Альянс на крови (СИ), стр. 10
Поэтому, когда властитель Меабитов вместе с Шаном выступили с заявлением о перемирии между двумя странами и предстоящей свадьбе императора с принцессой Габриэллой, мир зашелся в противоречивых эмоциях. Общество раскололось на тех, кто принял эту весть, как спасительную, и тех, кто посчитал это слабостью нового императора. Ведь он запросто мог поработить королевство, а вместо этого берет в жены иноземку. А подданные Юста слишком хорошо помнили, как вероломно семь лет назад страшные полчища каймиарских солдат, подавив сопротивлении пограничной гвардии, шли по их земле, выжигали дотла их дома, присваивали жен и дочерей, угоняли их к себе, насильно, делая бесправными жителями своей империи. Поэтому не доверяли происходящему и жалели свою принцессу.
***
– Шан, я очень боюсь ехать к тебе в страну, – призналась в очередной вечер на башне Габриэлла. Она стояла, прижавшись спиной к его груди. Послезавтра они должны были улететь из Мебиуса в столицу Империи, где вовсю шли приготовления к свадьбе императора. Церемония должна была состояться через неделю.
–Почему? – Шан покрепче обнял ее и положил голову на плечо, обтянутое мягкой тканью темного в пол платья.
–Мы, меабиты, с детства пропитаны ужасом перед видом каймиарских войск. Даже когда я смотрю на твой мундир, мне иногда делается не по себе… Сколько понадобится времени, чтоб исцелиться от ненависти между нашими народами? – не оборачиваясь, едва слышно спросила она.
– Наше поколение вряд ли сможет избавиться от нее до конца… Но мы можем сделать все, чтобы следующее смогло. Каймиарцы тоже устали от войны, поверь. Тебя примут хорошо у меня на Родине. А во дворце нас встретит моя старшая сестра, добрый и очень чуткий человек. Она сейчас занимается организацией свадьбы. Уверен, вы подружитесь. В ее компании ты быстрее освоишься.
Габриэлла удивленно развернулась к императору лицом:
–У тебя есть сестра? Я думала, у покойного Натоса было только два сына.
– Шаяна, так ее зовут, бастард. Моя мать долго не могла зачать. А мой отец был очень несдержан в плане взаимоотношений с женщинами. Поэтому она старше меня на 12 лет, первенец моего отца, хоть и незаконнорожденный.
Сколько я себя помню, она всегда была рядом со мной. Моя мать ведь умерла в родах… И сестра во многом заменила мне ее…
– Моя мама тоже умерла, сразу после того, как я появилась на свет …– с грустью сказала принцесса.
– Странно, что твой отец не женился вновь…
– А твой почему не женился?
– Мой отец был одержим войной, во-первых. А во-вторых, когда вокруг столько женщин, на все готовых ради связи с властителем, зачем еще обременять себя узами брака? Тем более, что законный наследник уже появился на свет. А вот король Юст производит впечатление семьянина… Впрочем, вряд ли у него совсем не было женщин. У тебя точно нет братьев или сестер?
– Нет, я одна… Ты знаешь, я никогда не задумывалась… В целом, это ведь его личное дело, – немного растерянно от неожиданных мыслей сказала Габриэлла.
– Ну не совсем, – Шан взял ее ладони в свои. – Сын на стороне может стать претендентом на престол, в случае какой-нибудь смуты. И вообще риском для мирного наследования власти. С сестрами проще, они на престол претендовать не могут. По крайней мере, у меня в Империи так.
– Само положение бастарда несколько унизительно…
– Возможно. Это зависит от императора. Мой отец очень любил Шаяну, но почему-то так и не признал ее своим полноценным ребенком официально. Уже когда я стал правителем, своей волей сделал это за него. Потому что для меня она всегда была родным человеком, гораздо ближе кровного со всех сторон брата. Кстати, я все забываю рассказать тебе, Лерика, с которой ты так подружилась, на самом деле моя племянница, единственная дочь Шаяны.
– Что??? Особо императорского дома ходит у меня в помощницах? Как ты это позволил? – принцесса возмущенно выдернула ладони из его рук.
– А что такого? Это была идея моей сестры, и мне она показалась стоящей. Лерика чудесная девочка. Ласковый, добрый котенок. Я очень рад, что вы успели за короткое время подружиться. Тебе будет уже не так страшно оказаться в чужом мире.
– Ну надо было меня хотя бы предупредить…
–Да брось, Лерика сказала, ты с первого дня вела себя с ней совершенно на равных…—Шан притянул ее к себе и прервал их беседу долгим поцелуем.
– Не совсем конечно, но теперь точно буду, – сказала Габриэлла, когда они наконец остановились, чтобы отдышаться. – Знаешь, тут она мне как раз рассказала ваш занятный предсвадебный обычай. Вроде невеста может попросить один подарок у своего жениха на свое усмотрение. Вне положенных церемониалом.
– Есть такой, да, – Шан улыбался. – Ты хочешь меня о чем-то попросить?
– Да, очень хочу. Но никак не могу решиться…– Габриэлла высвободилась из его объятий и отступила на шаг.
– Ты заставляешь меня переживать. Какое у тебя желание? Я ведь император, могу подарить тебе практически все что угодно.
– Подари мне указ, который бы совершенно точно обязал всех твоих подданных вернуть пленных мирных жителей всех до единого на мою землю… – наконец отважилась она.
Шан удивленно всматривался в ее нежные черты лица. Принцесса почти перестала дышать от напряжения. Император решил ее не мучить и ответил:
– Габриэлла, эти люди стали подданными моей Империи. Пусть без права покидать границу, но с документами моих граждан. Сейчас будет трудно переиграть все назад.
Принцесса опустила глаза, а когда Шан взял ее за подбородок, чтобы встретиться с ней взглядом, две дорожки слез уже побежали по ее щекам.
– Ну что ты? Не надо, – он, расстроенный ее неожиданно эмоциональной реакцией, попытался обнять свою невесту, но она уперлась рукой ему в грудь, останавливая.
– Можно называть это как угодно, но мы оба понимаем, что люди стали просто рабами. Я хочу дать им возможность вернуться в свои дома, к своим близким. Чтобы каждая каймиарская семья, которую обслуживает бесправный меабит, вернула его, – прошептала она. Подбородок ее дрожал, она начала всхлипывать и прикусила нижнюю губу, пытаясь подавить прорывающиеся рыдания.
Император тяжело вздохнул.
– Ну вот, а я надеялся, что ты попросишь много драгоценных украшений, на худой конец крейсер или что ты там хотела, разрешение на учебу…
– Не смешно…– принцесса сердито отвернулась.
–Я не смеюсь, – он все-таки заключил ее в объятия. – Я пока не могу обещать, что ты получишь желаемое. Но я обещаю над этим вопросом всерьез подумать.
Габриэлла кивнула и уже сама всем телом прижалась к нему, погрузив пальцы в жесткие крупные кудри и закрывая глаза от колючих прикосновений губ Шана к ее шее и ключицам. А невысохшие слезы блестели, будто рассыпавшийся на ее лице отблески звезд, еще проступающих на розовеющем рассветном небе.
***
Атмосфера за вечерними трапезами заметно потеплела. Принцесса больше не пыталась задеть своего жениха или его чиновников. И наряды теперь были вполне пристойными, но в тоже время так хорошо подчеркивающими юность и красоту.
Переменился и Шан. После второго свидания на башне он пришел к столу без переводчика и извинившись сказал, что тот себя плохо чувствует, поэтому вынужденно придется немного пересмотреть их каймиарский обычай и общаться на международном языке. К большому облегчению всех присутствующих.
По негласной договоренности о политике и войне за столом не говорили. Габриэлла задавала много вопросов о традициях каймиаров, а Шан охотно отвечал.
А когда о их помолвке официально было объявлено, даже король Юст стал отличатся веселым настроением.
После одного из таких совместных ужинов, он попросил Габриэллу зайти к нему в кабинет. Принцесса вошла к отцу и, пока он заканчивал разговор с кем-то по телефону, рассматривала книги в его шкафу. Разговор с Шаном о внебрачных детях до сих пор не давал ей покоя. В голове роились вопросы, которые задать отцу было очень неловко.