Калгари 88. Том 16 (СИ), стр. 70

Войцеховский тяжело вздохнул и, проклиная себя за ненужную прыть, шаркающей походкой покинул кабинет главного редактора…

…Практически такая же ситуация сложилась и с Иваном Эдуардовичем Журанковым, ведущим журналистом газеты «Екатинский рабочий». Главный редактор даже не стал смотреть этот материал с заголовком «Неожиданный проигрыш Людмилы Хмельницкой». А ведь Журанков после окончания короткой программы прыгнул в редакционную «Волгу» и, понукая водителя, поехал в Екатинск, старясь успеть до окончания работы редакции. Водитель гнал точно так, как гнали репортёры 19 века на дилижансах, чтобы успеть подать горяченькое в утренний номер.

— Уберите это подальше! — надменно сказал главный редактор, наголо бритый под Котовского, с такими же фасонистыми усами, и бросил наспех, в дороге написанные листы перед Журанковым. — Люда — лицо нашего города, ориентир для молодого поколения, и такие материалы не должны видеть свет.

— Но… — пытался возразить Журанков, сказать главреду, что в спорте возможно всё, сегодня выигрыш, завтра проигрыш, не бывает одна радость. Однако главный редактор жестом показал, что слушать дальше это не намерен.

— Иван Эдуардович, у нас столько нераскрытых тем, начиная от проблем городского ЖКХ до строительства новой аллеи в центре города. Читатели постоянно пишут массу писем, жалуясь на всё это. А мы вместо того, чтобы узнать подробности у специалистов и дать их в номер, будем печатать материалы о том, что Люда потерпела небольшую неудачу в Свердловске. Давайте нагоним населению ещё больше негатива. Нет, всё, разговор закончен. Вы, как опытный журналист, должны знать, где начинается и где заканчивается этика в нашей профессии. Мы не должны уподобляться жёлтой прессе загнивающего Запада и смаковать скандалы. Больше мне нечего сказать. Работайте.

Журанков пожал плечами, сунул с таким трудом написанную вручную статью в карман и отправился восвояси. Похоже, тема Хмельницкой действительно какое-то табу… Стала прямо как Генеральный секретарь. Если писать, то только хорошо…

… — Люська, просыпайся! — Арину разбудила довольно значительная тряска в плече.

Медленно раскрыв глаза, увидела довольное лицо Анки перед собой, а сзади неё лица Муравьёвой, Малининой и Соколовской.

— А мы тебя ждём! — хором сказали девчонки. — Пойдём на ужин!

Арина не спеша села на кровать, потянулась и действительно почувствовала адский голод. Проспала почти 3 часа, зато очень хорошо отдохнула.

— Вы тоже на завтрашнюю тренировку не поедете? — спросила Арина у Соколовской и Малининой.

— Я поеду! — заявила Танька. — Мне тренер сказал обязательно приезжать и тренироваться. Завтра будем прогонять произвольные программы.

— А я никуда не поеду! — улыбнулась Маринка. — Станислав Алексеевич сказал, что это совсем не нужно. Мы всё уже оттренировали.

Арина окинула взглядом комнату: на подоконнике лежали подарки, заботливо рассортированные Анькой. Отдельно стояли мягкие игрушки: медведи, зайцы, жирафы. Рядом с ними лежали куклы разных размеров, также отдельно лежала всякая всячина: наборы фломастеров, авторучек, автоматических карандашей, красивые блокноты, альбом для рисования. Было и фанатское творчество: полотенце, вышитое вручную с портретом Людмилы Хмельницкой в образе танцовщицы сальсы.

— Люська! Я тебе все игрушки разобрала! — заявила Анька и показала на плод своих трудов. — Кое-что тут присмотрела.

— Забирай! — по-барски махнула рукой Арина и встала с кровати. — Пойдёмте на ужин.

— Люська, ну а сегодня-то пойдём гулять? — спросила Анька, глядя на Арину хитрющими глазами.

— Сегодня тоже никуда не пойду, — покачала головой Арина. — Мне тренер сказал, что уже завтра мы уезжаем обратно в Москву, а потом во Францию.

Анька разочарованно хмыкнула, но не подала виду, что расстроилась, да и всё-таки хотелось есть, поэтому дружно отправились в столовую, где собрались уже все: соревнования спортивных пар и танцоров закончились, и группа поддержки из Екатинска приехала ужинать.

Арина с удовольствием поужинала рагу из капусты с тушёнкой и рисовой кашей с молоком. Потом, немного посидев на лавочке у лестницы, отправились по номерам. Вот и прошёл этот трудный день, и завершился на довольно хорошей ноте…

…Утром 3 ноября Арина встала с предчувствием чего-то хорошего. Наверное, это было связано с тем, что акклиматизация окончательно ушла прочь. Ночью не просыпалась, проснулась сегодня, как положено, в 7 утра. Немного повалявшись в кровати, встала, сходила в душ, пока там никого, и разбудила девчонок на завтрак. Малинина уже уехала на тренировку, остались только Соколовская и Муравьёва.

Когда уже стояли на раздаче, явились члены группы поддержки, сонные, по-видимому, легли спать поздно. Даже Анька обошлась без обычных шуток.

— Во сколько поедете? — зевая, спросила будущая маман. — Чтобы вместе.

— Соревнование начинается в 12:10, — заявила Арина. — Мы выступаем во второй разминке, я в 13:16, Марина в 13:32, Танька ещё раньше. Но поедем вместе со всеми, к 11 часам. Сейчас уже 9. Так что, как видишь, времени совсем мало, точнее, его нет.

Пока завтракали, пришла на завтрак Танька: тренировка закончилась. Арина и Соколовская уже закончили с едой и отправились в номер. Следовало готовиться к старту. Сейчас Арина поняла замысел Владислава Сергеевича: если бы они ранним утром отправились на тренировку с Малининой, приехали бы уставшие. Сейчас же они были сытые и отдохнувшие, даже осталось время немного полежать на кроватях перед тем, как выходить. Пожалуй, это было мудрое тренерское решение…

Глава 34

Перед произвольными

После завтрака, немного отдохнув, фигуристки начали готовиться к соревнованиям. Платье уже 2 дня висело на плечиках в шкафу, поэтому, проконтролировав чтобы не помялось, Арина аккуратно свернула его, положила в пакет, а потом в спортивную сумку.

Коньки у всех фигуристок просушивались у батареи, поэтому Арина для проформы сначала проверила заточку и отсутствие следов ржавчины, потом надела чехлы на лезвия и положила коньки в сумку. Взяла новые колготки, носки, проверила наличие косметики, парфюмерии, бутылки с водой и салфетницы. И уже после этого решила, что полностью готова. Вот странное дело — знает же прекрасно, что вчера приехала из дворца спорта полностью заряженная, со всеми вещами, но всё равно проверяет их и тщательно контролирует, чтобы всё было на месте. Это уже привычка, въевшаяся с малолетства…

После того как приготовились к соревнованиям, сели на кровати отдохнуть перед дорогой: время было ещё раннее. Ни о чём не разговаривали, просто сидели и молчали. Говорить было не о чем. Сейчас они не подружки, а соперницы, которым надо думать, как подняться выше по турнирной таблице. Впрочем, рецепт был тут только один: чистый прокат.

Когда часы показали 10:50, вышли из комнаты и направились в вестибюль общежития, где уже скопились остальные фигуристки. Здесь же находилась и группа поддержки, которая одобрительными воплями встретила появление своих подопечных.

— Люська, привет! — громко крикнула Анька, уже пришедшая в себя ото сна и не обращающая внимания ни на кого вокруг. — Я знаю, что ты сегодня выиграешь золото!

Сразу вокруг раздался громкий смех. Вот умеет же человек поднять настроение…

— Правда? — звонко рассмеялась Арина. — Ты это гарантируешь? А что, если серебро?

— Тогда я… Отдам тебе кое-что! — заявила Анька. — Например, твои игрушки.

Ответом этому высказыванию был ещё более громкий смех. Тем временем подошёл автобус, посигналил, и фигуристки, всё так же смеясь, друг за другом, накинув сумки на плечи, отправились рассаживаться по местам. Кажется, соревновательный день начинался с очень хорошего настроения…

…Ледовый дворец спорта профсоюзов выглядел так же, как вчера: сразу ощущалось, что проходят большие серьёзные соревнования. На парковке много машин, автобусов, несмотря на то что до начала соревнований ещё целый час. Со всех сторон подходят люди. Зрителей ещё не пускают, но это должно произойти с минуты на минуту: перед входными терминалами уже собрались билетёры и милиционеры, наблюдающие за порядком.