Мастер драгоценных артефактов 7 (СИ), стр. 8
Я сидел на лавочке и смотрел.
Хорошо, что в харчевне не было ни слуг, ни других постояльцев. Там сидели одни и те же мужики. Клуб по интересам, так сказать. Только интерес у них был специфический: убивать проезжих.
Теперь они все мертвы.
Пока я смотрел на огонь, мне почему-то вспомнился Константин. За две тысячи лет я встречал не так много демонологов, а нормальных — вообще по пальцам одной руки пересчитать можно.
Все остальные были недоучками вроде нашего покойного паренька. А вот Константин был другим. Единственным, кого я без оговорок назвал бы мастером демонологии.
Когда он просто называл своё имя, дрожали все. Демоны, люди, маги, даже боги. И при этом Константин никогда не совершал жертвоприношений.
Он не одалживал силу у демонов. Он её просто брал.
Я, признаться, до сих пор не понимаю, как он это делал. Мы с ним пили однажды, я даже спросил напрямую.
Он только засмеялся и налил мне ещё.
Харчевня догорала.
Люди сбежались быстро и принялись тушить, кто-то полез с крюком растаскивать бревна, кто-то поливал соседнюю крышу, чтобы тоже не вспыхнула.
Только тушить было бесполезно. Потому что я помогал огню, поддерживал его через оставшиеся камни и не давал перескочить на другие здания.
Некоторым образом я ведь приблизился к выполнению задачи. Сейчас все жители сбегутся, и я его найду.
Между прочим, я не хотел, чтобы всё вышло именно так.
Но они сами подкинули мне такую возможность…
Глава 4
Здание горело, люди бегали с вёдрами, вопили и причитали, а я спокойно сидел на лавочке и ждал.
Потому что тот, кто имеет терпение, обычно получает то, что ему нужно.
Я откинулся на спинку, скрестил руки на груди и смотрел, как валит дым, как мужики заливают пожар из вёдер и вытаскивают из харчевни всё, что можно спасти. В основном — бутылки и бочонки.
Никто на меня не обращал внимания. Сидит человек в тени — ну и пусть сидит.
А потом ко мне подошёл мужчина. Тёмные с проседью волосы были собраны в хвост, а лицо такое серьёзное, как будто он на суде собрался выступать.
Он присел рядом на край лавки, вытер лоб рукавом и спросил негромко:
— Зачем ты харчевню спалил?
Я посмотрел на него и вспомнил описание, которое мне передал Александр.
Да ладно. Это же тот самый персонаж, которого я ищу.
Ну вот, я же говорю — терпение всегда вознаграждается.
— Местный барон будет недоволен, — добавил мужик. — Господин Ольгерд не любит, когда с его имуществом так обращаются.
— Не сомневаюсь. А ты сам-то местный?
— Угу, — промычал он, не глядя на меня.
— Имя есть?
Он покосился на меня.
— Радим.
Бинго!
Имя ему из памяти не стёрли. Интересно. Может, просто плохо поработали, может, этот конкретный человек оказался устойчивым. Не суть.
— Радим, говоришь, — повторил я задумчиво. — Хорошее имя.
— Спасибо, — сухо ответил он. — Так зачем пожар устроил?
— А с чего ты взял, что это я?
Радим посмотрел на горящее здание и пожал плечами.
— Все тушат, а ты сидишь, любуешься. Так делают люди, которые оценивают свою работу.
— Верно подметил, — усмехнулся я.
— Значит, это правда ты?
— Правда я.
— Ну и как? — хмыкнул он. — Доволен?
Я прищурился, оглядывая пламя.
— В целом, хорошо горит. Но можно и сильнее.
Внутри ещё оставались камни, с помощью которых я контролировал пламя. Энергии в них осталось мало, но на последний красивый жест хватит. Учитывая, что все дома рядом как следует облили водой, пожар уже вряд ли куда-то перекинется.
Я активировал кристаллы.
Пламя рванулось вверх с таким рёвом, будто внутри проснулся дракон. Ладно, не дракон, а маленький дракончик… Или вообще какая-нибудь огнедышащая ящерица типа саламандры.
Но людям хватило. Они разом шарахнулись в сторону. Огонь взметнулся выше крыш, осветил всю деревню, и жар волной разошёлся во все стороны.
Я отряхнул руки.
— Вот так-то лучше.
Радим посмотрел на меня, потёр переносицу и сказал:
— Вижу, магией ты не обделён.
— Ну, можно и так сказать.
— Ты пришёл за мной, верно?
— Верно.
— Я так и думал.
Он вздохнул, посмотрел на остатки заката и буднично спросил:
— Как я умру?
— Не знаю. Может, от старости или от собственной глупости. Зачем гадать?
— Ты… не собираешься меня убивать? — искренне удивился Радим.
— С утра не собирался.
— Но… ты же за мной пришёл.
— Ну да. Только не убивать, а пригласить к себе.
— Э-э… Пригласить?
— Ага.
— Куда? И зачем? — продолжал недоумевать Радим.
— На месте расскажу. В основном затем, чтобы ты поделился со мной знаниями и чтобы тебя не прикончили каратели империи.
— Так, а ты разве не из империи⁈ — у него глаза полезли на лоб.
— Нет.
— Местный?
— Относительно. Я что-то вроде местного сопротивления, и мой враг — как раз империя.
Радим хрюкнул, а затем рассмеялся.
— Сопротивление! На Брошенных землях, ха-ха! Погоди, ты серьёзно?
— Конечно. Я уже доставил им немало проблем. Заметил, как зима быстро закончилась? Моя работа, — не без гордости заявил я. — Так что, поехали?
Он сомневался недолго.
— Поехали. Какая разница, где умирать. В лесу или в этой деревне. Всё равно конец один, — он поднялся. — Постой, а как мы отправимся? Ты можешь портал открыть?
Ишь ты, портал захотел. Нет, он точно из империи, раз привык к подобной магии. И память у него хотя бы частично, но сохранилась.
— Хотелось бы, но нет, — ответил я. — Придётся верхом. У тебя лошадь есть?
— Нет.
— Тогда купим.
Радим хмыкнул.
— Где? Здесь? Местные вряд ли продадут. А других деревень в округе нет, ближайшая в трёх днях пути.
— Ничего, — сказал я. — Попробуем. Веди на конюшню.
Конюшня располагалась на краю деревни, и представляла из себя покосившееся строение, ровно усыпанное навозом по периметру.
Радим постучал в дверь.
Вышел конюх — хмурый мужик с красными глазами и всклокоченной бородой. Он оглядел нас и буркнул:
— Чё надо?
— Лошадь, — сказал я.
— В такое время?
— В такое. Я путник, видишь ли, надо дальше ехать. А мой конь в дыму задохнулся, — соврал я. — Ты почему, кстати, пожар со всеми не тушишь?
— Без меня потушат.
— Вот и правильно. Сколько за лошадь?
Конюх почесал бороду и ответил:
— Пять полновесных золотых.
Радим аж подскочил.
— Ты охренел⁈ Это же грабёж! За такие деньги можно трёх коней купить! Или даже четверых, вместе с повозкой!
— В другом месте где-нибудь, может, и так. А здесь — пять монет за одну лошадь, — мужик скрестил волосатые руки на груди.
Радим собрался что-то сказать, но остановился, когда я залез в поясную сумку, достал пять золотых и протянул их конюху.
Тот смотрел на монеты, будто не веря, что они настоящие.
— Продаёшь или нет? — спросил я.
— Э… Да. Сейчас приведу. Хорошая кобыла, крепкая, не хромает…
Он схватил монеты и бросился в сарай так быстро, словно за ним гнались.
Радим обернулся ко мне.
— Ты что творишь⁈ Ты понимаешь, что он сейчас сделает?
— Приведёт лошадь?
— Может, и приведёт! Да только потом пошлёт за нами людей! Ты столько золота засветил — точно захотят тебя ограбить, а заодно и лошадь вернуть!
Я пожал плечами.
— Пусть попробуют.
Конюх привёл кобылу, уже осёдланную, и вручил мне поводья. Лошадь и правда казалась крепкой и спокойной на вид.
Я оглядел её, проверил копыта, зубы, провёл рукой по спине. Годится.
Мы ушли, затем я сбегал за Громилой, который на самом деле спокойно щипал травку в стороне от горящей харчевни. Запрыгнули в сёдла и отправились прочь из деревни.
Радим ехал молча, оглядываясь через плечо.
— Надо побыстрее уезжать, — пробормотал он. — Жадность у конюха точно сыграет. Он кого-нибудь за нами пошлёт.
