Хищные мужья для невезучей. Академия Псиоников (СИ), стр. 41
Но разгореться в полноценную панику этой тревоге так и не удалось.
Хвост Оберона нежно, но плотно обвил мою талию, руки шиарийца легли на мои плечи, и он... удивительно легко заставил меня перевернуться на живот.
И мгновенья не прошло, а Оберон уже навалился на меня сзади. Мощная грудь и рельефный живот Оберона обожгли мне спину, головка горячего возбуждённого члена коротко прикоснулась к моим ягодицам.
Дыхание Оберона обожгло мне кожу шеи сзади:
— Как вам такое, виана-адептка?..
И я улыбнулась.
Широко и счастливо.
Мне "такое" — просто прекрасно.
Эти двое мужчин — не иначе как читали мои мечты, ещё до того, как я посмела себе в них признаться! Словно знали меня лучше, чем я сама.
“Привыкай, Майя…” — ласково коснулась меня мысль Сайроса, — “ ты наша мианесса. Мы знаем, что тебе нужно…”
— Неужели?.. — рвано выдохнула я, не в силах согнать с лица улыбку. Я попыталась приподняться на локтях и повернуться так, чтобы увидеть лежащего рядом Сайроса, но… не успела.
Его серебристый хвост метнулся ко мне. Быстро и нежно стянул запястья, как если бы меня связали. И было в этом что-то... о-о-о-о-о-о… это было очень горячо!
Низ живота скрутила судорога мощного возбуждения, а чёрный хвост Оберона чуть жёстче впился в мою талию.
Мои будущие мужья заставили меня встать на колени и на локти, со "связанными" руками. Буквально обездвижили своими хвостами! Я закусила губу. Горячее ничего я просто придумать не могла.
Оберон упёрся горячим членом мне между ягодиц. Он не спешил. Лишь скользил по моим складочкам, растирая головкой члена мои женские соки, которыми я сейчас так активно истекала.
— Виана-адептка, — хрипло шепнул Сайрос, и я, наконец, повернула к нему лицо. Мой светловолосый шиариец лежал на спине рядом со мной. Он был обнажён и ох… его великолепный член снова поднимался. На нём выделялся красивый рисунок вен… И от этой картины плавкий зажим за лоном стал ещё туже, слаще и мучительнее.
Мелькнула уже не новая мысль: он же огромный! Как он мог во мне поместиться? И не то что не разорвать, даже не причинить мне боли.
И тут все мысли выбило. Я тихонько застонала: Оберон вошёл в меня пальцем затем почти сразу двумя. Нежно, осторожно. Но мне и этого было достаточно. Мои мышцы рефлекторно обхватили его. Я забилась в коротком колком оргазме.
— Оберон!.. — я выдохнула, и его имя прозвучало как мольба.
Его пальцы тут же меня покинули и вместо них, раздвигая влажные складочки, вошёл его большой член. Ладони Оберона легли мне на бёдра, фиксируя меня сильнее. Хотя связанная их хвостами — куда бы я делась?!
Я задышала чаще.
Оберон задвигался во мне сразу мощно и жёстко, так как я и хотела. А Сайрос потянул мои запястья, так что опустилась ниже, уже не держась на локтях.
Оберон толкался во мне, переполнял.
А я подчинялась, принимала в себя.
Задыхалась.
Мои губы дрожали.
И вырывалась шёпотом вновь и вновь то ли какая-то мольба, то ли имена моих будущих мужей. А может, и то и другое.
Сайрос придвинулся ближе. Кажется, созерцать эту картину ему было уже мало. Так что он осторожно взял лицо пальцами, придвинулся ко мне ещё и запечатал мои губы требовательным поцелуем. Пока Оберон брал меня...
Я потеряла счёт времени и после нескольких особенно жёстких выпадов Оберона, перед глазами замелькали золотистые мушки, а мышцы промежности выдали серию мучительно-сладких сокращений.
Оберон кончил в меня. И меня затопил жар. Я почувствовала, как это естественно, как хорошо.
Как мне нравится этот заострившийся запах моих мужей, как мне не хватало его…
С самого первого мгновения. С тех пор как я увидела их во сне, я шла к этому.
Я должна была попасть в их постель, в их жизнь, а главное — в их сердца. Как они попали в моё. Тогда я считала это сном.
Но и теперь это похоже на сон…
Горячий и прекрасный.
Пси-спектр вдруг забурлил, я успела нырнуть в глубину. Понять, что наши с Обероном и Сайросом пси-поля слились. А затем вынырнула... обновлённой.
Вместе с криками удовольствия, которые с очередным поцелуем выпивал то один шиариец, то другой.
Вместе с прикосновением их бережных рук, когда будущие мужья укладывали меня, обессиленную, на прохладную простыню.
Вместе с…
Человеческие силы кончились резко. Хотя псионическая энергия и продолжала бурлить во мне.
Мои глаза закрылись, и я вновь уплыла в пси. Уснула резко, словно потеряла сознание.
Но здесь меня снова ждали мои будущие мужья.
— Ты не скроешься от нас в мире сновидений, Майя… — ласково зарычал Оберон, обнимая меня нежно, — ты сама пригласила нас…
Во сне я также лежала на кровати. Той самой, из каюты космического корабля в моём самом первом сне о шиарийских маршалах. И здесь с двух сторон от меня лежали Оберон и Сайрос.
— Ты поймала нас в ловушку. Это ведь был твой план, наша красавица... хитрая маленькая человечка?.. — мурлыкнул Сайрос, прижимая меня жёстче.
Улыбнувшись, обняла мощные шеи сразу двух своих мужей, принимая игру. Шепнула:
— И вы попались, суровые шиарийцы. В ловушку обычной землянки.
— Не обычной… — хрипло шепнул Оберон.
— Лучшей девушки во вселенной, — выдохнул мне в губы Сайрос.
Глава 19
Майя
Только через сутки непрерывной горячей любви, мы с моими будущими мужьями, наконец, смогли оторваться друг от друга.
Я облачилась в алое платье традиционного шиарийского цвета и кроя. У расы, к которой принадлежали Оберон и Сайрос, красный считался цветом невест, возлюбленных. Одним словом — мианесс. Так что, очевидно, подобных платьев у меня будет очень много. Хотя… не возбранялось носить и другие вещи.
Но мне пока не хотелось. И когда мне принесли это платье, я с радостью его надела.
Я наслаждалась этим уютным ощущением шиарийской ткани на коже… очень лаконичным. Это было прям “моё”. Интересно, кстати, где шиарийцы раздобыли наряды для меня?..
Это было удивительно.
А ещё было удивительно, что всё это время я была на шиарийском крейсере. Мы висели над Академией, потому что будущие мужья ни в какую не согласились оставить меня в академическом госпитале после нашей победы над Бойроном и метаморфом.
А новый директор Академии Псиоников — Алистер Дрейк — со слов Сайроса подмахнул разрешение на такое “злостное нарушение режима” в виду “особых обстоятельств”. И даже не закатывал глаза. Почти что…
Но пришло время спуститься с крейсера, посетить Академию. Уладить формальности.
Мы уже сидели в шаттле, который должен был доставить нас с крейсера в Академию.
Мои мужья — в креслах с двух сторон от меня.
Держат за руки.
За одну Оберон, за вторую — Сайрос.
— А мне… — осторожно заговорила я, — обязательно идти в Академию в этом платье? Всё-таки… у нас форма немного другая.
— Тебе не нравится? — Оберон чуть крепче сжал мои пальцы.
— … Мы обозначаем твоё положение, Майя. Нашей невесты. Мы ждём уполномоченного Союза, чтобы завизировать бракосочетание — церемонию наречения мианессы… Платье — это наша традиция. Но если ты не хочешь… — Сайрос гладил ладонь другой моей руки. И выдавал свою речь почти ровным тоном. Почти… Но я уже научилась вылавливать эмоциональную суть из его дипломатических речей.
Моим будущим мужьям это было крайне важно.
И платье мне очень нравилось, я лишь по старой привычке прятаться, прятать свой пси-потенциал, не доверять миру — хотела залезть в раковину. Только и всего.
— Мне всё нравится, — я сжала руки моих будущих мужей в ответ, — правда… просто непривычно.
— Тебе больше не надо бояться, Майя, — с чувством выдохнул Сайрос.
— Никогда, — прорычал Оберон. Почему-то слегка угрожающе.
— Оберон, — я мягко погладила ладонь черноволосого шиарийца и насколько могла успокаивающе произнесла, — я всё поняла, опасности нет… Ты же не собираешься никому… эм, мстить?