Искатель 29 (СИ), стр. 53
Мы немного помолчали. Селисия спала в кресле, подожив под щёку край накидки. Инна посмотрела на неё, затем на детей.
— Я хочу домой, Тём, — сказала сестра. — И не хочу отсюда уходить. Оказывается, можно хотеть всё разом.
Я протянул сестре руку, и она вложила в неё свою ладонь.
— Понимаю.
— У меня там родители, работа, которую люблю. Даже по своей кухне уже немного скучаю, по дурацкому стулу, который давно надо бы поменять, а потом как подумаю, что утром тебя опять не будет рядом…
Я подвинулся ближе, насколько позволяла спящая Анна.
— Мне тоже не хочется тебя отпускать.
— Только не начинай сейчас, что «зато всё было прекрасно», и так знаю, что было.
— Не начну.
Инна вытерла щёку рукавом. Я смотрел на её руку в своей ладони и никак не мог придумать, что сказать. Обещать новую встречу легко, но смогу ли выполнить такое обещание?
— Буду скучать по тебе, мелкая, — просто сказал я.
Она шмыгнула носом и свободной рукой торопливо вытерла влажные дорожки со щек.
— И я по тебе, старший братик. По тебе, по твоей сумасшедшей, огромной и такой замечательной семье. Возможность узнать, что ты жив, увидеть твою новую жизнь, обнять твоих детей… Это самый невероятный подарок, о котором я только могла мечтать!
Мы замолчали. Инна ещё несколько раз открывала глаза, когда рядом шевелились дети, потом попросила поправить подушку за её спиной. Я подложил край пледа под Глорию, чтобы сестре было легче держать её, и осторожно сдвинул подушку. Инна устроилась на боку, дочь теперь лежала рядом с ней.
— Не уходи пока, — попросила сестра.
— Я здесь.
Она кивнула и уснула, так и не выпустив моей руки.
На веранде стоял её рюкзак, в нём лежали книга, письмо, рисунки, вещи, с которыми она завтра уйдёт. Всё необходимое мы успели, но от этой мысли легче не становилось.
Я поправил одеяло на Анне и остался сидеть. У сестры во сне разгладилась складка между бровями. До утра ещё было время, и сейчас очень хотелось, чтобы оно замедлило свой бег.
✦✦✦
Я стоял в прохладной тени веранды, опершись руками о резные деревянные перила. Утренний воздух, свежий и чистый, наполняли тонкие ароматы цветущих орхидей, влажной земли и утренней росы. Сад моего поместья только начал просыпаться, купаясь в первых, робких лучах солнца. Я проснулся раньше остальных и теперь старался не смотреть на дорожку к дому. Балгур обещал прийти утром.
Хоть бы он сегодня опоздал!
Мой взгляд скользнул по лужайке. Там на пледе, расстеленном прямо на мягкой траве, спала моя сестра. Я мог бы отнести её в постель, но дети окружили её таким плотным, уютным кольцом, что тревожить их казалось настоящим преступлением. Ночью поправил Инне подушку помог устроиться на боку и накрыл пледом, Глория уснула рядом с ней. Теперь покрывало съехало, а дочь, проснувшись, тихо сидела рядом, обхватив колени, и следила, чтобы никто не потревожил сон Инны.
Тишину спящего сада внезапно нарушил хор приглушенных детских голосов.
— Не будите её! — раздался чей-то громкий шёпот.
— Я и не бужу, просто внимательно смотрю, чтобы не пропустить момент, когда она проснётся, тогда мы сможем поиграть!
— А что если она проснётся и снова заснёт?
— Не говори глупостей! Кто захочет спать, когда можно играть⁈
В воздухе повисла задумчивая тишина. Судя по всему, эта железобетонная детская логика была принята единогласно. Я тихо хмыкнул, делая глоток горячего отвара из кружки, жар разлился по груди, немного ослабляя напряжение.
Губы Инны дрогнули в улыбке.
— Вы это видели⁈ Кажется, она просыпается! — радостно пискнул кто-то из малышей.
Крошечная ручка осторожно потрясла сестру за плечо.
— Тётя Инна! — прошептал ей на ухо нежный голосок. — Ты уже проснулась?
Инна приоткрыла глаза и тут же оказалась в окружении маленьких любопытных лиц, смотревших на неё с нескрываемым обожанием. Анна, которая, видимо, всё это время была в сговоре с малышней и что-то им нашёптывала, радостно захлопала в ладоши.
— Видите? Она больше не спит!
— Тсс!! — в один голос зашикали на неё мои дочери, а маленькая Розалина в панике прикрыла рот обеими ладошками.
Инна тихонько рассмеялась, приподнялась на локте и сгребла племянниц в одну большую охапку, отгоняя остатки сна. Даже отсюда я видел темные круги под её глазами, значит, она успела урвать от силы пару часов отдыха. Дети успели поспать ещё вечером, пока мы разговаривали, и теперь уже не могли сидеть без дела.
— Тётя Инна, теперь, когда ты проснулась, хочешь поиграть? — спросила Рада, осторожно поглаживая её по щеке.
— Конечно, милая, — ласково ответила Инна, целуя её в зелёную щёчку. — Чем займёмся?
— Чаепитием! — хором рявкнул этот маленький, но невероятно организованный отряд.
Инна снова рассмеялась. Розалина и Глория вцепились в её руки, настойчиво потянув на себя, а остальные племянницы подталкивали в спину, пока сестра не встала на ноги. Они с энтузиазмом потащили её к большому цветку Астерии.
Я поставил свою кружку на перила и спустился к ним. Астерия уже расставляла блюдца на низком столике; одна его ножка попала в углубление между корнями, и каждый новый предмет заставлял столик покачиваться. Я поправил его и придержал за край, пока дочь выставляла последний чайник, за что получил строгий взгляд.
— Папа, ты мешаешь!
— Я вообще-то помогаю.
— Гостям не положено помогать, садись.
С этим трудно было спорить. Я устроился на траве, вытянув ноги, и тут же получил чашку размером с напёрсток. От моей кружки, оставленной на веранде, шёл пар, здесь же подавали воздух, но, судя по тому, как осторожно Рада держала чайник, очень горячий.
— Надо дуть, — тихонько подсказала она.
Я послушно подул. Инна прикрыла рот ладонью, пряча улыбку.
Она устроилась на мягкой траве, скрестив ноги. Анна тут же по-хозяйски забралась ей на колени, довольно виляя пушистым чёрным хвостом, и сестра с важным видом приняла крошечную чашку из рук Астерии.
— Большое спасибо, — произнесла она с утрированно изысканным британским акцентом, чопорно оттопыривая мизинец. — Какая вы замечательная хозяйка, мисс Астерия!
Девочки дружно прыснули от смеха.
У меня с непривычки свело два пальца, которыми удерживал чашку, но поставить её оказалось некуда; на блюдце лежало угощение, три маленьких камешка.
— Печенье? — уточнил я.
— Пироги, — поправила Глория. — Один тёте, один тебе, а один ещё не испёкся.
— Тогда мы его подождём, — сказала Инна.
Она отломила воображаемый кусочек, прожевала и попросила рецепт. Астерия задумалась. В рецепт вошли ягоды, мука и ещё что-то, о чём следовало спросить Самиру. Я предложил позвать Самиру вместе с настоящим завтраком, но меня единогласно признали слишком голодным гостем.
Следующие полчаса я пил несуществующий чай и передавал по кругу блюдце с «пирогами», Инна сидела напротив сонная, с примятой щекой и травинкой на рукаве. На каждом новом круге Астерия доливала чай ей первой, и я уже перестал считать эти круги.
Пока чашки полны чая, утро ещё принадлежало нам.
Глава 23
Игра в чаепитие плавно перетекла в стихийный салон красоты, девочки единогласно потребовали, чтобы тётя сделала им причёски в стиле «Земля», и меня отправили за гребнем и лентами. Я принёс целую коробку, а заодно кувшин воды и настоящие чашки, сестра не успела даже попить.
— Спасибо, — сказала она, наливая себе воды. — А теперь держи вот это, только не тяни.
Принял конец ленты, и в моём послужном списке автоматически появилась ещё одна полезная должность, причём не из лёгких. Закончив заплетать густые, шелковистые, белые с контрастными чёрными кончиками волосы Алисии, Инна усадила перед собой Астерию, потянулась к гребню и остановилась, положив его обратно.
— Астерия, покажи, как ты обычно убираешь волосы, мне такие ещё заплетать не приходилось.
Дочь с готовностью отогнула гибкую веточку, показала другую, которую трогать не следовало, там собирался раскрыться бутон. Инна посмотрела на неё с одной стороны, с другой и предложила сделать корону. Астерия молча кивнула, такая причёска её вполне устраивала.
