Искатель 29 (СИ), стр. 27
Видеть, как загораются детские глаза, когда мальчишки катают по полу вырезанный из сосны КАМАЗ или крутят пропеллер неуклюжего биплана дороже любых системных ограничений.
Ну и ладно, это наша маленькая тайна. Жизнь здесь и так полна крови, жестокости и смертельного риска; мир точно не рухнет из-за парочки деревянных пожарных машин, а мои дети будут знать, что их отец пришел из удивительного места, где люди умеют летать без всякой магии.
Инна проверила, на месте ли телефон, и взяла меня под руку. На свадьбу она собиралась не только как гостья; если всё получится, мама с папой тоже увидят этот день.


Глава 13
Распорядитель расправил нижний край свитка и назвал наши имена. Селисия чуть сильнее сжала мою ладонь.
Вот теперь действительно начиналось самое главное, не примерки, не споры о числе гостей и не очередная попытка пропихнуть ещё одного важного человека поближе к королю. Мы стояли у начала белой дорожки, зал молчал, а я вдруг обнаружил, что заранее приготовленная речь вылетела из головы целиком и полностью, причём вместе с очень удачной шуткой, которую благоразумно запретили произносить сразу три мои жены.
Селисия посмотрела на меня краем глаза, я ответил коротким кивком. Рука у неё была прохладная, она не опиралась бессильно на мою ладонь, а сжимала её в ответ.
Я чувствовал на себе тысячи оценивающих глаз. Костюм, который на меня нацепили портные, переливался, напоминая ночное небо Валинора со всеми его созвездиями и магическими сполохами. Сплошной парадный лоск, рассчитанный на эффект. Это было бы откровенным перебором, если бы не мастерский крой и не великолепная полунакидка с едва заметным камуфляжным узором, дань уважения Вольным Землям, своеобразный баланс между дворцовым лоском и суровой практичностью боевика.
Инна стояла рядом с Ирен и снимала нас на телефон, над её пальцами торчал знакомый край тёмно-синего чехла с потёртой наклейкой дракончика. Сестрёнка заметила мой взгляд, едва заметно приподняла большой палец и тут же снова взялась за аппарат двумя руками. Это движение помогло лучше любой торжественной музыки. Там, за объективом, моя Инка, и можно перестать изображать из себя памятник губернатору.
Рядом с нашей семьёй оставалось место, на которое я невольно покосился. Кайе пришлось остаться дома, Дирик категорически запретил дракону въезд. Он ссылался на заботу о безопасности столицы, а я считал, что хотя бы на свадьбу дочери он мог сделать исключение. Наш спор закончился ничем, король упёрся намертво, и я посчитал глупым впустую тратить свои нервы и время, стараясь его переубедить. Селисия заранее попросила сохранить для Кайи запись церемонии, и сестре предстояло обслужить сразу две очень разные зрительские аудитории.
Дирик заговорил сразу после распорядителя, и его голос, усиленный естественной акустикой зала, разнёсся под сводами.
Начал он с недавней войны и речи о тех, кто не дожил до нынешнего мира. Здесь я слушал без кривой усмешки. Потом принялся лить воду о прочности союзов, благополучии подданных и о будущем Шалина. Упоминание о Вольных Землях появилось заметно позже, чем мне хотелось бы, зато король обозначил их вполне отчётливо как территорию, за которую отвечал я, а не как удачное приобретение короны вместе с зятем. Уже кое-что.
Когда Дирик назвал свадьбу новым залогом единства двух держав, Селисия большим пальцем коснулась костяшки моего указательного, мол, спокойно. Я понял и не полез исправлять тестя перед полным залом; ещё успеем обсудить, кто что считает единым, пусть наслаждается своим красноречием.
— Артём Крылов, губернатор Вольных Земель, — произнёс Дирик, наконец повернувшись ко мне. — Селисия Сильварин. Вы стоите перед нами, чтобы связать свои жизни. Пусть каждый скажет о своём выборе.
Распорядитель шагнул в сторону, я повернулся к Селисии.
— Селисия Сильварин, — мой голос прозвучал на удивление негромко.
В последних рядах кто-то вытянул шею, и я увидел, как придворный маг у колонны поспешно поднял руку. Вспыхнула крохотная светлая точка на оправе закреплённого рядом кристалла. Не знаю, что там не успели включить, но выяснять это во время собственной клятвы не хотелось.
— Теперь слышно? — спросил я, не повышая голоса.
Из первых рядов немедленно откликнулась Мила:
— Да, папа!
По залу прошелестел тихий смех. Маг покраснел, распорядитель прижал свиток к груди, а Селисия улыбнулась так открыто, что я окончательно забыл все приготовленные красивые фразы. Ну и ладно.
— С того самого момента, как встретил тебя, я был очарован твоей красотой, грацией и тем блеском, что затмевает даже истинное серебро, которое так свято чтит твой род.
Я произнёс это и вдруг понял, что съезжаю на речь, которую мог бы произнести любой жених перед своей невестой. Серебро, блеск… Всё правда, только не за один блеск она дорога моему сердцу.
— Но я люблю в тебе не только то, чем можно любоваться, — продолжил я. — Ты умеешь спорить со мной и иногда очень не вовремя, с моей точки зрения, но обычно как раз тогда, когда это нужно. Ты не согласилась жить чужим решением, даже когда оно выглядело удобнее и безопаснее, и я счастлив, что сегодня ты выбираешь меня.
Селисия перестала улыбаться, её губы дрогнули, она глубоко вздохнула и подняла подбородок. Я держал руку своей невесты и говорил уже только ей, хотя кристалл исправно разносил мои слова по залу.
— Не обещаю, что всегда сразу пойму тебя, но обещаю выслушать, даже когда мне захочется сделать по-своему. Не буду притворяться, что рядом со мной всегда легко и спокойно, и домом для тебя станет не место, где велено ждать, пока я всё решу. Мы будем строить его вместе с этой совершенно неприличной толпой родственников…
В первых рядах снова засмеялись. Белла прижала ладонь ко рту, а Ирен свободной рукой показала мне кулак. Селисия тоже не удержалась. Хорошо, а то уже сам начинал подозревать, что сейчас с непривычки растрогаюсь до полной потери боеспособности.
— Но теперь тепло твоей души освещает мой мир, и я с нетерпением жду каждого дня нашей общей долгой и радостной жизни.
Нужные слова всё-таки нашлись, видимо, лежали под заготовленными, и именно их я действительно хотел сказать.
Дирик выдержал паузу, взгляд его на миг задержался на наших сцепленных руках.
— Селисия Сильварин, принцесса Харалдара, твой ответ.
— Искатель Артём, — начала она и судорожно втянула ртом воздух, на первом слове ей чуть не хватило дыхания. — Ты мой герой, но я иду с тобой не потому, что мне нужен человек, который будет решать за меня.
Теперь притихли даже дети.
— Знаю, у тебя есть обязанности, опасные дороги и привычка приносить домой больше забот, чем хотел бы. Я знаю твою семью и выбираю ваш дом не по рассказам о нём, а потому, что почувствовала себя там счастливой. Хочу разделить с вами не только праздник, но обычные дни тоже, и обещаю не молчать о важном только потому, что так проще.
Уголок рта Дирика дёрнулся. Что именно он подумал — неизвестно, но последнюю фразу дочь явно сказала не только для меня.
— А ещё, — Селисия наконец улыбнулась. — Обещаю помнить, что прежде чем спорить с очень упрямым мужем, иногда стоит проверить, успел ли он поесть.
Вот тут зал засмеялся по-настоящему. Из нашей части донеслось одобрительное «Верно!», и я твёрдо решил потом выяснить, кто меня сдал, хотя подозреваемых было слишком много.
Принцесса сжала мои пальцы.
— Жду не дождусь, чтобы продолжить наш путь вместе в нашем новом доме и с нашей невероятной огромной семьёй.
Дирик положил ладонь поверх наших рук и посмотрел сначала на дочь, потом на меня.
— Артём, Селисия, согласны ли вы связать свои судьбы священными узами брака?
