Возрождение Камелота. Дилогия (СИ), стр. 49

— Я имел в виду, — произнес он мягко, — что леди достойна лучшего общества. Того, что соответствует её уровню. Чего, к сожалению, не скажешь о некоторых её нынешних знакомых.

Укол в сторону меня, а не Герды. Кавендиш умел работать со словами.

— Уровень, — задумчиво повторил я. — Интересный аргумент от человека, чья броня развалилась от одного точного импульса.

Кавендиш чуть напрягся. Это был уже личный счёт, и мы оба это знали. И сейчас повисла пауза — у него не нашлось сходу подходящих слов для ответа.

— Да ладно тебе, Логан, — не выдержал Генри, которому умные слова давно надоели.

— Чего тянуть, — он хмыкнул и обвёл Герду откровенно грубым взглядом. — Таких прошмандовок можно пачками купить в ближайшем борделе. Нечего делать вид, что она особенная.

Как говорится, что у трезвого на уме, то у пьяного на языке. Непривыкший к словесным дуэлям оруженосец сбросил дурно пахнущую бомбу. Крофт едва слышно застонал, приложив руку к лицу от ощущения испанского стыда за товарища. Лицо Чарльза застыло — он явно не ожидал такого развития событий.

Со стороны зрителей, что с интересом прислушивались к начавшейся словесной перепалке, донесся свежий запах озона, обещавший гром и молнии. Я мысленно поблагодарил всех богов, что Искорка не была моей спутницей, или, упаси Туман, герцогиня Глостерская. Иначе вместо одного пьяного идиота тут бы уже остывал труп.

Аура Герды дохнула холодным ветром — коротко, почти незаметно. Я почувствовал, как её рука сжалась на моём локте.

— Я знаю, — тихо сказала она сквозь зубы.

Трудности бытия инкогнито — леди Санлайт не могла раскрыть свою личность. Следовательно, это мой долг защитить честь дамы. Вот только скандалы с дуэлями и разгребание последствий совсем не то, зачем я сюда пришел. Какому хозяину понравится шумный гость, после которого надо смывать кровь с дорогого ковра?

Надо было сгладить конфликт, дать возможность сохранить всем лицо.

Ага, черта с два.

— За бешеную собаку отвечает ее хозяин, — произнес я негромко. — Вы готовы отвечать кровью, сэр Вэйнрайт?

Растерянный Генри оглянулся на Чарльза. Сэр Вейнрайт смотрел на меня с выражением человека, который увидел последствия — и они ему не нравятся.

Напряжение тянулось секунду, другую.

— Что за шум, а драки нет? Непорядок! — нарушил тишину насмешливый голос.

Как говорится, помяни чёрта.

Глава 19

Молодой, тёмноволосый парень, с очками-велосипедами на носу и бокалом в руке. Смокинг сидел поверх расстегнутой рубашки — нарочито небрежно, чтобы было понятно: это не случайность, а стиль, и пусть хоть кто-то поспорит об обратном. Тони Смит явно считал, что правила светского общества созданы, чтобы их нарушать, и нагло демонстрировал это в своем лице.

Очки слегка блестели из-за пробегающей по линзам маны, но взгляд за ними был совершенно трезвым — цепким, оценивающим, не пропускающим ничего. И вот это как раз вызывало интерес.

— Чарли, Логан, давно не виделись. Миньоны, — поприветствовал он всех скопом и перевел взгляд на меня. — Приветствую, прекрасная леди.

Понятно. Гость в смокинге его не заинтересовал, он обратил внимание только на Герду.

— Не могу не восхититься красотой ваших глаз, — отвесил он дежурный комплимент.

А сам в этот момент чуть ли не зарылся носом в декольте девушки. Но чтобы скрыть пошлятину, он таки поднял взгляд вверх.

— Интересно, — шутливо-игривый тон изменился, стоило ему заметить и оценить эффект маски.

Молодой артефактор поправил очки, что блеснули эфиром.

— Леди остается инкогнито, господин Смит, — вмешался я.

— Ой, давайте не надо… Господин Смит — мой отец, — отозвался тот. — Впрочем, прошу извинить за грубость, мистер…

— Белов. Виктор Белов, — представился я.

— О, русский? — заинтересовался Тони и с акцентом произнес. — Как ваше здоровье, комрад?

— Спасибо, не жалуюсь, — ответил я и не удержался от поправки. — Но все же будет правильно «товарищ».

— Знаю, — поморщился Смит. — Но это ваши шипящие… предпочитаю работать языком в другом месте.

— И облизал бровь, — на русском произнес я боянистый анекдот.

Словил понимающую ухмылку от Смита и пробежавшие искрой эмоции в толпе зрителей.

— А ты забавный парень, Виктор, — панибратски хлопнул меня по плечу Тони. Этим он уже сильно отличался от других аристократов, собравшихся здесь, такого нарушения этикета они себе позволить не могли. — Выпьем?

— С удовольствием, но чуть позже, — отказался я. — Не подскажешь место, где я не заляпаю кровью дорогой ковер?

Признаю эффективность попытки сгладить ситуацию, но спускать на тормозах оскорбление я не собирался. Даже ценой возможности завести близкое знакомство с артефактором, что и было моей целью на приеме.

— А, это… — поскучневшим тоном «вспомнил» Смит. — Чарли, тебе стоит извиниться.

— Что? — опешил Вейнрайт. — Но…

— Чарли, ты не понимаешь, — показательно тяжело вздохнул Тони. — Я ни за что не могу позволить испачкать ковры в доме. Моя мама страшна в гневе. И ведь достанется не только мне.

— Боюсь, ситуация сложнее, — вмешался Логан Кавендиш. — Допустим, слова вассала сэра Вейнрейта могли показаться грубыми…

Допустим? Показаться? Какая забавная игра слов. Высокородные всегда любили словесные кружева, чтобы избежать наказания или последствий за свои действия. Ничто не меняется даже спустя столетия…

— … но требовать за них извинений у сюзерена? — Кавендиш покачал головой, словно не веря в подобный абсурд. — Да еще непризнанному бастарду? Тони, должны же быть хоть какие-то рамки приличий, ниже которых нельзя опускаться.

Какая интересная игра слов. Другими словами, благородные сэры только что спихнули ответственность на пьяного оруженосца, да еще брезгливо задрали нос. Мол, извиниться перед плебсом? Что за наглость.

Я с интересом перевел взгляд на хозяина вечеринки.

С точки зрения высшего общества, Кавендиш был прав. Вот только он забыл о другом, куда более интересном праве, что довлело над любыми законами. Праве Сильного.

— Прости, но, кажется, я чего-то не понимаю? — с любопытством посмотрел на него Тони. — Давай посмотрим. Чисто гипотетически, разумеется. Чарли в своем праве и извиняться не обязан. Значит, дуэль. В красном углу у нас… — он повернулся в мою сторону. — Мистер Белов, не возражаете?

— Без проблем, — я шагнул чуть вперед и в сторону.

Якобы для лучшего обзора, но прикрывая плечом свою спутницу. Тони, судя по мелькнувшей улыбке, сразу распознал мой маневр, но легкое неудовольствие от раскрытия трюка быстро сменилось профессиональным любопытством.

— Какая интересная схема узлов. Три звезды? — прямо спросил он.

— Не уверен, не проходил аттестацию, — отозвался. — Скорее, четыре. Учитель сказала, что для таких, как я, стандартная квалификация не слишком подходит.

— Учитель? А, точно, приглашение было на имя герцогини Глостерской, если ничего не путаю. Погоди… рыцарь с учителем-архимагом… — глаза изумленно расширились. — Двойной дар?

— Есть такое, — я с легкой улыбкой пожал плечами.

— Надо же, — присвистнул Тони. — Нам определенно стоит выпить. Так вот, о чем я… ах да…

Он театрально вскинул руки, представляя участников дуэли:

— В красном углу благородный защитник прекрасной дамы, господин Виктор Белов.

— Благородный господин? — словно не веря своим ушам, переспросил Чарльз.

— Рыцарь четырех звезд, согласно нашим законам, имеет право на ненаследуемый титул, — недоуменно посмотрев на него, пояснил Тони с видом умудренного старца. — Нет, серьезно, чему вас в этой Академии учат?

— А в синем углу у нас…

Быстрый взгляд в сторону Генри, артефактные очки блеснули, и тут Смит разрешения не спрашивал.

— М-да… не стоило столько пить, здоровяк, — Тони бросил взгляд на напитки и неверяще покачал головой.

— А, понятно, — тихо произнесла Герда и, заметив мой взгляд, пояснила. — Это виски Белый Рыцарь. Создан специально для устойчивых организмов магических рыцарей. Всем же иногда хочется расслабиться.