Просто Игрок II (СИ), стр. 31

Пока полировал все кофейком, придвинул к себе мятые бумажки, которые вчера выгреб из кармана прямо на стол. Разгладил их по одной и пересчитал — вышло четыре тысячи триста пятьдесят. Негусто, конечно, для целого пустыря рогатых, но вместе с пачками набралось сто шестьдесят восемь тысяч двести пятьдесят, и на диван с обоями этого точно хватит.

Рядом с деньгами стояла полторашка, на дне которой ещё плескалось немного мути. До понедельника она сгниёт, поэтому тянуть смысла не было. Я взял бутылку в ладонь и подумал о плече, которое до сих пор ныло. Бутылка потеплела, и остатки ушли в плечо за пару минут.

│ Деревянная кожа. Рост: 22 % │

Плевать на то, что всего процент, зато добро не пропало.

Пустую бутылку ополоснул под краном и уже ставил на подоконник, когда на столе зажужжал телефон. На экране высветилось «Серый». Я вытер руку о штаны и сразу взял трубку.

— Здорово, Фрост, не разбудил? — Долик тараторил, как всегда, когда звонил по делу и боялся, что ему откажут.

— Да не, Серый, не разбудил. — Я сел за стол и отодвинул пачки подальше от края, чтобы рыжая вдруг их не смахнула. — Чего там у тебя случилось?

— Да кое-что рассказать хотел. — На том конце звякнула ложка о кружку. — Я тут местечки новые нашёл, жирнющие такие точечки. Только одному мне их не потянуть, вот если бы вдвоём…

Договорить он не смог, потому что его скрутило кашлем, и трубку он, судя по звуку, убрал подальше от лица. Горло его до сих пор держит, стоит только заговорить о дырах прямо.

— Да понял я, понял, не напрягайся ты так. — Рыжая запрыгнула на табуретку рядом со мной и обнюхала телефон, из которого ещё доносился хрип. — Местечки, значит, да еще и жирнющие?

— Ага. — Долик откашлялся и заговорил уже тише. — И ещё тебе в Москву надо будет приехать, я серьёзно. Есть тут один человек, который помогает с бумажками, чтобы налоговая к деньгам не цеплялась. С ним многие наши работают, и я в том числе. А то чахнешь там над своей наличкой, как кощей, и небось думаешь, как и куда.

Про налоговую я и сам думал, когда вносил деньги на карту. По чуть-чуть класть ещё можно, а вот пачки со стола уже не понесёшь.

— Приеду, Серёг. — Я покрутил в пальцах крышку от полторашки. — Только не сейчас, у меня тут ремонт.

— Ремонт? — Он аж замолчал на пару секунд. — Ты и ремонт? С чего вдруг?

— Да с того, что рыжая мне диван до фанеры разодрала, а обои по всей комнате полосами висят. — Кошка на табуретке даже ухом не повела, хотя речь шла про неё. — Хозяйка через пару недель придёт, и если увидит всё это, то выставит нас обоих, а я пока только думаю про смену жилья.

— Так давай я на выходных подскочу, вдвоём-то явно сподручнее будет. — Голос у Долика стал серьёзным. — Ты ж опять всё на себе таскать будешь.

— Не надо, сам справлюсь. — Я отхлебнул немного кофе и аж на душе потеплело. — Мебель купить да обои поклеить, это ж не дыру закрывать.

Долик немного помолчал, и в трубке было слышно, как он дышит.

— Голос у тебя какой-то не такой. — Он снова звякнул ложкой. — У тебя точно всё нормально?

— Нормально всё, говорю же. Разберусь с ремонтом и приеду, тогда и про местечки твои поговорим. — Рыжая тем временем уже тянулась лапой к крышке у меня в пальцах, поэтому пришлось отодвинуть руку от нее подальше. — Не переживай ты так.

— Ладно, держу тебя за слово. — Он вздохнул. — Только не тяни, места эти ждать не будут.

Долик отключился первым, а я так и остался стоять у чайника с телефоном в руке. Настойчивость Серого мне вообще не нравится — этот хрен тянет меня черт знает куда, где еще труднее и рискованнее. Ему-то хорошо, он адреналиновой наркоман, который только этим и живет, иначе не объяснить его нездоровую тягу к местам, где он почить может. Пускай он и манипулирует мною, играя на моих чувствах, но тем самым он и открывает мне вещи куда более интересные, чем истончения, где уже и не прокачаться, а искать разрывы по Туле, которые я рискую в одиночку не закрыть, тоже довольно сомнительное занятие.

Ладно, пока рановато об этом думать, ведь сперва надо стать сильнее, и взять силу мне пока неоткуда, кроме своих же навыков. Вчера на пустыре я понял, что из шипа, струны и укрепления можно выжать куда больше, чем думал, а гонять их можно хоть каждый день и в дыре, и прямо тут, дома (с большими оговорками).

Из комнаты донёсся треск обивки, из-за чего я подскочил со стула и бросился в комнату.

— А? Ты чего удумала⁈ — Я в шоке распахнул глаза от увиденного, ведь рыжая пыталась прилепить один конец свисающей обивки к другому, словно хотела починить все, что натворила в порыве безумств, — Ой дурная ты моя умняга, не напрягайся, скоро новый тут стоять будет, а это дерьмо на помойку…

Внезапно увеличивающийся разум кошки уже начинает не просто вызывать сомнения, а прям пугать, ведь я и подумать не мог, что что-то подобное вообще будет, когда забирал ее с улицы.

…

Пока я листал закладки, рыжая устроилась у меня под боком и тоже уставилась в экран, словно там что-то понимала. За ночь половина объявлений успела уйти, и диван за десять тысяч, на который я поглядывал ещё в прошлый раз, тоже кто-то забрал. Пришлось листать заново, и минут через десять мне попался серый раскладной за одиннадцать. Потёртостей на фото почти не было видно, так что лишняя тысяча не особо волновала, ведь хозяйке надо было вернуть что-то не хуже прежнего, а этот выглядел даже приличнее.

Продавец взял трубку дай бог с седьмого раза и то, когда я уже хотел плюнуть на все и искать дальше.

— Забирайте хоть сегодня, — прохрипел он и принялся кашлять, ведь подавился дымом. — Жена новый купила, а этот уже неделю в коридоре стоит разобранный, я об него все ноги поотбивал.

Такая удача меня порадовала, ведь возиться с чужими болтами мне совсем не хотелось. Я сразу заказал в приложении грузовое такси с двумя грузчиками, и вместе с их работой вышло три тысячи. Машина обещала приехать через час, а значит, со старым диваном нужно было разобраться до ее приезда, иначе новый просто некуда будет поставить.

Разбирать хозяйский диван по-человечески смысла не было, на помойке его всё равно никто собирать не станет, поэтому я надел перчатку и пустил струну с указательного пальца. Вёл её по спинке на весу, чтобы ненароком не задеть линолеум. Фанера с поролоном расходились под ней без единого скрипа, и резать оказалось одно удовольствие. Сначала отвалилась спинка, потом оба подлокотника, а когда дело дошло до пружин, одна из них лопнула со звоном, и я невольно пригнулся. Минут через двадцать от дивана осталась груда кусков, и каждый можно было унести одной рукой.

Рыжая всё это время следила за струной, но лапой к ней так ни разу и не потянулась. Видно, поняла, что я занят делом, и не спешила играться.

Куски таскал к помойке за домом в четыре захода. На втором бабулька у подъезда даже семечки отложила и проводила меня взглядом до самых баков.

— Переезжаешь что-ли, сынок?

— Да куда там, ремонт затеял, — ответил ей и перехватил подлокотник поудобнее. — Скоро уже закончу.

Бабулька недоверчиво покачала головой, а я пошёл за следующим куском, ведь газель должна была подъехать с минуты на минуту.

Приехала она минута в минуту, и вместе с водителем из неё вылезли двое грузчиков — здоровый лысый мужик лет сорока и парень помоложе, который всё время жевал жвачку и молчал. Я сел к ним в кабину, и всю дорогу лысый рассказывал, как на прошлой неделе они таскали воду в какую-то контору, при этом сам же над этим и смеялся. Потом он начал расспрашивать меня что и как, и чудным образом дело дошло до ремонта.

— Так ты и клеить сам будешь? — Лысый развернулся ко мне всем телом. — Ну смотри тогда — старые насухо не дери, только стену испортишь. Намочи их тёплой водой, пусть минут десять постоят, они потом сами отходят. А под ними вылезет всякое — трещины там, дыры, так ты их зашпаклюй и грунтовкой сверху пройдись, иначе ничего держаться не будет.

— Грунтовкой? — Я обернулся к нему через плечо. — А без неё никак?