Таверна попаданки. Драконам вход по записи (СИ), стр. 14

Сарай укрепили, остатки угля перенесли, Лиссу напоили сладким отваром, Тимо гордо сообщил, что ударил одного из нападавших ведром по ноге, а фамильяры до полуночи пересказывали всем желающим, как они “почти в одиночку победили армию тьмы численностью два подозрительных мужика”.

Когда все наконец стихло, я вышла во двор.

Ночь была мокрой, пахла дымом и сырой землей. Обугленный край сарая чернел в лунном свете. Таверна позади светилась окнами, живая, упрямая, моя.

Ардан подошел беззвучно, но метка на запястье все равно дрогнула, предупреждая о нем раньше шагов.

— Ты должен отдыхать, — сказала я.

— А ты?

— Я хозяйка. Мне положено стоять среди последствий и делать вид, что все под контролем.

— У тебя хорошо получается.

— Потому что я великолепно вру.

Он встал рядом.

Некоторое время мы молчали. Впервые за день молчание не требовало защиты. Оно было теплым, хотя воздух оставался холодным.

— Завтра прибудет комиссия из столицы, — сказал Ардан.

Я повернулась к нему.

— Какая еще комиссия?

— После пожара и жалобы на незаконное использование магии они ускорят проверку. Я получил сообщение через сторожевую печать.

— Разумеется. Потому что одного ростовщика, пожара, древнего договора и раненого дракона было мало для приличного вечера.

— С ними будет леди Селеста Мар.

Имя он произнес слишком ровно.

Я сразу услышала проблему.

— Кто она?

Ардан задержал паузу на мгновение дольше, чем следовало.

— Член королевской комиссии. Специалист по магическим договорам.

— И?

— Моя бывшая невеста.

Вот и все.

Ночь стала холоднее.

Я медленно улыбнулась, потому что иногда улыбка была единственным способом не показать, что тебя задели.

— Как удобно. Завтра в мою таверну прибудет столичная комиссия, специалист по древним договорам и женщина, которая когда-то собиралась выйти за тебя замуж. Надеюсь, она хотя бы любит пироги, потому что иначе мне будет совсем трудно ее терпеть.

Ардан повернулся ко мне.

— Велория.

— Что?

— Это давно закончилось.

— Я не спрашивала.

— Но ты хотела.

Проклятая связь.

Проклятый внимательный дракон.

Я посмотрела на обугленный сарай.

— Я хочу, чтобы моя таверна пережила завтрашний день. Остальное меня не касается.

— Лжешь.

— Сегодня я устала настолько, что могу позволить себе роскошь лгать плохо.

Он шагнул ближе.

— Селеста не имеет значения.

— Для тебя?

— Для меня.

— А для нее?

Ардан не ответил сразу.

И этого хватило.

Я кивнула, сделала шаг назад и плотнее запахнула плащ.

— Тогда завтра будет интересно.

— Ты ревнуешь?

Я рассмеялась.

Красиво. Легко. Почти убедительно.

— Ардан, я едва успеваю спасать таверну от огня, долгов и государственных проверок. Ревность в моем расписании стоит после ремонта крыши и перед закупкой нормальной муки.

Он смотрел на меня слишком внимательно.

— А если я хочу поднять ее выше в списке?

Сердце ударило глупо и больно.

Я подошла к нему сама, поднялась на носки и почти коснулась губами его щеки. Почти. Пусть тоже узнает, каково это — стоять на грани.

— Тогда, дракон, завтра веди себя так, чтобы я не пожалела о сегодняшнем поцелуе.

Я развернулась и ушла в таверну, чувствуя его взгляд спиной.

А метка на запястье горела так, словно древняя магия была отвратительно довольна происходящим.

Дорогие читатели приглашаю вас в новую бесплатную книгу от моего соавтора. Вас ждёт история, от которой сложно оторваться: тайны, чувства, опасные решения и герои, чья судьба не оставит равнодушными.

Глава 19. Ревность под соусом и проверка из столицы

Леди Селеста Мар прибыла к полудню.

Разумеется, не одна, не тихо и не так, чтобы дать мне время морально подготовиться к появлению бывшей невесты дракона, с которым я вчера целовалась на кухне после пожара и которого утром старательно избегала с достоинством женщины, занятой делами.

Комиссия въехала во двор в двух черных экипажах с королевскими гербами. С лошадей капала талая грязь, колеса оставляли глубокие следы, а Тимо, увидев прибывших через окно, побледнел так, будто к нам приехали не проверяющие, а сама смерть с ведомостью задолженности.

— Хозяйка, — прошептал он, — они очень важные.

— Важные люди тоже едят, пачкают полы и иногда говорят глупости, — ответила я, поправляя манжеты темно-зеленого платья. — Разница только в том, что делают это с печатями.

Нокс сидел на стойке и внимательно изучал двор.

— У блондинки шляпа стоит дороже нашего сарая до пожара.

— После пожара тоже, — добавил Никс, высунувшись из-за моей спины. — Шляпа самодовольная. Я не доверяю самодовольным шляпам.

— Вы не будете комментировать гостей вслух, — сказала я.

Оба фамильяра посмотрели на меня с искренним потрясением.

— Тогда зачем нам вообще дар речи? — спросил Нокс.

— Для молитв о моем терпении.

— Мы не умеем молиться тихо, — предупредил Никс.

Я глубоко вдохнула.

Утро было отвратительно спокойным, что само по себе казалось подозрительным. Ардан появился за завтраком, в свежей темной рубашке, с аккуратно перевязанной рукой и таким взглядом, от которого я едва не пролила горячий отвар на книгу расходов. Он не стал напоминать о поцелуе, не стал спрашивать, жалею ли я, не стал давить.

Именно поэтому я весь завтрак злилась на него еще сильнее.

Потому что с мужчиной, который напирает, можно сражаться. С мужчиной, который оставляет тебе пространство, приходится разбираться самой, а это куда неприятнее.

Теперь он стоял у двери, ожидая комиссию, и выглядел не как гость моей таверны, а как королевский дракон во всей своей холодной власти. Спина прямая, лицо спокойное, золотые глаза внимательные. Он был рядом, но будто чуть дальше, чем вчера ночью.

Инспектор.

Дракон.

Мужчина, с прошлым которое сейчас войдет в мою таверну в виде высокой блондинки в дорогой шляпе.

Я очень старалась не думать об этом.

Получалось плохо.

Дверь открылась.

Первым вошел седой мужчина с папкой документов, за ним — сухая женщина в сером дорожном платье, двое молодых писцов и наконец она.

Леди Селеста Мар.

Она была красивой.

Не просто хорошенькой, не милой, не приятной. Красивой той столичной, выверенной, холодной красотой, которая наверняка требует двух горничных, трех зеркал и воспитания, где девочек с детства учат улыбаться так, чтобы собеседник сам почувствовал себя лишним. Светлые волосы уложены безупречно, кожа фарфоровая, глаза голубые, губы мягко изогнуты. Платье цвета сливок и золота сидело на ней так, будто весь мир был обязан соответствовать ее силуэту.

Я сразу невзлюбила ее.

Конечно, исключительно за шляпу.

Не за то, как ее взгляд нашел Ардана.

И не за то, как она произнесла его имя.

— Ардан.

Мягко.

Лично.

Так, будто в этом имени у нее еще оставались права собственности.

Метка на моем запястье вспыхнула.

Предательская дрянь.

Ардан повернул голову ко мне на долю секунды, и я поняла, что он почувствовал мой укол ревности так же ясно, как если бы я бросила в него нож.

Великолепно.

Теперь древняя магия не просто вмешивалась в личную жизнь, а доносила на меня участнику событий.

— Леди Селеста, — произнес он ровно. — Благодарю, что прибыли быстро.

Селеста улыбнулась.

— Когда речь идет о древнем драконьем договоре, промедление опасно. А когда сообщение приходит от тебя, я тем более не могла отказаться.

Никс тихо поперхнулся.

Нокс под стойкой прошептал:

— Шляпа нападает.

Я наступила ему на хвост кончиком туфли.

Он хотел было возмутился, но промолчал.

Селеста наконец перевела взгляд на меня. И я почти увидела, как она меня оценивает: платье красивое, но не столичное; волосы слишком свободно распущены; лицо, к ее неудовольствию, слишком хорошее; осанка уверенная; таверна явно ниже ее привычного уровня; связь с Арданом непонятная и потому раздражающая.