Волшебный крендель (СИ), стр. 11

— Молдец, девочка, не дура.

Ну, с последним утверждением я бы поспорила, вспоминая свои прежние мечты, но спорить было опасно.

Сварливая тетка проверила чистоту моих рук, заглянула в уши, осмотрела голову и осталась, как я поняла, довольна.

Мы шли длинными коридорами, иногда поворачивая, пока не вышли к лестнице. Мне казалось, что мы идем уже целую вечность и скорее мои ноги отсохнут, чем закончится лестница.

Перед большой дверью Брунхильда остановилась, посмотрела на меня и важно сказала: «Идем».

Внутри большой залы было холоднее обычного. Свет, попадавший сюда, мрачно рассеивался и словно ускользал сквозь пол. Я поежилась и тут же ощутила укол локтем в бок:

‒ Кланяйся, ‒ быстро кинула она мне и сама поклонилась до земли, издав горлом клокочущий звук «рррыхх».

Я наклонилась так же низко, как и она, но издавать такие звуки не стала. Я могла бы попробовать, но как бы это не ухудшило мое и без того шаткое положение дел.

Поднимаю голову и сталкиваюсь глазами с женщиной, стоящей в зале. Красивая, по крайней мере лицом, но выражение холодное, мрачное. Она смотрит на меня так, словно ее задача — разможжить мне голову кирпичем.

«Может она просто невоспитанная?»

На голове у нее корона, пальцы увиты перстнями.

Это королева, — проносится в моем уставшем мозгу. Только что ей надо от меня?

Супруг, король, восседает на троне и с интересом рассматривает меня. В его глазах не было столько злобы, сколько в лице этой женщине.

Что же, мужчина — он везде таков: любопытный до красивых девушек.

‒ Как странно она делает поклон, ‒ бросил он на ходу и хоть как-то разрядилась неловкая тишина, повисшая в воздухе.

Честно, я была рада даже таким словам, больно уж колючей была тишина.

Я посмотрела на него в упор. Развалившись на троне, подобно пьянчуге на лавке, он полулежит, раскинув ноги по сторонам. Его одежда на миг ослепила меня: золотой пиджак без застежек, передняя часть словно приложенный к одежде щит — твердая и немного выпуклая. Длина доходит до колен, а ниже виднеются слои коричневой ткани.

Смотрю в его лицо и вижу, что один глаз немного меньше другого. «Возможно, пострадал в бою. А может таким родился».

Я тоже принялась его рассматривать, только не так открыто, как он, а исподтишка. Височная часть головы покрыта наростами от мала до велика. Они уходят назад, спиралями, и, должно быть, закручиваются на затылке.

Рост короля непонятен. Он сидит на стуле, а потому фиг разберешь!

Со скуки я начинаю рассматривать его морщинистые пальцы. На каждом по два или три кольца с огромными драгоценными камнями. Кожа, как и у всех здесь, неприятного коричневого цвета.

‒ О, превеликая Аира Азгаронно, разрешите вам представить новую служанку для вашей дочери. Я вчера приходила просить за нее, вот она, ‒ я ощутила толчок в спину промеж лопаток и поспешно поклонилась еще раз.

‒ Говори, ‒ повелела королева и взгляд ее стал еще холоднее.

‒ Она немного необычная, я говорила уже, но полностью здорова. Лекарь осмотрел ее, сказал — лучшая служанка на свете. Пусть и глаза у нее неправильные, она сильная, крепкая, проворная, работает быстро.

Я еле сдержалась чтобы не сделать комический реверанс, так меня это все бесило. Страх начал превращаться в нечто новое, желание сделать что-то выходящее за рамки вон, чтобы хоть как-то не сойти с ума.

Королевская чета рассматривала меня словно гнилой помидор на рынке. Столько отвращения в глазах людей я не видела никогда.

‒ Пусть она сама говорит, ‒ приказала королева.

‒ Нет, что вы, ‒ торопливо перебивает ее Брунхильда, чувствуется, что ей стало страшно. — Она еще не доросла до такой чести, чтобы общаться с самой королевой!

‒ Я велю тебе, рассказывай, ‒ ее ледяной приказ эхом прокатывается по всей комнате.

От страха у меня пересохло во рту, язык прирос к небу и перестал шевелиться. Я понимаю — надо сложить хотя бы пару слов, большего от меня и не требуется. С усилием напрягаюсь и выдаю:

‒ Благодарю за внимание, ваше Высочество, я никогда еще не говорила с королевой, ‒ это, кстати, чистейшая правда. ‒ Я росла без родителей, верно служила, потом…

‒ А потом я настояла, что эта девочка нам нужна. Она из дикого племени, но развитая, служила женщине, но та ушла за Ту Сторону, ‒ дополнила рассказ Брунхильда.

‒ Что ты умеешь?

Я не спешила с ответом, ждала, когда моя спутница продолжит мое жизнеописание, но та молчала.

‒ Я выполню все, что мне прикажут, о ваше королевское Величество.

Король одобрительно хмыкнул, почесал желтым когтем щеку и кивнул. Королева же не показала никаких эмоций.

‒ Представь ее Рогильде. Если ей понравится ‒ то оставляй, ‒ с этими словами королева махнула в нашу сторону дав понять, что разговор окончен.

Меня зачаровывали ее длинные пальцы, увитые перстнями с разноцветными камнями. Видимо, это основное предназначение ее пальцев — носить драгоценные кольца.

На ходу Брунхильда торопливо давала мне последние наиценнейшие наставления:

‒ Если сумеешь понравиться, то будешь служить самой принцессе. Это большая честь! Потом в ногах у меня валяться будешь от благодарности!

Меня чуть не стошнило от ее слов, у меня и так желудок с утра не на месте, а тут такие красочные эпитеты.

Остановившись около высоких дверей, экономка напомнила:

‒ Кланяйся правильно, не глупи.

Стучаться не пришлось, дверь распахнулась и на пороге комнаты показалась девушка со внешностью топ-модели. У меня непроизвольно отвисла челюсть от ее красоты и к щекам прилила кровь. Мне стало неловко от того, что она красивее меня, а представить, что я ей прислуживать буду было невыносимо.

Модельный высокий рост, длинные ноги, утонченный силуэт — с первой же секунды она стала меня раздражать. Чтобы встретиться с ней взглядом мне пришлось задрагть голову наверх, почувствовав себя карликом. Ее взгляд был полон холода, хоть и цвет глаз, казалось, должен согревать ‒ золото с оттенком бронзы, подведенное коричневой каймой густых ресниц.

‒ Рогильда Варзегорро, ваша Светлость, я как раз собиралась побеспокоить вас, ‒ склонилась в поклоне экономка.

‒ Меня не надо беспокоить. Только радовать! — я сразу смекнула, что она остра на язык.

‒ Вот за этим я и здесь. Видите, кого вам привела, чтобы вы не скучали? ‒ с этими словами Брунхильда указала когтистым пальцем на меня. ‒ Она развеселит, уложит спать, спинку почешет, головку погладит. Все по хозяйству поможет. Это вместо Явиры и Рогнаты. Они совсем уж плохи стали, вот в прошлый раз перину вам взбили не так…

‒ У нее глаза больные? Или это... искусственные? ‒ Рогильда шагнула назад в свою комнату и я увидела знакомый интерьер.

В голову молнией врезался мой первый день, вернее, первый миг пребывания здесь и голова болезненно загудела.

‒ Она здоровая, лекарь проверял. А глаза ‒ это необычность такая. Королева одобрила выбор и даже сам король похвалил, ‒ приукрасила хитрюга.

Девушка сделала пару шагов к окну и поманила меня пальцем. Честно говоря, мне хотелось проигнорировать этот жест, но, увы, я не могла себе этого позволить.

‒ Ну ка покажись мне, девочка! ‒ я сделала пару шагов к ней и осталась стоять на пороге. Рогильда сама подошла ко мне и принялась разглядывать мое лицо. — А теперь повернись немного, вот так, ‒ она рассматривала меня в анфас и профиль, словно подопытную мышь.

Интересно, а тех двух она так же отбирала? Судя по их внешности, это были первые свалившиеся на голову крысы. Но мне-то, конечно, принцесса устроила целый кастинг.

‒ А красивой не было? ‒ адресовала она экономке. ‒ Я же просила вас выбрать мне достойную, чтобы она не оттеняла, а подчеркивала мою красоту! ‒ глаза девушки мелькнули злостью.

— Сними с себя всю одежду!

От такого приказа у меня полезли глаза на лоб! Это что еще за кастинг в 21 веке! Хотя... неизвестно какой у них тут каменный век, судя по отсутствию электричества и прочих удобств.