И пришёл охотник (СИ), стр. 16
Я вдруг поймал себя на том, что сердце сжимает странная тоска. Будто бы я вовсе не хотел уезжать…
Достав смартфон, я покопался в приложениях. Хотел включить музыку — но вспомнил, что связи нет. Тогда я активировал ФМ-радио. Сканер прошерстил диапазон и на выбор предложил несколько радиостанций.
Немного подумав, я решил вместо музыки включить новостной «Спутник».
«…противоречивые данные, — говорил женский голос. — Наши корреспонденты остаются на связи в ожидании комментариев официальных лиц. Пока что можно уверенно сказать, что в ближайшие несколько часов проезд открыт не будет. Автомобилистам рекомендовано выбирать путь объезда. Там уже образовались многокилометровые пробки. Тем временем в самом городе…»
Приём вдруг испортился. Я попробовал переключиться на «Дорожное радио», но и там были сплошные помехи, слушать невозможно.
Я притормозил и остановился на обочине. Приоткрыл окно со стороны водителя — вдруг показалось, что в салоне душно. Ночной воздух принёс степные запахи и свежесть. Сделав пару глубоких вдохов, я открыл карту на основном экране. Внимательно просмотрел возможные маршруты до Чонгара. Потом обратил внимание на Армянск. Почесал подбородок.
Вдруг со стороны моря послышался шум, напоминающий гул самолётных двигателей. Я выглянул в окно. Мне показалось, что прямо на меня в хрустально-прозрачном воздухе, наполненном лунным светом, несётся хищная вытянутая тень с короткими крыльями.
Сердце замерло на миг. Я с тоской подумал, что вот и всё. Закончился мой творческий путь. Но нет: ракета прошла прямо над дорогой, очень низко, может, на ста метрах всего. Пролетев пару километров, она деловито развернулась и пошла куда-то в сторону Евпатории. Некоторое время я глядел ей вслед, уговаривая себя отцепить ладони от руля. Наконец, мне это удалось.
Ещё до того, как я тронулся, в той стороне, куда ушла ракета, что-то вспыхнуло. Потом до меня докатился низкий, утробный грохот. Конечно, мне хотелось верить, что это ПВО отработало — но едва ли взрыв в этом случае был бы таким мощным.
В Симферополь мне больше не хотелось. Да и в Чонгар тоже. Паника — страшное дело, а там наверняка будет что-то на неё похожее. Поэтому, проехав несколько километров вперёд, я свернул направо, на Далёкое.
Несмотря на то, что дорога была второстепенной, покрытие тут оказалось вполне приличным, видимо, недавно отремонтировали. Это позволяло держать приличную скорость, даже не пользуясь электронными помощниками.
Конечно, я вспомнил про Зелёного Гоблина и его предупреждение.
Кем на самом деле был мой неизвестный собеседник? Сотрудником одной из западных спецслужб? Теперь такой вариант выглядел вполне вероятным. Но для чего я ему был нужен изначально?
На самом деле у меня был ответ на этот вопрос. И он мне совершенно не понравился.
Возник соблазн разблокировать его и спросить напрямую. Интересно посмотреть, как бы он начал вертеться… или же, наоборот, признался бы сразу? И, скажем, начал бы меня шантажировать?
Я ухмыльнулся, представляя, что именно написал бы ему в ответ.
Впрочем, эта идея всё равно оставалась сугубо теоретической — ведь связи не было и не предвиделось.
Когда я подъехал ближе к морю, то заметил ещё несколько вспышек у горизонта. Впрочем, они были достаточно далеко, чтобы беспокоиться о них всерьёз.
На дороге по-прежнему было пустынно. За всё время мне лишь однажды попался одинокий военный грузовик, да какой-то мужик на стареньком «Вольво».
Следуя по указателям, я миновал Раздольное, Воронцовку, и уже на рассвете находился у въезда в Красноперекопск.
Здесь обстановка была спокойной. Появились другие машины. На заправках, правда, стояли большие очереди — но меня это мало волновало, спасибо «Лисяну» и большому запасу в канистрах, в кузове.
Понимая, что почти выбрался, я снизил скорость, чтобы не нарушать и не нахватать зря штрафов. Даже проверил телефон — не появился ли интернет? Однако же, связи по-прежнему не было, даже голосовой.
Тогда я снова включил радио «Спутник». Ведущий сменился — теперь на новостях сидел молодой человек.
«…констатировать произошедшее, — говорил он. — Списки уточняются у оператора. На месте работают следственные органы. По сообщениям очевидцев, разрушения существенные…»
Приём снова начал портиться. Я хотел попробовать перенастроиться на другую станцию, но тут снова услышал сзади характерный авиационный гул.
Я ехал уже непосредственно в самом Красноперекопске. На всякий случай я включил аварийку и остановился на обочине.
В городе ревела сирена.
Надо мной сначала пронеслась одна ракета. Сюрреалистически низко. Это было даже страшнее, чем ночью. За ней последовали ещё три. Потом со стороны Армянска раздался страшный грохот. Там, где шоссе уходило на круг на выезде из города, над горизонтом поднялось огненно-дымное облако. У меня сначала сердце в пятки ушло: на миг я решил, что это тот самый гриб.
Лишь через несколько секунд мне удалось подавить панику. Электроника в машине уже бы выгорела, если бы это был он. Но «Лисян» продолжал работать, штатно и стабильно.
Остальные водители на улице тоже съехали на обочину. Впереди, перед кругом кто-то столкнулся. Там собиралась небольшая пробка.
Не мешкая более, я развернулся через сплошную и поехал в противоположную сторону.
Очевидно, что двигаться дальше в сторону КПП в надежде, что он не пострадал, было наивно. Похоже, били именно по дорогам, которые связывали полуостров с материком.
Уезжая из города, снова наплевав на скоростные ограничения, я лихорадочно соображал: куда податься? На Джанкой через Воинку и дальше на Чонгар? Но, блин, если даже здесь такое творится — то что происходит там?
Хорошо бы вернуться в Симферополь. Всё-таки город есть город: убежища, средства защиты, снабжение. Или даже в Севастополь. Найти, где остановиться, переждать острую фазу ситуации. Спокойно, без нервов по возможности. А уже потом, после стабилизации, продумывать путь возвращения.
Мне этот план показался вполне разумным. И ехать я решил таким же путём, каким попал сюда. По крайней мере, он казался безопасным. Видимо, из-за низкой загруженности бить по тем дорогам было бессмысленно.
Я благополучно проехал Раздольное. Хотел было снова поглядеть карту, чтобы не запутаться, но тут мне навстречу проехала колонна из трёх военных «Уралов» с матерчатыми кунгами. Они мчались на огромной скорости, прямо по центру шоссе, игнорируя полосы, так что я едва успел свернуть на обочину.
Остановившись, я поглядел им вслед. И обомлел, когда увидел, что колонну преследует сразу три эф-пи-ви дрона!
Из кузова замыкающего «Урала» вели огонь в отчаянной попытке отбиться от «птичек».
Головной машине не повезло. Один из дронов попал в капот. Грузовик подскочил и перевернулся, завалившись на бок. Через несколько секунд рвануло горючее в баке.
Оставшиеся две машины сумели увернуться от столкновения — всё-таки держали приличную дистанцию. Но дроны продолжали их преследовать. Я следил за ними, пока грузовики не скрылись за поворотом.
Несколько раз глубоко вздохнув, я попытался собраться с мыслями. Двигаться по дороге вот так, в открытую, больше не хотелось. Да, «Лисян» не слишком похож на военную цель, сейчас мне повезло — но будет ли разбираться в этом противник, если рядом не окажется военных грузовиков?
Тоскливо оглядевшись, я увидел в поле, за дальней посадкой, что-то вроде заброшенного коровника. Идея спрятаться хотя бы на время, до прояснения ситуации, показалась мне вполне здравой и я, свернув в поле, начал двигаться в ту сторону.
Без полного привода в полуразрушенный коровник я бы ни за что не заехал. А так возможностей и габаритов моей машины как раз хватило на то, чтобы попасть в укрытие. Оно оказалось вполне достойным: за торцом коровника, выходящим на дорогу, с крыши сооружения свисала наполовину рухнувшая плита перекрытия, загораживая обзор. А изнутри «Лисян» спрятался за уцелевшую стену. Так что для того, чтобы увидеть машину, нужно было зайти в сам коровник, и никак иначе.
