Тренер Гильдии Фамильяров 8 (СИ), стр. 44

— Вж-жух! — прочертил тот пространство, врезаясь в грудь щуплого Проводника.

Вот так поворот событий! Хотя что он хотел? Сам виноват.

От мощнейшего разряда парень с истошным воплем отлетел, на два метра назад. С грохотом он рухнул на спину. Его спасла броня. Если б не она, его бы вырубило.

— Ах ты, падаль! — в исступлении заорал он, с трудом вскочив на ноги.

Обезумев от ярости, Проводник кинулся обратно к волку, грубо схватил его за шипастый ошейник и, надрываясь, потащил скулящего зверя за собой, буквально волоком.

Но… уже слишком поздно.

В эту самую секунду хрустальный Неон пронёсся мимо них по своей дорожке. За ним, тяжело дыша, пробежал Дэнни. Мажор достиг своей колонны, судорожно ухватился за неё, словно он утопающий, а это спасительный кусок дерева.

Дэнни надсадно зарычал, не жалея голосовых связок и с размаху впечатал ладонь в красную кнопку.

На небольшом табло моментально вспыхнул яркий зелёный свет. Такой же загорелся и на главном табло Петровской арены.

Оглушительный и продолжительный победный гудок возвестил об окончании испытания. Мы сделали это!

Но торжество оказалось недолгим.

На бровке арены показался тренер «Завоевателей». Лысый, шкафоподобный мужик с бычьей шеей бушевал, махал руками. Затем позвонил кому-то.

Через несколько секунд на табло Арены изменилась картинка.

Две гильдии. И напротив «Огненных львов» раздражающе мигал большой красный крестик. Команда под угрозой дисквалификации, но решение пока ещё не окончательное.

В Лигах стараются сначала во всем разобраться. И уже потом махать шашкой, когда всё станет ясно.

Мы спустились в нашу гостевую раздевалку. Команда была измотана, все напряжены до предела.

Кира нервно мерила шагами небольшое пространство, её каблучки выбивали тревожную дробь по кафелю. Владелица гильдии держалась из последних сил.

— Они ведь отнимут у нас победу… — дрожащим голосом говорила Кира, хватаясь за голову. — Господи, мы же первые добежали! Честно добежали! Горай… Зачем ты вообще туда вышел⁈ Зачем вмешался⁈

— Ты прекрасно знаешь — зачем, — жёстко ответил я, не сводя с неё глаз. — Иначе эти ворота захлопнулись бы, и мы гарантированно проиграли бы испытание.

— Так… стоп. А почему они бы захлопнулись? — замерла Воронцова. — Они же… но у них же нет оснований так поступать.

— Что-то видно засекли, может кто-то решил втихую пронести с собой запрещёнку, — Белов зыркнул в сторону Темникова.

— Я чист, Артём Сергеич, — развёл тот руками.

— Артур Викторыч, не хочу тебя расстраивать. Но мы и так профукали испытание, — взглянул на меня покрасневший помощник. — На рукаве повязка, и та метка на табло. Вы знаете, что это такое. Они уже всё решили.

— Нет. Мы выиграли, — ровным, ледяным тоном отчеканил я. — И если метка мигает на табло… значит судьи не решили ещё ничего.

— И что вы скажете комиссии⁈ — не унимался помощник. — Выскочили прямо в закрытую зону! Вломились, сломали барьер, словно… какой-то террорист! У них же есть все записи!

— Я сделал то, что было нужно, Артём Сергеевич, — спокойно произнёс я.

— Я согласна с Артуром. Судейская коллегия ещё ничего не решила, — произнесла Полина.

Она сидела в стороне на скамейке, аккуратно накладывая тугую повязку на лапу дрожащему от перенапряжения Неону. Дэнни сидел рядом со своим питомцем, бледный как полотно. Но в его глазах всё же мелькала та радость от того, что он вывез испытание. Вытащил его, самостоятельно, без помощи остальных.

Что же касается других наших Проводников, все сидели поникшие, осознавая тяжесть ситуации. Темников вообще не поднимал взгляда от пола. Явно чувствовал свою вину за свой провал на «Плавильне».

Дверь раздевалки распахнулась. На пороге появился тот самый пухлый организатор, сопровождаемый тремя стюардами.

— Наставник «Огненных львов». Артур Горай, — буквально выдавил из себя толстяк, холодно глядя на меня. — Вас срочно вызывает Главный судья. Пройдёмте. Остальные члены команды… на выход, в досмотровую на проверку экипировки.

Стюарды шагнули вперёд, собираясь увести ребят.

— Нет, — я властно поднял руку, останавливая их. — Никаких досмотровых. Вы же помните регламент, верно?

Стюарды переглянулись. А я ожидал, что они скажут. Параграф тридцать восьмой никто ещё не отменял. В случае любого эксцесса досмотр команды проводится в общем помещении с обязательной видеофиксацией. Исключение — пробы на допинг. В этом случае используются специальные медпункты Лиги.

Пухлый организатор вздохнул. Видимо вспомнил правило. Злобно сверкнул глазами, и нехотя кивнул своим подчинённым. Возразить ему было нечего.

Белов тут же вскочил с лавочки, подошёл ко мне.

— Я пойду с вами, Артур Викторович, — решительно зашипел мне на ухо помощник. — Будем отстаивать наши права вместе. Вместе отобьёмся

— Нельзя, — ухмыльнулся пухлый, мстительно сверкнув в мою сторону глазами. — В судейскую комнату допускаются лишь наставники, от каждой выступающей гильдии. Параграф сорок три, пункт два семь.

— А к чему такая честь? Хотят разобраться?

— Всего лишь выслушать, не более того, — сообщил пухляш, скрывая злорадную улыбку. — На ваш счёт, думаю, уже всё решили.

Кого он хочет запугать? Я понимал, что это всего лишь слова, психологический прессинг, не более того. Но я не обратил на такой нелепый выпад никакого внимания.

Молча поправил воротник куртки, и ободряюще подмигнул замершей в стороне Полине. Затем погладил возмущённо зашипевшую Искорку. Кроха пыталась стянуть лапками блокирующий ошейник, чтобы задать всем негодяям жару, но у неё не получалось. Тот сидел плотно.

Я направился вслед за пухляшом, в логово к судьям. А Живчик почапал за мной.

Поднявшись на лифте на верхний уровень Петровской арены, я оказался в главной судейской обители. Это было просторное помещение с дорогой отделкой из тёмного дерева. Справа вся стена заставлена десятками экранов, на которые выводилась картинка с камер наблюдения Арены.

В центре комнаты, за массивным столом, восседал Главный судья. Высокий и щуплый человек в строгом синем костюме. Он уставился рыбьими глазами на меня холодным и невыразительным взглядом, сжал тонкие губы плотнее.

По правую руку от него, вальяжно прислонившись к стене, замер наставник «Завоевателей». Шкафоподобный мужик смотрел на меня с торжествующей ухмылкой победителя. Ещё четверо судей за столом лишь мазнули по мне безразличными взглядами, они подписывали документ, который скоро вручат мне.

Главный судья сухо откашлялся, поправил галстук и скрипучим голосом зачитал заранее подготовленный приговор:

— Наставник гильдии «Огненные львы», Артур Горай. Видеокамеры зафиксировали, как вы самовольно покинули тренерскую зону. Вы умышленно вывели из строя панель управления входом в техническую зону, сорвали блокирующий ошейник со стороннего питомца и активировали его способности. Налицо грубейшее и беспрецедентное вмешательство в ход испытания. Наказание за подобный проступок согласно пункта тринадцать устава Лиги — безоговорочная дисквалификация гильдии, на год. Ваша сегодняшняя победа официально аннулирована.

Тренер «Завоевателей» победно оскалился, скрестив огромные руки на груди.

— Всё абсолютно правильно, Пётр Архипович, — довольно прогудел он. — Правила едины для всех. Не умеешь играть честно — значит прямая дорога на подпольные арены.

Главный судья прищурился, всматриваясь в моё совершенно спокойное лицо. Он ждал, что я отвечу. Но я молчал. Пока молчал.

— Вы лично, как наставник, также дисквалифицированы. И ввиду ваших действий, срок увеличен до пяти лет, — добавил судья. — Официальный протокол с постановлением о штрафе для вашей гильдии мы пришлём по почте. А сейчас подпишите вот это уведомление.

Он небрежным жестом пододвинул ко мне по столешнице бумажный бланк, положил рядом дорогую перьевую ручку.

Ни один мускул на моём лице не дрогнул. Я проигнорировал бумагу. Шагнув вперёд, остановился напротив Главного судьи. А затем сорвал с предплечья красную повязку нарушителя, бросил её на лист уведомления. Затем подвинул к себе кресло и уселся, деловито закинув ногу на ногу.