев, я тяжело, со свистом дышал, сжимая ладонями её мягкие бёдра, скользя по ним вверх и вниз в отчаянной попытке отвлечься от того, как жарко и пульсирующе тесно было внутри.

— Боги! — простонала она сквозь стиснутые зубы.

Её лицо исказилось в выражении, балансирующем на грани между мучительной гримасой и полубезумной восторженной улыбкой.

— Я… я знала, что будет хорошо, но чтобы настолько… Это просто…

Вгляделся в лицо своей гномки. Длинные изумрудные пряди разметались по белой подушке, смуглая кожа покрылась испариной, пылая страстью. В её взгляде читалась стальная, непоколебимая решимость.

— Может, мне дать тебе передохнуть? Отступить? — мягко спросил я, отчаянно борясь с собственным телом.

Её стройные ножки мгновенно взлетели вверх, намертво обвиваясь вокруг моей талии и притягивая к себе.

— Нет! Ни за что! — в панике выдохнула она, впиваясь ногтями в мои плечи. — Ты должен быть во мне, Артём. Я… я уже почти привыкла к твоему объёму, не смей уходить!

Мы выждали ещё пару мучительно-долгих минут. Я чувствовал, как спазмы в её лоне постепенно стихают, а мышцы расслабляются, принимая меня как своего повелителя. Наконец она часто задышала и храбро кивнула.

Получив разрешение, начал миллиметр за миллиметром продавливаться глубже. Я достиг дна, упёршись в тугую преграду, когда снаружи оставалась ещё добрая треть моей длины. Хейли звонко, сладко всхлипнула, когда головка упёрлась прямо в шейку матки, обозначая своё присутствие.

— Вот и всё, ты заполнил меня до самых краёв! — Хейли задыхалась, но на её губах играла счастливая, пьяная улыбка. — Кротос милосердный, как же это прекрасно! Ты сводишь меня с ума, Артём, я… Я так счастлива, что берегла себя для этого момента!

Дав ей ещё немного времени, чтобы свыкнуться с чувством абсолютной наполненности, заглянул в её огромные, влажные аметистовые глаза, она снова кивнула, без слов умоляя начать.

Я медленно, растягивая удовольствие, потянул бёдра назад, и крошечные губки плотным, влажным кольцом обхватили мой ствол, послушно вытягиваясь вслед за ним, словно её тело отказывалось меня отпускать. Плоть, покинувшая её убежище, густо блестела от соков её возбуждения, смешанных с алыми каплями девичьей крови.

Её невинность, сокровище, которое она берегла всю жизнь, стало моим в эту ночь, как главное доказательство её искренней клятвы стать для меня самой лучшей женой и матерью моих будущих детей.

Острая, щемящая волна нежности и любви к этой хрупкой, но такой сильной женщине затопила моё сердце. Я ласково убрал прилипшую влажную зелёную прядь с её лица и посмотрел в затуманенные страстью глаза.

— Люблю тебя, моя жена.

Слова были простыми, избитыми, но они заставили Хейли буквально растаять подо мной. Её лицо озарилось неземным чистым светом.

— И я люблю тебя, мой муж. Всем своим сердцем, на всю оставшуюся жизнь!

Я задал ровный, размеренный, тягучий ритм. Глубокий толчок, тугое скольжение, медленный выход… Пышные соблазнительные бёдра и точеный живот Хейли мелко подрагивали с каждым моим движением, она извивалась подо мной, поскуливая от нарастающего кайфа.

Забыв о стеснении, она свободной рукой начала страстно мять свою тяжёлую грудь, оттягивая потемневший твердый сосок, в то время как её вторая ладонь жадно блуждала по моим грудным мышцам и прессу, оставляя на коже горячие следы.

— Твой… твой… это просто нечто… — прохрипела она, запрокидывая голову. — Мне так хорошо, Артём, так невероятно хорошо…

Я и сам это прекрасно чувствовал. Её бархатные, обжигающе-горячие стенки начали непроизвольно подёргиваться, сжимая меня всё плотнее, верный признак надвигающегося оргазма. Этот массаж сводил с ума. Удовольствие взлетело по экспоненте, и я почувствовал, как мышцы в паху сводит судорогой, требуя разрядки.

— Это просто замечательно, малышка, — хрипло отозвался я, чувствуя, как напряглись мышцы на шее. — Потому что понятия не имею, сколько ещё смогу продержаться. Ты слишком хороша!

Глаза Хейли радостно блеснули. Женское эго торжествовало.

— Правда⁈ — восхищенно пискнула она, сжимая меня бёдрами ещё крепче. — Даже несмотря на весь твой легендарный опыт? Я правда тебе так сильно нравлюсь?

— Ты сводишь меня с ума, Хейли, ты идеальна!

С трудом сделал глубокий прерывистый вдох, заставляя себя вспомнить о ледяных метелях на севере и купании в промозглой зимней гавани Гаррина. Немного усмирив первобытный позыв, улыбнулся и ласково очертил контур её губ большим пальцем.

— Но я справлюсь, смогу сдержаться. Я так долго мечтал об этой ночи, что ни за что не позволю ей закончиться так быстро, во всяком случае не раньше, чем доведу тебя до абсолютного безумия.

— Я уже там, почти на грани, — Хейли снова прикусила губу до побеления.

Её маленькие ручки скользнули мне на поясницу, вцепились в ягодицы и с неожиданной силой потянули на себя, насаживая до самого упора.

— У нас впереди целая вечность, чтобы ублажать друг друга, любовь моя.

Она посмотрела на меня снизу вверх, в затуманенных дымчато-фиолетовых глазах плескалась такая отчаянная похоть, что у меня сорвало последние тормоза.

— Не сдерживайся больше, возьми меня, насладись своей страстью… и заделай мне ребёнка, муж!

Рыча сквозь зубы, я сдался. Медленный ритм сменился мощными, глубокими, животными толчками. Её шелковистые, влажные стенки уже не просто дрожали, они неистово пульсировали, выжимая из меня все соки.

Хейли обвила меня ногами так крепко, словно пыталась слиться со мной в единый организм. Она напряглась, выгнулась дугой, сжимая мой член с такой силой, что перед глазами вспыхнули белые искры, и в этот миг плотина рухнула.