Просто Игрок II (СИ), стр. 40

Рыжая на это даже ухом не повела, а развернулась и ушла на кухню. Ну даёт, зараза…

Она уже успела вылизать миску, так что я насыпал ей корма и поставил чайник. Долик тем временем уселся на табуретку у окна, и та жалобно скрипнула под его весом. Он сцепил пальцы на столе и молча смотрел, как рыжая хрустит кормом, пока закипала вода, но в конце концов всё-таки не выдержал.

— Лёх, кто это был? Куда тебя возили?

— Приехали интересные люди и повезли задавать вопросы. — Я достал две кружки и насыпал в каждую по две ложки кофе. — Раз я здесь, значит, всё нормально.

— Нормально, значит… — Долик лишь покачал головой и отвернулся к окну.

Видно, что он обиделся, только лезть дальше не стал. Тащить его в эту историю я не собирался, ведь хватит и того, что он всю ночь просидел тут с моей кошкой.

— А это у тебя когда? — Он ткнул пальцем куда-то над моей головой.

— Не так давно.

— И ты молчал?

— А ты мне про свой много рассказывал? — Я залил кофе кипятком и поставил перед ним кружку.

— А ты спрашивал? — Долик фыркнул и полез за сахаром. — Ладно, слушай, раз уж такое дело.

Рыжая тем временем доела, обошла стол и улеглась мне прямо на ноги, а Долика уже было не остановить. Сначала он рассказал, как мотался в Москве к тому самому человеку, который помогает с бумажками, и как тот битый час рылся в своих папках, а потом заявил, что у него всё схвачено и налоговая к нам даже не принюхается. Потом Долик перескочил на какую-то промзону за МКАДом, где он, по его словам, прибрался подчистую, а оттуда на дачный посёлок, куда пришлось ехать ночью по разбитой дороге, и что он там чуть подвеску не оставил. Рассказывал он взахлёб и размахивал ложкой, отчего сахар летел на стол.

— Ага, — кивнул я.

Я слушал его краем уха, а сам при этом думал совсем о другом. Струна у меня была уже на четвёртом уровне и росла быстрее всего остального, ведь стоило мне понять про неё что-то новое, как проценты сразу прыгали вверх. Мана тянулась за ней следом, а вот кожа без мути стояла на месте, да и шип я толком так и не опробовал. Выходит, что начинать надо со струны, только где взять тварей, на которых она пойдёт в рост?

— … и вот стою я, значит, а она на меня прёт, здоровенная такая! — Долик развёл руками над столом и чуть не снёс свою кружку. — Ну, ты понял.

— Угу.

На болванчиках из истончений далеко не уедешь, это я уже проверил на себе, а лезть одному в серьёзную дыру после того, как Лапин сказал, что одиночки умирают, мне и самому не особо хотелось. Только и сидеть сложа руки нельзя, ведь каждый день без роста работал не на меня.

— А потом как бахнуло, и я сразу понял, что подрос! Представляешь?

— Молодец.

Долик осёкся на полуслове и глянул на меня с подозрением.

— Ты меня вообще слушаешь?

— Слушаю. — Я отхлебнул кофе. — Промзона, дача, подвеска.

Он хмыкнул и покачал головой, но вроде успокоился. Я сел напротив и обхватил кружку ладонями. Раз уж он здесь, говорить надо сейчас, а то потом я могу и передумать.

— Я по уровню встал, Серый. — Долик поднял на меня глаза, и я продолжил: — Навыки у меня все до одного мусорные, а у мусора потолок десятый. Выше десятого уровня я не пойду, пока их не подтяну.

— И чего теперь?

— Тащить их до десятого уровня, причём как можно быстрее. — Я покрутил кружку в пальцах. — Только в истончениях этого не набрать, там одни болванчики. Нужны дыры посерьёзнее, где твари выше по уровню. Может, за таких и навыкам будет капать побольше опыта.

Долик слушал и не перебивал, разве что сахар в кружке размешивал уже по третьему кругу.

— Да и мне самому без уровня никак. — Я постучал пальцем себе по груди. — Пока я рос, мой рак немного отступал, пускай незначительно. Но если встану на месте, то он тоже встанет или вообще обратно попрёт.

Долик никак не это не отреагировал, что было несколько странно. Он лишь отложил ложку и подался ко мне через стол, а глаза у него при этом загорелись.

— Так это ж… Лёх, у меня как раз есть пара мест, где… — Он вдруг поперхнулся, закашлялся и схватился за горло.

Он долго кашлял и аж покраснел, а потом со злостью ударил кулаком по столу, отчего кружки подпрыгнули. Рыжая у меня на ногах подняла голову и недовольно на него уставилась.

— Да чтоб тебя… — прохрипел Долик и залпом хлебнул кофе, после чего обжёгся и зашипел.

— Тише-тише, куда разогнался? — Я подвинул к нему сахарницу. — Как сможешь, так и покажешь.

Он вытер рот тыльной стороной ладони и криво ухмыльнулся.

— Покажу. Тебе понравится.

…

Долик допил кофе одним глотком и со стуком поставил кружку на стол, после чего навалился на него локтями…

— Короче, слушай сюда. — Он понизил голос и зачем-то даже оглянулся на рыжую. — Есть у меня в Туле один знакомый мужик, который держит шиномонтаж в торце старого цеха. Так вот, у них там с недавних пор болгарки горят одна за другой. Возьмёшь ключ, а он горячий, и железяки все тёплые, хотя на улице дубак.

Я отставил кружку в сторону и подался к нему, ведь впервые за всё утро услышал что-то стоящее.

— И давно у них так?

— Да хер его знает, но говорит, что с неделю уже. — Долик ухмыльнулся и постучал пальцем по столу. — Мужики крестятся и грешат на проводку, а электрик к ним дважды приезжал и так ничего и не нашёл. Я в понедельник туда заезжал глянуть, ну и…

Тут он осёкся и поморщился — видать, побоялся снова закашляться, поэтому просто поднял брови и развёл руками, мол, сам всё понимаешь.

Думать тут особо не о чем…

— Ну так че мы сидим? Поехали глянем на проводку — сказал я, после чего собрал кружки, помыл их, убрал в сушилку и заодно протер стол от сахара и брызгов кофе.

Пока Долик спускался греть машину, я переоделся в охотничий комплект и натянул наручи, после чего проверил, на месте ли кольцо в нагрудном кармане. Потом повесил на пояс нож, а кнопочный телефон Лапина переложил из старой куртки во внутренний карман. Про рыжую тоже не забыл — стоило мне подойти к переноске, как она уже там расположилась и сложила лапки друг на друга, словно депутат какой.

Я сел в машину и поставил переноску себе на колени, а Долик покосился на неё и на всякий случай отодвинулся к своей двери.

— А ее зачем тащить туда? — Он ткнул пальцем в переноску, но сразу же отдёрнул руку.

— Надо так. Малышка сильная уже, все сам увидишь. — Я почесал рыжую за ухом, и она довольно заурчала.

— Я уже много увидел… — Долик недоверчиво хмыкнул, покачал головой и тронулся.

До цеха мы доехали минут за двадцать, и почти всю дорогу Долик ругался на ямы в моём дворе.

Цех оказался длинным кирпичным корпусом, который строили ещё при Союзе, и кирпич у него по верху весь почернел от копоти. Кто-то наглухо заварил ворота для машин, а на калитке рядом с ними висел замок с цепью. Вдруг в шиномонтаже взвизгнула болгарка и тут же заглохла, после чего кто-то от души выматерился.

Долик расплылся в улыбке и толкнул меня локтем в бок.

— Слыхал? Вот и я про то же.

Вскоре из торца вышел мужик в замасленной куртке с болгаркой в руке, а за ней по земле тянулся провод. Он увидел Долика, махнул ему и пошёл к нам. Палец на правой руке у меня загорелся ещё у машины, поэтому я сунул руку в карман.

— Сучья душа, снова сдохла! Не, ну ты прикинь, уже третья за неделю! — Мужик со злостью потряс болгаркой, и от неё потянуло горелым. — Серёг, ты ж говорил, что привезёшь человека, который в этом шарит.

Долик молча кивнул на меня, и мужик оглядел меня с ног до головы. Потом он заметил в переноске рыжую, которая уставилась на него в ответ, и озадаченно почесал затылок.

— Электрик, что ли?

— Вроде того. — Я кивнул на калитку и постарался говорить как можно спокойнее. — Вы бы пока в цех не совались, да и ребятам своим скажите.

— Да мы туда и так не ходим — там жарища стоит, а отопление ещё в девяностых отрезали. — Он сплюнул под ноги, оглянулся на калитку и торопливо перекрестился. — Ладно, разбирайтесь, только калитку потом обратно на цепь закройте.