Павелителя. Дилогия (СИ), стр. 23

Пока не получалось. Я себя не видел, но знал, что из-за тошноты, цветом кожи сейчас немного напоминал своего гоблина.

По поместью прокатилась очередная волна Света. В груди неприятно сжалось, желудок скуртило, и я поспешно наклонился.

Чтоб тебя…

Причину я понял сразу. Даже гадать не пришлось. Как только этот расфуфыренный служитель Света принялся очищать поместье, мой источник словно обложили раскаленными камнями.

В прежнем теле я бы такого воздействия даже не заметил. Разве что почесался. А сейчас собственной силы едва хватало, чтобы прикрыть источник, и все остальное доставалось мне.

Лично.

— Сраный инквизитор… — выдавил я, отдышавшись. — Чтоб тебя этим Светом изнутри…

Закончить пожелание не удалось. Пришлось снова склониться над горшком.

Носок стоял рядом, держась за живот. Уши повисли, а на лбу выступила испарина. Он смотрел на меня с таким несчастным видом, словно это я его решил испытать.

— Носок, да не смотри ты на меня так. Самому хреново!

— Павелителя… — начал он, но не закончил.

— Возьми лучше. Поменяй. — Я протянул ему горшок.

Гоблин взял горшок обеими руками и засеменил к двери. Я проводил его взглядом, лег на бок и прикрыл глаза.

Надо дышать. Сейчас отпустит. Главное не пытаться спорить с этим проклятым ритуалом. Сейчас я практически бессилен.

И ведь сам виноват. Отправил гоблина за колбасой. Мог бы просто ограничиться проверкой заклинания. Теперь вот весь дом очищают.

За дверью торопливо зашлепали ноги. Послышался какой-то стук, затем приглушенное:

— Усь-мясь…

Хоть бы ничего не разлил, блин. Я сглотнул и осторожно сел. Вроде отпустило. Даже в груди стало полегче. Фух!

В комнату вбежал Носок с чистым горшком.

— Давай сюда.

Он сделал ко мне два шага и внезапно замер. Я сразу понял, что за выражение лица.

— Нет. Носок, даже не…

В тот же миг гоблин согнулся над горшком. А я закрыл глаза. Торопиться уже было некуда. Носок откашлялся, шмыгнул носом и подошел к кровати.

— Павелителя. Чистый принес.

Я посмотрел на него. Потом перевел взгляд на протянутый горшок.

— Чистый?

Гоблин заглянул внутрь. Уши у него опустились еще ниже.

— Моя не успеть.

Я хотел сказать ему многое. Но зачем-то тоже посмотрел внутрь.

Да блин! Только успокоился…

Тут же выхватил горшок, и Носок предусмотрительно отступил. Некоторое время мы оба молчали. Наконец я смог выпрямиться.

— Сраный Свет. Сраный инквизитор…

Носок сочувственно закивал. После чего я добавил.

— И тупые гоблины.

Он перестал кивать.

Я снова протянул ему горшок.

— Еще раз. Этот выливаешь. Берешь два чистых. Один мне, второй себе.

Носок принял ношу и неуверенно посмотрел на меня.

— Павелителя, два нести тяжело.

— Надо будет, три принесешь! один подарю инквизитору.

Гоблин задумался.

— Два, — поспешно уточнил я. — Просто принеси два горшка, Носок. И не смей рыгать в мой!

* * *

— Выглядите не здорово, — произнес Нокт, задумчиво рассматривая мальчишку перед собой.

Инквизитор сидел за столиком, перед ним на столике стоял исходящий паром чайник, пара чашек и корзиночка с домашним печеньем.

— Съел что-то не то… — нехотя ответил Джордж, задумчиво поглаживая живот.

— М-м-м-м… Знаете, зачем меня пригласили? — спросил служитель ордена с задумчивым видом.

— Если честно — нет. Меня не ставят в известность на счет семейных дел, — признался мальчишка и вытянул шею, заглядывая в чашки. — Простите, я бы выпил чего-нибудь горячего.

Джордж глянул на Носка, что стоял рядом столбом и кивнул на столик.

— Налей нам чаю… АККУРАТНО!

Гоблин, чья кожа от воздействия такого количества света приобрела фиолетовый оттенок, подошел к столу, аккуратно взял чайник и наполнил чашки. Вернув чайник на стол, он отошел снова на свое место.

— Поразительная выучка, — хмыкнул инквизитор, внимательно осматривая гоблина. — Признаться я изрядно удивлен.

— М-м-м? — взяв чашку, взглянул мальчишка на Нокта. — Чем-же?

— Я отработал «оброк на свет» на северо западе, у болотных топей, — произнес мужчина и тоже взял чашку. — Я видел гоблинов. Сражался с ними. И, скажу вам, первый раз вижу, чтобы гоблин выполнял команды. Крайне занимательное зрелище.

— Не поймите меня неправильно, но у гоблина два уха, два глаза, один рот, две руки и две ноги. Если вам настолько интересно, даже гениталии не сильно отличаются от людских, — пожал плечами Джордж. — А если они так на нас похожи, то почему не могут делать то, что может делать простолюдин?

— Может потому, что они агрессивны, глупы и совершенно беспорядочны. Беспорядочны в плане половых связей, в плане еды, в плане быта… Гоблины — чистый хаос во плоти.

— Вы обобщаете, — покачал головой мальчишка и пригубил чаю. — Вы должны понимать социальную составляющую. Если гоблин родился среди гоблинов, если он с рождения сидел в грязных прелых листьях, а потом ловил крыс со своими соотечественниками, с чего вы решили, что он начнет сеять поля?

Инквизитор нахмурился.

— Если в его племени все имели всех без порядка и даже намека на брак, то… С чего он должен думать по другому? — продолжил Джордж. — Если всю его жизнь, больший кусок получал тот, кто был злее, кто чаще лез в драку, то с чего он должен вести себя по другому?

— По моему вы перегибаете, — усмехнулся мужчина и втянул носом аромат чая с чабрецом.

— Я? Давайте тогда возьмем мальчишку… Пусть даже моего возраста. Из трущоб. Как вы думаете, он будет себя вести? Лучше моего гоблина или нет? — усмехнулся бывший темный властелин.

Инквизитор сделал небольшой глоток чаю, поставил чашку на блюдце и откинулся на спинку плетеного кресла.

— Меня предупредили, что вы крайне умный ребенок. А еще предупредили, что ваш язык… Может быть очень острым, — произнес мужчина и вздохнул. Он закинул ногу на ногу и задумчиво произнес: — И я, кажется, уже знаю, почему профессор из столицы отказался от вашего обучения.

— Спорное утверждение, — пожал плечами Джордж. — Злые языки болтают, что он сбежал от моего вольнодумства. Есть и те, кто считает, что он заломил такую цену за мое обучение, что наш род отказался за это платить.

— Даже так, — усмехнулся Нотк. — А какова ваша версия?

— Никакой версии. Мне просто нечему у него учиться, уважаемый Нокт, — произнес мальчишка, поставил чашку и потянулся за печеньем.

— Считаете, что вы умнее него?

— Умнее? Нет, упаси… э-э-э… Упаси с… свет, — выдавил из себя Джордж. — Все гораздо проще. Он цитировал то одного философа, то другого. Я его ловил на словах от скуки, объясняя прямое противоречие его изречений. У него нет в голове стройного восприятия мира. Его голова — как большая энциклопедия, не более того.

— А вы…

— А я слишком быстро и слишком много читаю, что терпеть этого зануду, — мальчишка откусил печенье и пожал плечами.

— Интересно… Вы очень интересный молодой человек, — задумчиво произнес инквизитор и покосился на гоблина. — Однако, я, не зная сути дела, применил довольно серьезный ритуал света. Удивлен, что ваш гоблин на ногах.

— Я, признаться тоже, — кивнул мальчишка, стараясь не выдать факта, что еще час назад его полоскало так, что он боялся, что увидит собственный желудок. — Может быть дело в том, что он вышел из своего социума?

— Может быть… Может быть… — покивал головой инквизитор и, вздохнув, начал пояснять. — Когда я приехал сюда, по сообщению в орден о призраках, я признаться, не ожидал тут обнаружить гоблина… Без светлой печати.

— Вы об ошейнике? — вскинул брови Джордж. — О, это глупость.

— Это почему же?

— Потому, что нужно уметь работать с гоблинами, а не пытаться их ограничивать.

— Да? — усмехнулся Нокт. — Тогда может вы вообще поясните, зачем вам гоблин? Что вы собрались с ним делать? Зачем вам существо с темной душой?

— Знаете, я еще молод, но у меня есть амбиции, — произнес мальчик и вздохнув, продолжил: — И пока моя цель — сделать из гоблина идеального слугу.