Боевые девочки любят длинные стволы. Дилогия (СИ), стр. 79
Упорно полетав в одной зоне, мне удаётся приманить и перенаправить большую часть уродцев. Понимая, что здесь отработав, после спокойно соберу добычу, гоняю до последнего, пока уже главная кикада, нагрянув, не пытается меня ухватить! Хотел дать дёру, а с другой стороны ещё две крупные нарисовались! Следом стая бросилась наперерез. Дав резко по газам, успеваю вывернуться и запрыгнуть главной кикаде на голову. А затем ещё умудряюсь пробежаться по её спине.
После длительного напряжения пробирает на истерический смех, который я со всей искренностью и выдаю на потеху аудитории. В конце не удержался и рубанул по гигантскому хвосту, частично срезая.
Чат визжит от восторга, я визжу, потому что страшно!
Дальше приходится влетать в стаю мелких, чтоб вырваться из плотной волны, которая вот–вот захлестнёт меня.
Один дрон потерял управление, его понесло в сторону! Со второго картинка пропала. Да твою ж мать, его кикада слопала! Несусь за прожорливой тварью четвёртого уровня. Мелкие монстры разлетаются, стукаясь о броню машины. Всё, поле сдохло.
– А ну отдай, скотина! – Кричу, набрасываясь на монстра. Если бы не маячок, хрен бы я нашёл своего оператора так быстро.
Отрубив башку, прошибаю её гарпуном и тащу за собой. Некогда ковыряться.
– Ребят, всё хорошо, я цел, – успокаиваю чат, а то там народ решил, что кранты мне. Хотя только с одной камеры картинка пропала, вторая – лишь потеряла фокус. В салоне и фронтальная всё ещё пашут.
Вырвавшись из потока, выдыхаю с облегчением. Вижу, как вокруг второго дрона, уплывающего к световому ребру, клубится небольшая стайка мелочёвки. И спешу туда. Увидев меня, твари пытаются встретить, но отлетают от брони, как стенка о горох. Это всего лишь сосунки первого уровня.
Освобождённый «Жук», попыхтев чуток, начинает работать исправно. Не тратя время на возню, уношусь к заветной капле с плазмой девятого уровня, где уже нет ни одной твари. Под липким мандражом всасываю добычу полностью, наполняя баки на семьдесят шесть галлонов. Пока идёт время, чищу зацепленную кикаду, как креветку, чтоб достать второго «Жука».
Он вроде исправен, но объектив в дерьме. Поэтому загоняю его в гнездо на спине меха и спешу ко второй капле. Подскочив, вывожу шланги и начинаю тянуть. Тучи сгущаются, разъярённые монстры несутся на меня, как цунами! С фронталки кажется, что вот–вот накроют, но «Жук» со стороны показывает, что время ещё есть.
В чате орут, чтоб валил. Но я не могу уйти, не заполнив баки полностью! Обычно так жадные хомяки и дохнут.
Девяносто галлонов… девяносто один… девяносто два… Как же, чёрт побери, медленно. Первая щупальца, собранная из тел кикад, уже близко! Долблю из обеих пулемётов, разваливая атаку. Так я выигрываю время и собираю ещё пять галлонов.
Даю две новые очереди, и мощность ядра падает ниже десяти процентов! Сто одиннадцать галлонов, первые монстрики влетают в меня, пытаются грызть шланги.
– Пошли вот, твари! – Кричу, отмахиваясь одиночными выстрелами.
Краем глаза вижу, как в чате сыплется:
«Улетай! Ваня!»
«Да уноси ты уже ноги!!»
«Пожалуйста, милый…»
«Да сдохни ты уже, наконец, чтоб я переключился на другой канал!»
Восемьсот пятнадцать человек онлайн!!
Сто восемнадцать галлонов, всё, больше ждать нельзя! Давлю на педали, валим, валим! Ядро на пяти процентах, похоже, третьего захода уже не будет! Два зигзага исполняю на стабилизаторах, уходя от своры, и вырываюсь в свободное пространство в сторону заветного, тускнеющего пространства, подальше от жёлтого рентгена. Поддаю тяги и уношусь к чертям собачьим из этого месива.
– Бывайте, уроды! – Гогочу, не скрывая радости.
Когда твари позади, а я ещё целый, счастья полные штаны. Вернее потные штаны!
Прикидываю, сколько удалось забрать: всего двести двадцать шесть галлонов соплей девятого уровня и двенадцать галлонов – шестого. Это не триста, конечно, но тоже немало.
Только расслабил булки, заболтавшись с чатом, долбаные пауки в узком переходе устроили засаду! Сразу двенадцать арани второго уровня заплевали меня шипами из корабельных пробоин. Снесли щиток на колене и повредили руку с пулемётами, которая на схеме тут же загорелась оранжевым. Я даже отстреливаться не стал, зигзагами да мёртвыми петлями вырвался кое–как и помчал без оглядки.
Всё вроде бы хорошо, но когда на радаре в заданном пункте встречи не отобразились точки боевых машин, я начал переживать. Рванул вперёд по пунктиру, вскоре зашипел эфир, где стали проклёвываться голоса. Затем система зафиксировала свободно болтающуюся в пространстве бочку с нашей добычей. Следом сетка маркировала летающие сгустки зелёной плазмы третьего и четвёртого уровней, судя по объёму и цвету – явно не из бочки.
Вот тогда сердце у меня и упало. В чате тоже забеспокоились за подружек.
– Ребят, плохи дела, – комментирую, замечая через трёхкратку едва заметные сверкания. – Похоже, тут был бой, и он ещё продолжается!
Несусь вперёд, вскоре система фиксирует ещё больше плазмы, подсвечивает в пространстве на пути крупные конечности и куски брони неизвестных монстров.
– Ня! Н… где…бя арах… носят! – Врывается в эфир от Сабрины прерывистое.
Наконец, вижу на радаре две точки. Корректирую курс ближе к свалке кораблей.
– Здесь я, здесь! Что такое⁈ – Отзываюсь.
– Что у тебя с ядром⁈ Оксану сильно потрепало, не могу её оставить. Передай по своему каналу, что помощь нужна! Стая отожравшихся дракош вылезла, откуда их Квазар принёс⁈ Похоже, плазму кикад учуяли.
Вскоре вижу, где идёт основной замес. Здоровенные твари, смахивают на крокодилов, но по габаритам, как кашалоты. И вместо лап у них по два ряда длинных плавников. И пасти длинные, как у аллигаторов. Вот тебе и «дракоши».
Все ещё целые атакуют Сабрину, которая вьётся вокруг них, как бешеная пчела, и орудует клинком, периодически постреливая из пулемёта. Но лучи, похоже, не особо пробивают, только силовой меч наносит существенный ущерб. По всему пространству на километр уже под пятьдесят дрейфующих туш среди сияющих зелёным клякс плазмы.
Несмотря на резвость противника, которая в разы лучше, чем у кикад, свалить она всё же может, судя по её динамике. Вот только второй мех в пасти дохлой твари уже не двигается. Одни механические ноги торчат.
– Оксана, ты как⁈ – Зову.
– Пока ещё живая, разгерметизацию держит поле. Но долго не продержусь, – отзывается девушка сдавленным голосом.
– Ваня, уходи! – Кричит Сабрина. – Вызывай помощь и уходи! Я пока держусь!
Система фиксирует дюжину ещё целых крокодилов. Характеристики вываливаются, показывая, что они всего–то четвёртого уровня. Но эти бронированные и резвые, кикады по сравнению с ними – детский сад. Впрочем, мне об этом уже намекали.
Ядро до девяти процентов восстановилось, прикидываю свои возможности.
– Друзья, если кто может выйти на «Рубикон–7», мы были бы признательны, – прошу в эфире, притормаживая за два километра. Ибо понимаю, что от меня толку мало, только Сабрине добавлю забот.
Как раз её изображение загрузилось. Злющая, как собака, взмыленная, как после бани.
– Ваня! Вали сказала, я не шучу! Я тебя сейчас сама прибью!
Судя по вспышкам, отражающимся на лице и тому, как она орудует гашетками, у неё там горячо.
В чате разводят руками, никто не может помочь. А некоторым просто дофени.
– Всё, крышка нам, поводырь объявился, – слышу от Сабрины. – Седьмой уровень? Должна осилить. Если кончу его, эти ослепнут!
Наблюдаю в прицеле, как её мех прорывается через месиво, цепляет мечом брюхо твари, затем уходит от удара лап–плавников другой. Проскакивает, казалось бы, успешно и несётся дальше. Но вот в эфире звучит.
– Квазара! Меня зацепило. Маневровые барахлят, я не успею свалить с лини атаки.
Вижу поводыря! Образина, длиной метров семнадцать, несётся, как стрела! Похожая на этих, раза в три больше по габаритам. Там одна только пасть на пол тела! И она её разевает, с намерением принять добычу. Непонятно, как монстр вообще в вакууме движется быстро. Видимо, дело в лапах, что волнами идут, создавая какое–то зелёное марево. Сабрина их и рубит, точнее рубила. А теперь несётся на тварь, вырвавшись из основного замеса.