Измена. Месть - блюдо горячее!, стр. 2

Кликаю, и передо мной открываются фотографии, и не только те, что получены сегодня - здесь целая коллекция снимков моего мужа с разными женщинами: в кафе за столиком, в ресторанах, на улице, где они идут рядом.

Моё сердце невольно начинает биться чуточку быстрее.

Здесь есть и повторяющиеся лица: где-то серьёзные, где-то улыбающиеся. Листаю скорее бесцельно, но подсознательно пытаюсь уловить детали, которые не сразу бросаются в глаза: как его рука на её ладони, или то, как он слегка наклоняется к её уху, будто рассказывает что-то важное.

Все эти фотографии вызывают смешанные чувства - недоумение, грусть и какое-то навязчивое чувство неопределённости.

Зачем я их храню, когда можно просто выкинуть эту безинформационную кучу ненужных файлов в корзину? Не знаю. Наверное, я надеюсь найти какое-то объяснение, которое рано или поздно расставит всё по своим местам.

Смотрю на часы и вижу, что пора заканчивать с размышлениями. Закрываю папку, выключаю компьютер и иду готовить ужин. Скоро с работы вернётся Стас.

Мою руки, надеваю фартук и открываю бутылку красного вина. Наливаю себе немного в большой пузатый бокал, и, сделав глоток, наконец ощущаю лёгкое расслабление.

Нарезаю свежие овощи для салата, мариную курицу с травами и специями. Шипение и аромат от приготовления поднимают настроение, и я на несколько мгновений забываю о своих тревогах. Каждое движение становится медитативным, помогая отпустить всё ненужное и сосредоточиться на здесь и сейчас.

Вскоре открывается дверь - возвращается Стас. Я слышу его шаги, и усталый голос: “Я дома” заставляет меня невольно улыбнуться.

Он подходит и обнимает меня со спины. Я наклоняю голову назад, касаясь его щеки своей, и на мгновение закрываю глаза, позволяя себе насладиться этим моментом близости.

- Приятно пахнет, - говорит он тихо, заглядывая через мое плечо на сковороду.

- Как прошёл твой день? - спрашиваю я, ловя его взгляд и стараясь уловить все нюансы его настроения.

Пока он снимает пиджак и направляется в ванную, чтобы вымыть руки, я быстро накрываю на стол.

- День сумасшедший, - отвечает он, возвращаясь. Тут же берёт бутылку с вином, наливает немного себе и обновляет мой бокал, после чего садится за стол. - Сегодня занялся делом одного конгрессмена. Жена уверена, что он ей изменяет. Но дело в том, что парень влиятельный, вокруг него всегда куча охраны и помощников, которые заметут следы так, что потом и не найдёшь.

Я вижу, как он делает паузу, обдумывая сложность таких ситуаций, а потом продолжает:

- Вот если умный мужик, как этот, - хрен его поймаешь. Нужно ждать, когда сам проколется.

И в этот момент что-то во мне ёкает.

Неожиданно осознаю, что, будучи женой частного детектива, я сама невольно нахожусь в почти безвыходной ситуации. Поймать самого Стаса на измене, если такая действительно есть, - задача практически нереальная. Он слишком профессионален, знает все возможные уловки и тонкости, потому что сам же и разоблачает подобных хитромудрых личностей.

Он прекрасно понимает, как заметать следы, как строить идеальные алиби, как оставаться в тени, когда это необходимо. Любое движение, любой нюанс в поведении - всегда под его бдительным контролем. А шанс поймать его на горячем вообще сводится к нулю, поскольку я знаю - мой муж умеет мастерски оставаться на шаг впереди всех своих преследователей.

В таких обстоятельствах волей-неволей задумываешься о том, насколько на самом деле мы знаем друг о друге.

Я делаю глоток вина, чувствуя, как его вкус разливается теплом по моему горлу, и неожиданно спрашиваю:

- Ты бы признался мне в измене?

Глава 3

Стас фыркает, словно слышит самую невероятную глупость:

- Чушь какая!

Я слегка улыбаюсь, но не отступаю:

- Ну если гипотетически?

Он на мгновение задумывается, его взгляд становится более сосредоточенным, как будто он действительно взвешивает все возможные варианты в своей голове.

- Гипотетически? - повторяет, словно пробуя это слово на вкус, проверяя его безопасность. - Если бы такое произошло, что само по себе кажется абсурдным, то да. Конечно. Но честно говоря, сложно это представить.

- Сложно представить, что? - я стараюсь оставаться максимально непринуждённой. - Что тебя бы поймали за изменой?

Стас смеётся, но в его смехе слышится лёгкая натянутость:

- И это тоже. Но я говорю не об этом.

Он подаётся вперёд, его глаза сверкают искренностью:

- Я предпочитаю честность в отношениях. Намного проще жить, когда ты не увяз по уши в собственных секретах.

Стас делает глоток вина, затем снова берётся за приборы, и, кажется, теперь всё его внимание занимает только курица на его тарелке. Он аккуратно разрезает кусочек, будто забыв о нашей беседе. В этот момент комната наполняется лишь тихим звоном вилки о тарелку.

Но затем, не поднимая глаз, он неожиданно спрашивает:

- Откуда вдруг такой вопрос?

Я на мгновение задерживаю дыхание, решая, как лучше ответить. Не хочется показывать свою уязвимость, но и уклоняться от ответа совершенно не в моём стиле.

- Просто задумалась, - наконец говорю я и непринуждённо пожимаю плечами. - Знаешь, иногда думаешь, что всё идет как по маслу. И только потом понимаешь, что это был вазелин.

Стас смеётся. Его смех звучит свободно, и тем не менее есть что-то ещё... едва уловимое в его поведении, что чувствуется на уровне интуиции, наверное, уверенность. Нет, даже самоуверенность. Теперь мне кажется, что муж просто умело подавляет свою истинную реакцию.

Становится неуютно. От его прямых взглядов. От спокойного голоса. От всего вместе.

Вида я не подаю, разумеется.

- Остроумно, - отвечает он. Затем, сразу переводит тему: - Как прошел твой день?

Мне хочется хмыкнуть, но я сдерживаюсь. Пусть думает, что контролирует ситуацию.

- Есть, конечно, некоторые сложности, - начинаю я ровным тоном, хотя внутри ещё остаётся лёгкое напряжение. - Из-за санкций у нас теперь трудности с поставками шоколада определённых сортов. Какао-бобы подорожали, и нашему дистрибьютору стало сложнее нам их отправлять.

Стас понимающе кивает, и разговор плавно перетекает в рабочую плоскость. В какой-то момент он предлагает несколько довольно стоящих идей по поиску альтернативных поставщиков.

Я слушаю его, но продолжаю следить за каждым его жестом, каждым изменением в выражении лица. Теперь я смотрю на него более пристально, пытаясь уловить что-то, что он, возможно, пытается от меня скрыть.

Вполне возможно, что это просто моя мнительность. Но так и разберёмся!

После ужина Стас благодарно чмокает меня в щёку, пока я мою посуду.

- Расскажешь потом, чем дело закончилось? - спрашиваю у него, будто невзначай. На самом деле меня очень интересуют детали.

- Какое? - Даже не глядя на него, я чувствую, как он хмурится, на мгновение остановившись в дверях кухни.

- Ну, с тем конгрессменом, - уточняю, стараясь сохранить тон непринуждённой беседы.

- А, да, - отвечает Стас, будто бы это само собой разумеется. - Конечно.

***

Позже, лёжа с мужем в одной постели, я долго не могу заснуть.

Мысли кружатся в голове, не оставляя меня в покое. Я смотрю в потолок, будто пытаюсь там найти ответы на свои вопросы.

В спальне тихо. Поворачиваю голову и смотрю на Стаса, который уже давно крепко спит. Его дыхание ровное и спокойное, и на мгновение я даже завидую этой его способности практически мгновенно переключаться с бодрствования на сон.

Мне не даёт уснуть чувство неуверенности и тревоги.

Возможно, я просто забиваю себе голову пустыми подозрениями? Или всё-таки стоит доверяться своему внутреннему голосу?

Во время ужина Стас несколько раз хватался за телефон, но тут же переворачивал его экраном вниз.

Возможно, это были рабочие дела, и я зря себя накручиваю?

Просто я нуждаюсь в информации, а её отсутствие всегда раздражает.