И пришёл охотник (СИ), стр. 10
Вместо этого я предпочёл слушать.
И в результате где-то ещё в течение примерно сорока минут я получил множество полезной информации о стрелковых бронебойных боеприпасах. Я узнал, что такое «флэшетта» — дротики-иглы в гладкоствольных патронах. А заодно теоретические выкладки Алексея, как можно было бы модифицировать гладкоствол под стрельбу вольфрамовыми «иголками» так, чтобы в боеприпасе было бы достаточно энергии, и чтобы прочности оружия хватало.
Кажется, он даже говорил что-то о практическом тестировании некоторых идей.
Я старался отвечать в тему, насколько вообще позволяли мои скромные знания теоретической физики, механики и баллистики. И вроде бы даже умудрился не наговорить откровенных глупостей. Почем-то перед Алексеем как-то особенно не хотелось опозориться.
Но вот и он, взглянув на часы, сказал, что нам хорошо бы поспать. Если хотим поехать на стрельбище со свежей головой. И я был с ним совершенно согласен — учитывая, что предыдущую ночь мне толком поспать так и не удалось.
А ещё я обратил внимание, что, пока мы были в лагере, никаких «бахов» слышно не было. Зато ветер разыгрался не на шутку, до нас долетал даже шум далёкого прибоя.
— Как-то тихо сегодня, — заметил я, когда мы выходили из кухни.
— Ну да, — ответил Лёха. — Ветер! БПЛАшки берегут.
— Это хорошо, — осторожно заметил я.
— Да, удачно, — кивнул он. Потом вдруг остановился, будто что-то вспомнив. — Помнишь ты спрашивал про прилёт «Нептуна»?
Действительно, пару месяцев назад я увидел в новостных каналах публикации о попытках атаковать наши подразделения в Крыму, на западном побережье, этими ракетами. И на всякий случай уточнил у Алексея, как дела. Он ответил, что всё в норме, и я как-то забыл об этом. Решил, что это их не касалось.
— Ну да, — ответил я. — Ты вроде сказал, что всё норм было, так?
— Да, чудом обошлось без двести и триста, — кивнул Лёха. — Пойдём покажу, куда прилёт был.
Он достал светодиодный фонарик и посветил под ноги. Мы пошли мимо крыльца и дальше, вдоль дома, на другую сторону дворика.
— Вот, любуйся.
Лёха посветил на землю. Там была огромная, как мне показалось, вытянутая воронка. Она заканчивалось всего в полуметре от фундамента дома. Глубиной она была где-то метра полтора и в длину метра три.
— Ого… — вырвалось у меня.
Алексей хмыкнул, явно довольный произведённым эффектом.
— Двигло только недавно вывезли. Интересная ракета, дорогая! Видишь, как нас противник ценит! — сказал он, после чего полез в карман, достал свой смартфон и добавил: — иди сюда, сам прилёт покажу.
Несколько обалдевший, я подошёл к нему. Он открыл на экране видео. На нём несколько бойцов чистили оружие на уже знакомой мне крыльце-веранде. На заднем плане догорал красивый алый закат. А через пару секунд пол-экрана залила яркая оранжевая вспышка. Грохотнуло. Кажется, сам домик подскочил на фундаменте, а потом каким-то чудом собрался обратно.
Больше всего меня удивила реакция людей. Никто даже не уронил оружие! Хотя некоторые залегли на пол — но при этом умудрившись быстро и аккуратно уложить частично разобранный ствол рядом.
Уже потом, спустя несколько мгновений, послышались крепкие словечки. Кто-то выбежал с веранды. Началась какая-то движуха. Но видео уже закончилось.
— Ого себе… — тихо сказал я.
— Ну что, не передумал у нас ночевать? — улыбнулся Лёха.
— Нет, — ответил я. — Не передумал.
Сначала сказал — а потом подумал про себя: «Точно не передумал?» Но тут же устыдился таких мыслей.
— Ну добро, — он кивнул. — Пошли тогда спать.
Мы вернулись к внешней стороне домика.
— Слушай, а во сколько подъём? — спросил я.
Лёха остановился на секунду и как-то странно на меня посмотрел. Я чуть нахмурился. А что? Это же вроде военный отряд? Я же служил. Как и во всяком военном подразделении тут должен быть распорядок дня. Подъём, построение, вечерняя поверка… только теперь я понял, что ничего похожего вечером я не видел.
— Да как надо будет, так и встанем, — ответил Лёха. — Обычно все где-то часов в восемь. Или около того.
— Около того… — немного ошарашенно спросил я. — У меня в армии как-то по-другому было. Распорядок, построение…
— Просто каждый знает, где, когда и во сколько ему надо быть, — ответил Лёха. — Как-то справляемся.
— Ясно. Логично… — кивнул я.
Надо сказать, что бытовые условия в расположении оказались на очень хорошем уровне: в домике был оборудован отличный санузел с душевой кабиной и стиральной машиной. Горячая и холодная вода в наличии. Роскошь, да и только!
Я с удовольствием помылся, подготовился ко сну, потом осторожно, стараясь не потревожить своего соседа по комнате, залёг в койку. И свежее постельное бельё, и сама кровать были хорошего качества, удобные. Совсем не похожие на военные. Тут действительно можно было отлично отдохнуть и как следует выспаться.
Поначалу я опасался, что сосед будет храпеть. Я совершенно не переношу храп. Поэтому для дальних поездок в поезде всегда беру с собой наушники с активным шумоподавлением. В них хотя бы можно уснуть. Наушники, кстати, я привёз с собой и в этот раз — но они остались в машине, в сумке со спортивной одеждой.
Однако мои опасения оказались напрасны: сосед спал тихо. Даже не ёрзал во сне. Идеальный попутчик.
Закрыв глаза, я думал, что сразу провалюсь в сон. Слишком много впечатлений. Да и не выспался накануне. Однако перед глазами стояли кадры того взрыва и воронка. Не то, чтобы я всерьёз опасался повторения. Наверняка определённые выводы были сделаны, и проведена работа над ошибками. Но меня впечатлила сама идея внезапной опасности. Когда смерть может ждать там, где, казалось бы, спокойно. Ещё я думал о том, что границы и расстояния на войне — понятия очень условные.
Потом я подумал о своём соседе. Парне, которому завтра ехать на позиции. И мне стало немного стыдно за свою впечатлительность. Усилием воли я заставил себя думать о хорошем и всё-таки провалился в дрёму.
Мне снились горы и мулы, которые почему-то были очень похожи на среднеазиатских ишаков. И ещё немецкие аристократы, которые готовились запустить огромную ракету по жилому комплексу в Москве, где я недавно купил квартиру. Причём я знал, что как раз в это время ко мне решила заехать мама — а меня самого дома не было.
Сон был неприятным, липким, повторяющимся. И я был рад, когда, в очередной раз открыв глаза, увидел, как за окном забрезжил серый рассвет.
Ровно в этот момент поднялся мой сосед по комнате. Похоже, у него был заведён вибробудильник на часах. Меня это приятно удивило: не каждый способен на такую деликатность.
— Доброе утро, — поздоровался я, не желая делать вид, что сплю.
— Доброе, — кивнул он.
— Я Миха, — сказал я, поднимаясь с постели и протягивая руку. — Вчера не познакомились.
— Писатель? Ага, Зигфрид говорил про тебя. Павел. Позывной Мотор.
— Приятно.
Павел некоторое время посидел на кровати, видимо, собираясь с мыслями. Потом вздохнул и поднялся. Начал собирать вещи.
В свете разгорающейся утренней зари я смог рассмотреть его. Могучее сложение. Не как у Лёхи, конечно — но тоже шкаф будь здоров. Несколько татуировок: на ногах, на спине, на груди. Кажется, какие-то северные мотивы. И сам он был чем-то похож на викинга — светлые волосы, голубые глаза, такая же светлая густая борода.
Когда он откуда-то достал огромную банку протеина, я даже не удивился. Залив порцию водой в шейкере, он взболтал её и выпил в несколько глотков.
— Плотный завтрак? — с лёгкой иронией прокомментировал я.
— Типа того, — ответил Павел.
Он принял душ, потом собрал вещи — здоровенный тактический рюкзак, баул в дополнение к нему. Плюс броня и другая экипировка.
— А надолго ты на позиции? — решился спросить я, глядя на такую основательную подготовку.
— Три дня.
— Понятно, почему вещей так много…
— Это разве много? — с иронией ухмыльнулся Павел. После чего подхватил рюкзак, автомат и всё остальное. — Ну, счастливо, — добавил он и вышел из комнаты, умудрившись аккуратно закрыть за собой дверь.
