Системный Техно-гик. Том 1 (СИ), стр. 2

В голове что-то кольнуло. Словно кто-то попытался меня ткнуть вилкой в висок.

[Синхронизация завершена!]

[Запуск слияния оболочки с душой]

[Прогресс: 1% — 14%]

Сначала надписи казались происком воображения, но сейчас, как бы я не старался игнорировать их, они всё больше казались чем-то реальным. Словно кто-то прошил мой мозг и установил странную программу.

Выходит, чем бы эта Система ни была, она часть моего сознания.

Я снова лениво обернулся на зеркало. Посмотрел на себя.

Мля… Почему ребёнок?

— Анализы крови взяты, — кивнул врач-пузач, убирая колбу с красной жидкостью. — С ним всё в порядке, но есть подозрения на лёгкое сотрясение. Кости целы. Никогда не думал, что скажу это, но… Демидов, ты можешь идти. Но Татьяна Константиновна, будьте на связи.

— Конечно!

Киваю, свешиваю ноги и выпрямляюсь. Жду, пока мать переоденет меня в гражданское, и мы выходим из палаты, держась за руки.

— Как ты умудрился вообще на ту крышу забраться, Русланчик? — запричитала мать. — Сколько раз я тебе говорила, будь осторожен. Ты совсем меня не слушаешь. А если бы с тобой что-то случилось? Представляешь, что было бы со мной?

Добираемся до конца коридора, и меня садят на кресло.

— Подожди здесь и никуда не уходи.

Мать встала в очередь к гардеробу, а я, болтая детскими ножками, невольно подслушал разговор двух врачей.

— Демидов-то⁈ — первый удивился. — Уже выписали? Быть не может.

— Когда его нашли, мальчик был натурально мёртв, понимаешь⁈ — говорил второй. — Лежал на чужой машине с переломанным черепом… в луже собственной крови. То, что он сейчас на ногах — чудо! Но…

— Но? — спросил его коллега.

— Вчера, когда он лежал без единого намёка на пульс, а я на дежурстве готовил его мёртвое тело… ну, сам понимаешь, к чему. В общем, в палате зарябило. Что-то с мальчишкой в тот момент случилось. Произошла какая-то магия!

Сердце гулко стукнуло.

Магия? В моём мире нет магии.

— Ничего не понимаю, — врач озадаченно оглянулся.

— Я тоже.

— Думаешь, нам стоит сообщить об этом инциденте… — и показал пальцем вверх. — В надзор?

— Не знаю, Чижов. Не знаю.

Система снова выбросила сообщение.

[Переселение души в оболочку не может быть завершено!]

[Внимание! Обнаружены признаки умственной ограниченности!]

[Системные возможности заблокированы!]

На что я лишь криво хмыкнул. Обнаружены признаки умственной ограниченности?

Так я в теле умственно отсталого ребёнка?

— Русланчик, пошли! — мать вытянула руку, глядя в мои мутные глаза.

Ох, я ещё и Русланчик…

Я взял мать за руку, и мы пошагали дальше по коридору. И всё это время в голове был хаос.

Примерно так работает мозг отстающих в развитии детей?

Оказавшись в вытянутом коридоре, освещаемом новенькими плафонами, мы свернули за угол и остановились около металлической двери в лифт, над которой горела надпись «3». Вскоре открылись двери, и мы шагнули внутрь металлической коробки.

Заиграла классическая мелодия, и я ощутил, как лифт быстро спускается. Через минуту двери разъехались, открывая вид на просторное помещение. Мы вышли в просторный холл, разукрашенный золотистой вязью, и проследовали к выходу.

Никогда не был в этом месте. Сверху освещала огромная люстра, а одна из стен полностью состояла из стекла. Всюду расхаживали люди, а на фоне играла лёгкая спокойная мелодия.

Минуя холл, мы остановились у стеклянной пластины, и двери раздвинулись в стороны, открывая путь на улицу.

Что ж, зелёный сад оказался реальным.

Небольшой фонтанчик, плескающий струями воды, лавочки повсюду и снующие по своим делам зеваки. Вдали возвышаются высокие постройки из камня, металла и стекла, а неподалёку проезжают машины.

В голову снова что-то вонзилось.

[Внимание! Обнаружена ошибка в слиянии!]

[Примите меры по её исправлению!]

[При отсутствии положительного влияния на организм носитель будет уничтожен!]

Уничтожен? Перечитал сообщение ещё раз. Поискал дополнительную информацию. Но кроме этих трёх строк ничего. И какое. интересно, влияния для этого организма положительное?

Что ж, спокойно. На службе нас учили оставаться собранными в любой, даже самой неконтролируемой ситуации. Не принимать поспешных решений и в первую очередь анализировать.

Итак, что у нас по доступной информации?

Снова погрузился в обрывистую память.

Руслан Демидов — это моё новое имя. Точнее, я новый хозяин этого имени. Да и тела тоже. Парню семь, он слабоват телом, душой и умом. Мысли его прерывисты, как и дыхание. Ритм сердцебиения сбивчивый и нестабильный, мозг слабый.

Лишнего веса у ребёнка нет. Однако сердце работает так, словно вот-вот отключится. Словно кончается заряд в батарейках.

Тело Демидова не способно хранить в себе душу взрослого человека. Это сложно объяснить, если опираться только на самочувствие организма. Однако, не удивлюсь, если положительным влиянием станет здоровый сон, питание и физическая нагрузка. А ещё нагрузка на мозг, да.

По ходу дела разберёмся, насколько я прав.

Не заметил, как мы добрались до остановки. Куда вскоре подъехал автобус.

— Пошли, Русланчик, — мать потянула меня, и мы зашагали внутрь.

Нам уступил своё место взрослый мужчина, за что мать его поблагодарила. После чего посадила меня у окна и пошагала оплачивать проезд.

Я уткнулся носом в стекло и уставился на проезжающие машины. Город, в котором оказался, смутно знаком мне прошлому. Словно бывал здесь в своём прошлом теле. Модели проезжающих мимо автомобилей, одежды людей и гаджеты — всё такое же, каким оно было в день моей смерти. Только здесь здания крупнее и выше. Ближе к центру они достигают и ста метров. А чем дальше от центра увозит нас автобус, тем проще постройки.

Но самое главное — здесь не пахнет войной. Вокруг ни единого следа войны. Никаких полуразрушенных домов, дымящихся строений и пролетающих мимо истребителей. Взрывов и рокота танковых моторов тоже не слышно. Неужто тут процветает мир и гармония?

— Как ты себя чувствуешь, Русланчик? — мать положила руку на мою голову. — Не тошнит? Обычно ты такой разговорчивый. Сынок, меня начинает беспокоить твоё молчание.

Русланчик…

Я отпрянул от стекла, дал матери руку и натянул на лицо резиновую улыбку.

— Не применяй в мою сторону уменьшительно-ласкательное, пожалуйста…

Мать остыла на секунду с приоткрытым ртом. А затем медленно кивнула.

— Х-хорошо… Руслан.

Но затем улыбнулась и крепко меня обняла.

Вскоре автобус высадил нас в незнаком районе, и тогда до меня дошло. Руслан Демидов не обычный ребёнок-дебил, а ещё и представитель низшего класса общества.

Деньги у его семьи явно были проблемой. И довольно острой проблемой.

В местности будто недавно прошёл ураган. Старые потрёпанные многоэтажки, заваленные хламом мусорные баки и потрескавшаяся дорога, по обеим сторонам от которой выстроились в ряды старые полуржавые автомобили. Где-то скрипят открытые калитки, а откуда-то издалека слышен лай собак.

В общем, положение не сахар. Надо бы заранее начать готовить себя к сложной, полной трудностей и нехватки денег жизни.

Мы остановились у двери в подъезд, и мать приложила ключ к домофону, открывая нам путь к выщербленным ступенькам. Поднявшись на третий этаж, она сунула ключ в замок и провернула его на два раза.

Створка щёлкнула и скрипуче отворилась.

Да…

Присвистнув, я застыл на месте с лицом, выражающим фразу «я туда не хочу». Но мать потянула меня внутрь.

Что тут сказать? Внутри пристанище соответствовало внешнему виду дома.

Обои в мелкий, — ядрёного жёлтого цвета, — горошек. У потолка они отошли и свернулись в трубочку, обнажая треснутую штукатурку. Протёртый до черноты линолеум. И ещё много… очень много намёков на отсутствие денег в семье.

Мать явно еле сводит концы с концами.

Даже сейчас, стоило нам оказаться в квартире, она побежала на кухню и быстро разогрела макароны с сосисками. После чего привязала на моей шее слюнявчик, поцеловала в лоб и умчала со словами «прости, но начальство убьёт меня, если не вернусь!»