Возрождение Камелота. Дилогия (СИ), стр. 10

— Олли! — возмутилась смущенная Скарлетт.

— Да-да, Монро, — вернулась к теме она. — Семьсот лет подтвержденной истории, что дает право именоваться Древнейшим Домом. Что не помешало Виктору вынести их оруженосца в «Тигре» вперед ногами.

— А, эти Монро! — просияло рыжее солнышко и девушка беспечно махнула рукой. — Никаких проблем, после такого позорного поражения они будут сидеть ниже травы.

Лично я в этом сомневался. Носитель двойного Дара, да еще ничейный — это очень ценный ресурс, который мечтает заполучить каждый древний дом. Сейчас самых отчаянных останавливает покровительство герцогини. И если раньше Монро были просто против поступления в Академию пришлого бастарда, то сейчас ситуация выглядит несколько иначе, и они могут захотеть признать родство, чтобы успеть первыми в этой гонке.

К слову, это заставляет задуматься о наличии скрытых мотивов в желании леди Маккой.

— Что я получу от вступления в Дисциплинарный комитет? — зашел я издалека.

— А возможности бить лица недостаточно? — улыбнулась в ответ девушка.

— Я могу надавать по благородным мордам и просто так, — возразил я.

— Знаем, проходили, — вздохнул Маркус. — Ощутил на собственной шкуре. Когда только поступил в Академию, постоянно находились считавшие себя самой большой рыбой в пруду. Я показательно смешал с землей на спаррингах парочку особо наглых. Прямо лезть перестали, начали притягивать за нарушение традиций, негласных правил и прочих этикетов. Постоянные разговоры за спиной, но в пределах слышимости. Я однажды не выдержал и сломал одному виконту челюсть. А тот взял и пожаловался принцессе Диане.

— Тогда-то я Маркуса и приметила, — вставила примечание Скарлетт.

— Не мог же я бить королевскую особу, — слегка виновато улыбнувшись, развел руками парень.

— Но я вырубил и ничего, живой, — заметил я.

— Это пока, — многозначительно хмыкнула волшебница. — Есть такая английская поговорка: один человек — не остров.

— Толпой гасят даже льва, — процитировал я известный русский аналог. — Вот только лев в себя придёт, со всеми счёты он сведёт, и каждый, кто его гасил, узнает мощность львиных сил!

— Красиво звучит, — оценила мою импровизацию на тему Оливия. — Но сам подумай, будет ли у тебя на это время, мистер двойной дар?

Я могу пойти по пути Маркуса и потратить драгоценное время на благородных идиотов. Или, говоря простым языком, встать под крышу Дисциплинарного комитета, и леди Маккой прикроет меня от необходимости блюсти приличия и разводить политесы.

— Да, разумный аргумент, — кивнул я.

Но, как говорят на малой родине, маловато будет. Пока что мне нечего предложить клану Маккой в обмен на поддержку.

Осталось прояснить последний момент.

— Зачем я вам на самом деле? — спросил я прямо.

— И не стыдно задавать такие вопросы юной леди…

Скарлетт вздохнула, и маска веселой беззаботности слетела с ее лица.

— Моя семья — владыки Севера. Когда Туман наступал с западных морей, мой клан был на его пути. Род Маккой встречал его первым, и у нас не было выбора, кроме как сражаться за свои жизни. Десятки и сотни семей, тысячи людей за прошедшие века исчезли в Туманном Альбионе. Мы выжили и стали силой, первой линией защиты Великобритании. И мы никогда не забывали об угрозе извне.

Она махнула рукой в сторону Академии.

— Эти напыщенные павлины думают, раз им повезло родиться в правильной семье, то у них есть власть. Что Дар предка гарантирует им безбедное существование, а обучение и пара тренировочных экспедиций поставит их наравне с настоящими Искателями. Поэтому я собрала в комитете тех, кто будет шилом в благородных задницах.

— Леди Винд — будущий носитель Посоха, что гарантирует ей титул герцогини. И остальные будут исходить ядом от бессилия, что их титулы и звания ничего не значат перед лицом истинной магии. Сэр Маркус — бастард дома Блэков и сильнейший представитель рода за последние сто лет, первый, кто имеет шанс пробудить фамильный Дар, — начала представлять она своих соратников, а никем иными эти ребята быть не могли.

— Сей факт доводит до белого каления мою семью, но сделать они ничего не могут, — пожал плечами парень.

Только взгляд его стал каким-то напряженным. Понятно, сложная тема.

— И ты, Виктор Белов, обладаешь всеми нужными качествами. Мы, Комитет, пугало благородных. Напоминание о самом важном.

Я уже догадывался, что это будет, но не мог не спросить:

— О чем?

— Они забыли, что право дается силой. Потому что сила — это единственное, что спасет тебя в Тумане. Только сила спасет людей, что просят твоей защиты. Служить и защищать — отсюда пошло название рыцарей как сословия. Первые рыцари служили защитниками людей и поэтому сильнейшие стали правителями. Но со временем они забыли главное.

Скарлетт сделала короткую паузу.

— Сила не дается просто так. В Тумане нет места страху. Трус погибнет первым и потянет за собой товарищей. Дрогнет один — исчезнут все. В Тумане нет места лжи. Феи, альвы, духи, сфинксы, кентавры, единороги — нет числа созданиям, что разорвут тебя на части, учуяв нечистые намерения. В Тумане нет места слабовольности. Только сильный духом устоит против искушений и обещаний силы в обмен на человечность и душу.

Я слушал и видел образы прошлого. Слова дочери Маккоев всколыхнули память Мерлина, как рыцари Камелота давали клятву соблюдать кодекс.

«Честь рыцаря — это доблесть. В его сердце лишь благородство и добро. Его меч защищает беспомощных. Его мощь поднимает слабых. Его язык не знает лжи. Его гнев побеждает зло».

— Ладно, леди Скарлетт, ваша взяла. Я, Виктор Белов, согласен вступить в Дисциплинарный комитет.

Как-никак, именно тут обнаружилось сразу двое кандидатов с родословной рыцарей Камелота.

Глава 5

Смеркалось.

На тренировочной площадке класса рыцарей не было ни души, когда я проскользнул на неё, что для меня было несколько удивительно. Я ожидал встретить как минимум одного фанатика тайных тренировок, что без устали оттачивает мастерство, пока английские аристократы спят.

А вот память предка подсказывала. что Артура приходилось за уши оттаскивать от тренировочной площадки. Мальчишка в период ученичества буквально ночевал на ристалище, мечтая однажды стать таким же могучим рыцарем, как его старшие братья.

Огорченно покачав головой, я прикоснулся к управляющему обелиску, недоуменно нахмурился, переключился на магическое зрение и вгляделся в переплетение рунных цепочек.

— Это что за ерунда? — непроизвольно вырвалось у меня. — Стоп… это что, китайские иероглифы?

Одной из причин, почему я выбрал Оксфорд в качестве учебного заведения, было как раз наличие рунного тренировочного комплекса для отработки приемов магического рыцарства. Как обещала брошюра Академии, это выгодно выделяло Оксфорд по сравнению с другими учебными заведениями для одаренных. Легенда, услужливо добавленная в сноске, гласила, что создателем круга был сам Мерлин.

И да, это, действительно, было так. Я, точнее, прошлый я-мой предок (в общем, все весьма запутано из-за того, что все эти воспоминания я проживаю слишком ярко и от первого лица), создал этот рунный круг, когда Оксфорд еще был крошечной деревенькой на пару десятков жителей. Причем сделал на скорую руку, потому что я-мы с Артуром были в непролазной глуши, и юному королю срочно требовалась помощь для адаптации драконьих жил. Иначе это могло привести к повреждениям, которые потом очень сложно было бы исправить.

До Камелота было слишком далеко, вот я и сделал, как говорят сейчас, из говна и палок более-менее стабильную систему. Каково же было мое удивление, когда я узнал, что система сохранилась до текущего времени, что обещало мне стабильное и ускоренное развитие и прокачку моего рыцарского ядра.

Потому что, будем честны, мое нынешнее состояние едва ли тянуло на один процент от былой мощи, которой обладал легендарный архимаг. Ведь кем был Мерлин из легенд?