"Зарубежный детектив 2026-36". Компиляция. Книги 1-12 (СИ), стр. 314

Норберт Поль был среднего роста, атлетического сложения, блондин из Северной Германии, выглядевший как герой полицейского кинобоевика. Вначале Логе Хехту с трудом верилось, что кто-то с подобной внешностью может работать в полиции. Поздоровались они друг с другом формально-вежливо.

- Ну, господин инспектор по уголовным делам, поскольку вы служите в полиции, мне не нужно объяснять вам, что по закону наша беседа строго конфиденциальна, - начал Логе Хехт, одновременно решая, какую тактику ему избрать.

- Короче говоря, ситуация следующая, - продолжил он, - Вы знаете, что в Гамбурге существует постоянная террористическая группа и мы совершенно точно опознали двоих грабителей. Я хочу, чтобы сейчас мы сосредоточились на третьем человеке в банке, на том, чьей жертвой вы сами оказались. Я записываю. Пожалуйста, рассказывайте.

- Человек, с которым мы имеем дело, без сомнения, так называемый Рэмбо-Грабитель, - кратко ответил полицейский и на этом закончил свой рассказ.

- Да, действительно. А на чем основывается ваша гипотеза? - угрюмо проворчал Логе Хехт. В этом он, собственно, и не сомневался.

- Да, во-первых, так, - нерешительно начал инспектор по уголовным делам, затем откашлялся и продолжал: - Так, я должен, вероятно, довести до вашего сведения, что подготовка этого человека в технике ближнего боя превосходит все виденное мною за пятнадцать лет службы. Меня никто никогда не разоружал таким способом. У этого человека солидный опыт в этой области, смею вас заверить. Кроме того, он профессионально владеет оружием.

- Да, действительно. Но он стрелял только в охранника. Террорист, стреляющий в противника, вооруженного автоматом, должен хорошо прицелиться, чтоб убить. Не напрашивается ли вывод, что он специально не попал в цель?

- Нет, абсолютно нет. Я в этом совершенно уверен.

- На чем вы основываете эти рассуждения?

Логе Хехт тут же раскаялся в своей иронии. Он не мог не заметить, что полицейский оскорбился.

- Это никакие не рассуждения, а констатация фактов, - вяло ответил полицейский.

- Прошу прощения, но сам я недостаточно хорошо владею оружием. Это не наше направление, как вы знаете. Ну, теперь рассказывайте, и, пожалуйста, поподробнее.

- Во-первых, способ, которым он держал свой револьвер. Он держал палец на курке прямо перед предохранителем и не взвел курок.

- Не ослабляет ли это его способность стрелять?

- Да, без сомнения. Но именно в этом и суть.

- То есть?

- Человек, знающий оружие, владеющий им профессионально, обращается с ним с гораздо большей осторожностью, чем эти террористы. Кроме того, я видел, как он вытаскивал магазин из моего пистолета. Он ни на секунду не задумался, хотя с этим пистолетом могли возникнуть сложности. Да и сам ход событий, когда вошел этот дурак и открыл огонь.

- Что вы имеете в виду?

- Мы оба стали защищаться одновременно, чисто автоматически. Затем также... мы оба видели, что произошло, и когда он посмотрел на меня, этот Рэмбо-Грабитель, посмотрел мне прямо в глаза, мне показалось... Впрочем, это сложно описать.

- Попробуйте.

- Да, мы обменялись многозначительными взглядами... или как еще это можно назвать, чувствовалось, как будто... это немного сложно описать, но чувствовалось, как будто он - мой коллега. И то, как он нажал на курок своего револьвера, стреляя в охранника, наводит на ту же мысль.

- Я этого не понимаю. Будьте добры, объясните подробнее.

- Так вот. В руке у него был револьвер, скорее всего "смит-и-вессон" 38-го калибра, я, во всяком случае, так думаю. Некоторые сразу же нажимают на курок, чтобы попасть в цель точнее. Он же выдержал паузу, вместо того чтобы сразу палить. Я думаю, что он и тогда бы мог попасть, но уже с меньшей точностью. Но двойное действие делает выстрел гораздо менее точным.

- Двойное действие?

- Да, когда курок зафиксирован, то он взводится в тот же момент, когда делают выстрел. Но он вначале взвел курок, а затем уже прицелился, казалось, прошла целая вечность, а этот сумасшедший все еще продолжал стрелять автоматными очередями. Да и когда он сделал единственный выстрел, то попал, вероятно, именно туда, куда и целился, в плечо, ниже ключицы.

- Какой эффект от такого попадания, как вы думаете?

- Во-первых, это выбило оружие из рук противника. Во-вторых, ранение, очевидно, совершенно неопасное. Он не попал даже в ключицу. Я совершенно уверен в том, что это точное попадание при абсолютном контроле и хорошо выверенное во всех отношениях. Он стрелял не для того, чтобы убить.

- Он сказал что-нибудь?

- Да, три вещи, как я помню. Когда он взял у меня пистолет, то сказал по-немецки что-то вроде: "Спокойно, пожалуйста". Когда стрелял в охранника, он чуть повернулся ко мне и произнес по-английски: "Извиняюсь, но это необходимо". Когда он уже собирался выходить, то взял меня за плечо и, показав на людей, сказал что-то типа: "Nicht verfolgen, verletzte hantieren!" [28]. Это все, что я помню. Следовательно, он не немец. Следовательно, вывод очевиден: мы имеем дело с Рэмбо-Грабителем. Совершенно ясно, что он прекрасно разбирается в оружии, отлично владеет техникой ближнего боя, и, конечно, никаких сомнений, что он иностранец.

Логе Хехт на миг задумался. Двое оказались под огнем стреляющего охранника, обменялись многозначительными взглядами, оценив ситуацию, и приняли одно и то же решение. Очень странный вопрос повис в воздухе.

- Было ли правильным решение стрелять в охранника, как он это сделал? - осторожно спросил Логе Хехт. К его удовлетворению, полицейский не усомнился в смысле вопроса.

- Если мы отбросим полицейские инструкции, едва ли содержащие указания о том, когда уместно открывать огонь против немецкого охранника банка...

- Да, оставим это. Да, чтоб вы, например, сами...

- Если бы я мог так справляться со своими эмоциями, то я бы потом не раскаивался. Среди нас в помещении уже находилось четверо или пятеро раненых. Если б охранник продолжал палить еще несколько секунд, то последствия могли бы быть невообразимыми.

- Тогда у меня остался только один вопрос. Что вы, черт побери, делали в банке?

Полицейский вдруг показался пристыженным. Логе Хехт не был знаком с полицейскими инструкциями и не знал, как должен реагировать в такой ситуации проходящий мимо вооруженный полицейский.

- Так, стало быть... Снаружи я заметил в банке только двоих. Я заметил женщину и решил их застать врасплох... Я считаю, что могу профессионально справиться как с грабителями, так и с убийцами.

- Следовательно, вы неправильно оценили ситуацию?

- Да, можно так сказать.

- А как надо было правильно реагировать?

- Дождаться, пока грабители выйдут из банка, возможно, начать преследование, вызвать подмогу.

Логе Хехт был доволен. Он внезапно увидел возможность получить у полицейского гарантии от сплетен в прессе о Рэмбо-Грабителе и кое о чем другом. С минуту он перебирал документы и потом протянул их через стол полицейскому, тот снова смутился.

- Вот обязательства, которые вы должны подписать, чтобы подтвердить неразглашение служебной тайны. Это касается и ваших наблюдений, и ваших выводов. В обычном случае подобная бумага вряд ли может помешать "Бильду" опубликовать завтра всевозможную чепуху, но сейчас я вам это предлагаю. Мне не нужно объяснять, когда я буду докладывать вашему шефу, что ваше поведение было абсолютно правильным и имеет большое значение для безопасности Федеративной Республики. Вы меня понимаете?

- Ничего не выйдет наружу, да...

- Если ничего не выйдет наружу, вы поступили абсолютно правильно. Если что-то всплывет, вы вели себя по-идиотски, топорно. Как, достаточно точно сформулировано?

- Да, совершенно точно.

- Тогда я должен поблагодарить инспектора по уголовным делам за беспокойство. Ваши выводы имеют очень большое значение, смею вас в этом заверить.