Невеста Севера (СИ), стр. 16
– Они… – мое дыхание сбилось. – Они что, не уйдут? – выдавила я из себя, стыдясь даже взглянуть в сторону ярлов, устроившихся на шкурах у стены.
Я думала, они проводят нас, пожелают всего, что можно и нельзя, и оставят нас с конунгом наедине. На этом и завершится ритуал, и закончатся обычаи.
Хальдор ответил не сразу. Прежде чем заговорить, он шумно выдохнул.
– Таков обычай, Фрейя, – произнес он. – Из-за отсутствия старейшин моего рода консумацию брака будут свидетельствовать ярлы. А после убедят остальных, что все свершилось по правилам и законам нашим, – ошарашил меня муж.
Говорил он спокойно. Словно сообщал о какой-то мелочи, а не о том, что эти люди во все глаза будут смотреть на нашу первую ночь. И на меня, обнаженную!
«Это же просто дико! Даже звери уединяются в такой миг», – слезы едва не катились из моих глаз.
Глава 12. Обычай
Глава 12. Обычай
* Фрейя *
– Я… – голос мой дрожал. – Я не буду спать с тобой при них. Не при живых свидетелях. Это дико! Я еще могу понять, когда вывешивают простынь с пятном крови, чтобы убедиться в невинности невесты. Пусть смотрят! – мой голос начал переходить чуть ли не в визг.
На нас смотрели шесть пар глаз. Многие с осуждением, и только один с понимаем. Но и он не мог меня спасти от такого. Мой взгляд невольно упал на широкое брачное ложе. Огромное, застеленное дорогими тканями и белой медвежьей шкурой. Прямо посередине комнаты. Почему именно белая? Чтобы потом вывешивать на глаза жителей всего Туманного фьорда? Вдоль стены сидели ярлы. Все их взгляды были направлены в нашу сторону. Вуайеристы, прости, Господи!
“Они бы еще круг образовали, как при проводах”, – со злости подумала я.
– Фрейя, – обратился ко мне Хальдор. Голос его звучал ровно.– Это просто обычай. Перетерпи в первый раз. Потом их уже не будет.
– Нет! – подняв голову и заглядывая прямо в глаза конунгу заявила я. – Я отдамся мужу, но не на глазах у других мужчин. У нас такого не принято. Наоборот каждый муж старается и стремится к тому, чтобы их жена никогда не появлялась перед другими в обнаженном виде. Это неуважение.
– Теперь ты – дочь Севера! Ты – кюна Туманного фьорда. Теперь это и твои обычаи тоже, – в голосе конунга начали появляться металлические нотки.
– Да, я дочь Севера. Я доказала это. Ваши духи и Боги приняли меня, – спокойно проговорила я. – Но я также дочь своего народа. И вы не можете требовать от меня отказываться от своего рода. Как и требовать подчиниться своим обычаям. Они у нас тоже есть. Если я настояла бы на том, чтобы ты, как мой муж, тоже прошел испытания? Сумел бы всем доказать, что ты самый-самый из всех? Знаешь ли, у нас тоже есть достойные мужчины! А ведь отец мог бы настоять на этом. И еще не поздно вернуть все назад, – заявила я.
Мы стояли друг против друга и смотрели в глаза. Никто из нас не хотел сдаваться. Для него это был древний обычай, для меня же оказался самым трудным испытанием в жизни, как и позором после.
Нет, в невинности Фрейи я не сомневалась. Но отдаваться в первый раз мужчине, пусть и мужу, на глазах у других? Это не только дико, это не по-человечески. Как пройти через такое унижение?
– Конунг? – наши переглядывания и тишину в опочивальне конунга нарушил Торвальд.
Кто бы сомневался, но я заставила себя не смотреть в его сторону.
– Не сейчас, ярл, – оборвал его Хальдор. – Я сам!
Конунг начал ходить по опочивальне, как загнанный в угол зверь, и думать. И ему бы лучше найти другой способ засвидетельствовать наш брак. Остальные ярлы начали перешептываться. В их голосе я слышала недовольство. Если от меня не откажутся, как от жены, снова, то я очень сильно постараюсь, чтобы этот обычай изменили. Я даже представлять не хотела, через что приходилось проходить девушкам. Пусть и знали об этом обычае с раннего детства.
– Если жена отказывает мужу, то мы не можем засвидетельствовать ваш брак, конунг, – услышала я голос одного из ярлов и повернула голову в их сторону.
Они серьезно сейчас?!
Я и не сомневалась, что это был Астор. Куда ветер – туда и он.
– Будете! – прогремел Хальдор. – Есть и другой обычай.
Все замерли, я же облегченно выдохнула. Даже опустошила ритон, что все это время сжимала в руке.
– Какой обычай? – нетерпеливо спросил Астор.
– В старину, когда невеста была из чужих земель или же более знатного рода, – неспешно начал Хальдор, взглянув на меня. – Свидетели могли оставить жениха и невесту, но не просто так. Они оставляли их под стражу духов предков.
– Под стражу духов? – переспросили ярлы, словно впервые слышали о таком.
– Это редкий обычай, – заговорил Торвальд. – Но все же он есть.
– Им давно не пользовались, так как наш народ редко брал невест из чужих земель, – конунг кивнул Торвальду, но дальше продолжил сам. И говорил он уверенно и твердо, чтобы никто не посмел возразить. Я даже залюбовалась им. – Вы уже проводили нас в опочивальню. Часть традиции уже соблюдены. Дальше вы оставляете нас одних, а дверь запирается снаружи на замок. Но не уходите и до рассвета не смыкаете глаз, охраняя наш покой. Считается, что если кто-то из вас уснет, то ваши пожелания окажутся не из чистого сердца и первенцем у вашего конунга родится дочь, а не наследник. А на рассвете моя жена сама выйдет к вам и вынесет доказательство того что она пришла ко мне невинной, – голос конунга звучал ровно. – И это было честью для тех, кто оставался возле двери конунга до рассвета, оберегая наш покой. Честь для них, что именно они были достойны такого, чтобы доказать еще и свою верность кюне. А также снова доказать конунгу, как и своему народу, на что достойны ярлы. Готовы ли они простоять всю ночь не сомкнув глаз и заслуживают ли даров от кюны.
Мы с конунгом переглянулись. В его глазах что-то мелькнуло. Я не была уверена, что последние слова Хальдора были частью обычая. Но не сомневалась в одном, что теперь ярлы из кожи вон будут лезть, чтобы доказать нам свою силу, стойкость, терпение, выносливость, упорство, а главное, терпение. Иначе могли ли они быть ярлами и вести своих воинов за собой? До рассвета было еще пару часов. И им повезло, что не придется провести возле двери в опочивальню конунга всю ночь.
Ярлы начали перешептываться между собой. Теперь решение оставалось за ними.
– Что ж, – начал Борги, как самый старший из всех ярлов. – Раз таков обычай есть и позволяет таким образом засвидетельствовать брак конунга, то кто мы такие, пойти против воли наших предков.
Ярлы один за другим начали покидать опочивальню конунга. Точнее, уже нашу. Кто-то хлопнул Хальдора по плечу. Астор же подмигнул конунгу. Но тяжелая дверь не успела закрыться.
– Позовите тиру! – отдал распоряжение Хальдор, удивив меня и оказавшись рядом.
Избавившись от одних свидетелей, он решил позвать других?
– Доверься мне, Фрейя, – конунг прижал меня к себе, вдохнул мой запах, зарывшись в волосы. – Я не обижу.
– Я… – запнулась, не зная что и говорить. – Обычай страж духов действительно существует? – вдруг вырвалось у меня.
Хоть я и ждала ночи со своим мужем, все же чувствовала некую неловкость. К тому же, этот вопрос не выходил у меня из головы.
– Конечно, – ответил конунг. – Иначе бы как я спровадил ярлов за дверь нашей опочивальни, – прошептал Хальдор. – И утром придется озаботиться о дарах для них. Его в обычае не было.
Так и думала!
Рассмеялась, полностью расслабившись в объятиях мужа. Да что-нибудь уж и придумаю, чем одарить ярлов. Пока же мне представилась возможность понежиться в объятиях мужа. Но пришлось отстраниться, когда появились те самые тиры, которые готовили меня для другого ритуала. Сунув мне в руки рог, Хальдор выдохнул, словно и сам не хотел выпускать меня из своих рук, и начал отдавать им распоряжения. Я не прислушивалась. В ушах стоял шум. Вот они уйдут и мы с конунгом до самого утра останемся наедине. Еще и запертыми. Вряд ли мой муж варвар согласится просто лечь в постель и спать рядышком. Потому я старалась не смотреть в сторону конунга и снующих туда-сюда рабынь.
