Смейся! (СИ), стр. 23
В семь утра Наташа уже выехала из дома. Не потому, что боялась опоздать, ей хотелось оказаться в среде себе подобных, отвлечься, посмеяться. В прошлый раз абитуриенты вообще весь двор заполонили, вдруг и сейчас будет так же?
Приехала она без десяти восемь, но дворик был пуст, только на одной лавочке в тени лип сидели два парня, один толстый, второй обычный. Не так себе представляла Наташа будущих одногруппников! Ей думалось, это должны быть сплошь высокие красавцы, а не такие невзрачные индивиды.
Потому подходить к ним она не стала — а вдруг они не поступают, а просто тут сидят?
Она уселась на другую скамейку, но это было невыносимо. Время тянулось издевательски медленно. Буквы зазубренного текста разбегались, и она отправилась бродить, глядя на свое отражение в витринах. Прислушавшись к совету Анны, Наташа оделась скромно и была такой же невзрачной, как те двое.
Главное — не забыть про свой талант, пусть все ощутят эмоцию, которую она будет транслировать!
Бродила Наташа полчаса, а когда вернулась, на ее скамейке уже сидела высокая бледнолицая девушка, длинноногая и тонкая, как паучок-часик.
— Привет, — поздоровалась с ней Наташа. — Ты поступать?
Девушка смерила ее взглядом, будто пытаясь взвесить в ней талант, сравнить его со своим, и нехотя кивнула.
— Да. Лена.
И устремила взгляд в никуда.
«Какая противная», — подумала Наташа, так же нехотя представилась, присаживаясь рядом. «Пусть тебе тоже кисло будет».
Не то что Натка, с которой они сразу начали дурачиться. Она обещала прийти в десять, чтобы поддержать Наташу морально.
Сегодня прослушивались сто человек, которые прошли предварительный отбор — лучшие из лучших. На их фоне вряд ли получится блистать, хотя… Наташа покосилась на бледную бесформенную соседку.
Дворик начал наполняться абитуриентами. В прошлый раз они приходили целыми компаниями, теперь явились поодиночке и казались тихими и скромными, рассматривали друг друга, прикидывали свои шансы. Наташе тоже было интересно, кто поступит и останется.
Сидящая рядом с ней макаронина? Вон та длинноволосая красавица-блондинка? Монументальный брюнет с монобровью и массивной челюстью, которому только злодеев играть? Вон тот высокомерный красавец?
А она, Наташа, останется ли?
Все, что говорила ей Рассадина, отодвинулось на задний план. Осталась беспомощность, теперь казалось, что Наташа хуже и недостойнее любого. Выскочка деревенская!
Ну уж нет! Бороться надо до конца, если не она с ее эмпатией, то кто поступит? Она много раз слышала, что это один из немногих институтов, где берут не блатных, а самых талантливых.
Ее швыряло из крайности в крайность, то в жар, то в холод. Наверное, как и каждого, кто сегодня пришел. До тех пор, пока народ не оживился, увидев пересекающую двор тонкую и прямую пожилую женщину — ту же, что запускала их в прошлый раз. Ее завали Тамара Львовна.
Она открыла главный вход, закрыв его собой, и сказала то же, что и в прошлый раз:
— Уважаемые абитуриенты! Сверяемся со списками на сегодня. Творческое собеседование будет проходить в студии номер три. Огромная просьба в коридорах не толпиться, в туалетах не курить. Посмотрели — нашли себя — вышли. Удачи вам, мои хорошие!
Наташа очень надеялась, что сначала позволят выступить желающим отстреляться первыми, но нет. Придется мучиться как минимум до полудня.
Девчонки ломанулись в туалет краситься и переодеваться. Но не все, как в прошлый раз. Видимо, многие тоже занимались с профессионалами, которые объяснили им, что актер — это глина, а не кувшин.
Пока одна часть абитуриентов прихорашивалась, вторая роилась возле стенда со списками. У Наташи сердце екнуло. А вдруг ее забыли? Вспомнился тревожный сон, сердечко заколотилось, и Наташа ввинтилась в толпу, протиснулась к стенду, нашла себя и выдохнула — будто тяжелый груз сбросила.
В девять началась перекличка. Наташа увидела знакомого кудрявого паренька в очках, который поступал вместе с ней, протиснулась к нему, улыбнулась:
— Привет.
Он искренне ей обрадовался, аж сгреб в объятия.
— Ну что, давай бояться вместе. Дай мне свой волос, — попросил он. — Ты приносишь мне удачу.
— Сто рублей, — улыбнулась она, снимая темный волосок с белой футболки. — Ты или со мной идешь, или чуть раньше, вот и посмотрим, работает ли. Кстати, я Наташа.
— Я помню. Наталья Романовна. Я Артем. — Он с благоговением поцеловал Наташин волосок и разорвал его.
— Э-э, я вообще-то не старик Хоттабыч! — деланно возмутилась она. — Это так не работает!
Артем рассмеялся.
— Ты точно поступишь. Ты талантливая.
— Клоуном, ага, — буркнула Наташа и замолчала, потому что на пороге появилась Тамара Львовна, и вокруг нее образовалась толпа. На этот раз перекличку она не проводила, сразу вызвала первую десятку абитуриентов, у кого фамилии на А и Б.
Наташа сама не заметила, что вцепилась в руку Артема и стиснула пальцы.
Абитуриенты замерли возле выхода — ждали первую десятку, вышли они через сорок минут. Наташа шарила взглядом по лицам, рассчитывая увидеть четверых расстроенных и одного радостного, конкурс был пять человек на место, но парни и девушки вышли одинаково растерянными. Их сразу же окружили и забросали вопросами. Сквозь шум прорвался хорошо поставленный мужской голос:
— Мы ничего не знаем. Результат будет вечером в списках.
Наташа сжала пальцами переносицу и всхлипнула.
— Ну почему? За что? Я не доживу до вечера! Это пытка неизвестностью.
Артем объяснил:
— А вдруг все таланты соберутся в первой десятке, а нужно выбрать двоих лучших?
Наташе было плевать на его доводы. Она еле дожила до сегодняшнего дня, а теперь выяснилось, что мучиться неведением придется не до полудня, а до вечера. Ей казалось, что она умрет прямо во время испытания, а если найдет силы выступить, все равно свернется калачиком под дверью и умрет.
Из ответов отстрелявшихся она узнала, что сегодня творческое задание смотрят четверо мастеров, в том числе Марина Суреновна, ну и, конечно же, Петр Алексеевич Оменко — набирают себе учеников, формируют группы, которые будут состоять из семи-восьми подопечных.
Чтобы оценить группу из десяти человек, у мастеров уходило около сорока минут.
Всего групп — десять. Наташа пойдет где-то в шестой десятке, около двух часов дня. То есть закончится все в восемнадцать или даже позже — мастерам же еще пообедать надо, значит, результаты объявят ближе к девятнадцати.
«Господи, дай мне сил, чтобы выжить!» — мысленно взмолилась Наташа.
Глава 13
Бес запинок
Артем продолжал играть, изображать расслабленность, но напряжение выдавали сведенные мышцы шеи, голову он поворачивал немного и вместе с корпусом, как волк. Наташа решила не притворяться, сыграет она перед мастерами, а сейчас будет проживать каждый момент естественно, иначе ее просто разорвет или она начнет истерить.
Она была натянутой струной, играла отголосками звуков, откликалась на малейшее шевеление воздуха и постоянно дергалась. Потому, когда кто-то обнял со спины и радостно взревел:
— Бу! — Она подпрыгнула, как кузнечик, и взвизгнула, будто раздавленный машиной суслик.
Захотелось ка-ак врезать наглецу! Наташа развернулась рывком, но не врезала, прижалась к Натке, спрятав лицо у нее в футболке.
— Ну что вы тут? — спросила Натка, перекидывая через плечо сумку с косметикой и осматривая притихший институтский дворик. — Вызывают по спискам, и ждать еще часа четыре?
Наташа кивнула, протяжно всхлипнула и принялась тихонько жаловаться, что не осталось сил нервничать, они форменные садисты, раз так разнесли во времени экзамены, никаких нервов не хватит. Натка слушала, поглаживая ее по спине.
Жалуясь, Наташа потихоньку стравливала напряжение и понемногу успокоилась, смахнула слезинку и отстранилась от подруги. Артем только этого и ждал, втиснулся между девушками.
— Я желание загадаю, можно?