Тренер Гильдии Фамильяров 8 (СИ), стр. 6

Белов откровенно филонил, с кем-то болтая по телефону и лузгая семечки. А команда расположилась на лавочке.

Правда, Белов успел их изрядно загонять. Проводники тяжело дышали, хлебая воду из бутылок. Питомцы отдыхали, каждый по-своему.

Матильда вылизывала хвост, Неон разлёгся ковром у ног Дэнни, мерцая шёрстью, Бублик водил шеей то вправо, то влево, шумно фырчал, разлёгшись на пузе перед своей хозяйкой. А Желешка пускала пузыри и расплылась в расслабленную позу, а точнее в лужицу.

Я подошёл к ним. Белов увидел меня и чуть не подавился семечкой, подобрался и подскочил. Хотел спросить, что с Бурбуром, но я ему сообщил, что всё нормально, уладили вопрос с вольерами.

— Тренер, только не говорите, что мы сейчас опять пойдём шины таскать, — простонал Дэнни Ветров, смахивая пот с лица. — Я ещё одной силовухи не осилю. У меня мышцы забиты. Неон вон вообще вставать отказывается.

— Согласна с мажором, — Лера злобно зыркнула на Белова. — Артём Сергеич нас как ездовых собак гоняет. Выживание какое-то. У меня Бублик скоро лапы сотрёт.

Белов, замерший в сторонке с секундомером, лишь хмыкнул в ответ.

— Не перелОмитесь, — буркнул он. — В Бронзе вас жалеть не будут.

— Артём Сергеич, достаточно. Никаких силовых тренировок сегодня больше не будет, — громко объявил я, и над плацем пронёсся дружный вздох команды. — Но мы изучим новый тактический приём. Называется «Зацеп».

Я прошёлся перед строем, постукивая по бедру разрядным копьём, которое осталось у меня после нашего рейда.

И вдруг Желешка, мирно отдыхавшая рядом с Костей, резко собралась в куб, затем в шар. Содрогнулась всем своим полупрозрачным зелёным телом, издавая клокочущее бульканье, похожее на звук закипающего гейзера. И сорвалась с места.

Она бросилась по плацу с немыслимой скоростью, а Костя кинулся за ней.

— Эт-то ещё что за фигня, — выдавила Лера, провожая взглядом меняющую форму Желешку.

— Желешка! Стой! Что с тобой случилось⁈ — Костя уже бежал за ней, стараясь перехватить.

Живчик помог немного. Задержал парочкой барьеров. Костя ухватил Желешку, рухнул на колени, крепко прижимая к себе дрожащую желейную массу.

— Тренер! Помогите! Ей опять плохо! — крикнул Смирнов, едва удерживая брыкающуюся питомицу.

Я уже был рядом, нахмурился.

Воспаление Ядра так не проявлялось. Это было похоже на приступ острой паники. Или отторжения.

Я присел рядом с Костей, всмотрелся вглубь полупрозрачного тела Желешки, пытаясь разглядеть источник вибраций.

И то, что я увидел, заставило меня удивиться. Вот так ситуация.

Внутри Желешки метались теперь уже два тёмных сгустка размером с кулак. Они лихорадочно носились внутри зелёной массы. Причём двигались они синхронно и не сталкиваясь друг с другом.

Глава 3

— Отставить тренировку! — гаркнул на фоне Белов.

Я же всматривался в блуждающие тёмные пятна внутри Желешки.

— Смирнов, неси её в лазарет, — взглянул я на уже начинающего паниковать Костю. — Живо. И отставить эти дёрганья. Так ты точно своей питомице не поможешь.

Парень судорожно кивнул, скомандовал Желешке, чтобы она сформировала щупальце и ухватился за него, потащил через плац к главному корпусу.

Я последовал за ним.

В лазарете мерно гудел старенький эфирограф в тестовом режиме. Воздух здесь как и обычно пропитан въедливым запахом медицинского спирта, сушёной ромашки и антисептика.

Полина находилась на своём рабочем месте и при нашем появлении сразу же указала на диагностическую платформу.

— Всё будет хорошо, моя красотка. Мы справимся, — бормотал Костя, бережно подтягивая подрагивающую Желешку на металлическую поверхность.

Его питомица невероятно нервничала. Хлопала глазами, окидывая нас, будто мы её привели на эшафот. Оказавшись на платформе, он мгновенно сжалась в плотный шар размером с гигантский арбуз и вновь выпустила в воздух тревожный запах прелой травы.

Полина с абсолютно невозмутимым видом подошла к аппарату, принялась крутить тумблеры, настраивая фокус. На матовом экране прибора высветился полупрозрачный силуэт питомицы. Внутри её желеобразного тела отчётливо виднелись два тёмных пятна, каждое размером с кулак.

Эти странные сгустки продолжали синхронно кружить по замкнутой орбите, полностью игнорируя диагностические волны.

— Не просвечивает, — озадаченно пробормотала Полина. — Ничего не понимаю. А если так?

Она подкрутила резкость, подкрутила настройки. Эфирограф загудел сильнее.

Но… он не мог просветить странные объекты, как ни старалась Полина этого добиться. Направленный луч огибал их, будто речная вода обтекала гладкие подводные камни. Аппарат издал противный писк, выдавая на дополнительном мониторе шкалу стресса.

Стрелка замерла на отметке сорок девять процентов. Для желатиновых организмов это значение считалось критическим.

— Док, только не говорите, что это опухоль! — в предынфарктном состоянии взмолился Костя, вцепившись пальцами в край стола. — Или… боже мой, она беременна⁈ Я читал на форумах слаймоводов, что они иногда от перепада температур…

— Смирнов, выдыхай, — с каменным лицом оборвала его Полина. — Всё это бред. Слаймы размножаются почкованием, и только при избытке эфира. А половой контакт у них своеобразен, не как у животных.

— Я знаю, — сглотнул ком в горле Костя. — Вроде особого касания…

— Скорее временного слияния. Особь мужского пола частично сливается с женской, — улыбнулась Полина, хотя её улыбка была очень натянутой. Док переживала за судьбу Желешки. — Но ведь она не контактировала с особями мужского пола за последние две недели? Верно? Если только ты её тайно не водил на случку.

Костя густо покраснел и замотал головой.

Я шагнул ближе к экрану, сфокусировал взгляд на пациенте. Внутреннее зрение мгновенно разложило картинку на энергетические потоки.

Это точно были не паразиты. Да и зародышами сгустки тоже не являлись. Объекты больше походили на изолированные капсулы с собственной, очень высокой плотностью.

Учитывая уровень стресса, Ядро Желешки было перегружено, захлёбывалось от сильного напряжения. Она пыталась справиться с этими пятнами? Или пугалась того, что они могут причинить ей вред? Да ещё и Костя, волнуясь, увеличивал её беспокойство, причём кратно.

Полина молча набрала в шприц прозрачную жидкость.

— Что это вы хотите ей вколоть? — охнул Костя.

— Стабилизирующий эфирный физраствор, — сухо сообщила Поля. — Ей станет легче.

Док уверенным движением вколола препарат, прямо в упругий зелёный бок питомицы Кости.

Желешка тихо булькнула. Её тело немного расслабилось, вернуло свой привычный светло-зелёный оттенок. Но тёмные пятна никуда не исчезли. Однако они перестали мельтешить, мирно замерли в самом центре.

— Режим покоя, строгая диета, никакого сахара и физических перегрузок, — Полина вытащила иглу и жестом дала понять, что отпускает Костю с питомицей. — Будет булькать с грубым металлическим оттенком или ситуация повторится — сразу тащи её ко мне. Вечером жду на повторное обследование.

— Спасибо вам огромное, — Костя с облегчением выдохнул, бережно сгрёб Желешку в охапку и поспешил к выходу, клятвенно обещая следить за каждым её пузырьком.

Поля проводила его взглядом, затем сфокусировала его на мне. Я различил в её глазах мелькнувшую озабоченность.

— Я такого ещё не видела, — хмыкнула Полина. — А ты?

— Пока тоже сказать ничего не могу. Надо понаблюдать, — ответил я.

— Сразу звони, в любое время, — сообщила Полина, затем подошла ко мне, прижалась и мы поцеловались.

Затем Док отстранилась, услышав скрип двери. В дверном проёме показалась лысоватая голова Белова с несколькими торчащими волосками.

— Артур Викторович, команда ждёт вас, — кашлянул он, наблюдая залившуюся румянцем Полю. — Приём хотели показать.

— Да, приём, — я кивнул Доку, и отправился следом за помощником.

Через пару минут на плацу передо мной выстроились тандемы.