Клятва Горца. Заберу тебя себе! (СИ), стр. 2
Когда приперся на свадьбу моей племянницы в сопровождении молодой красотки, представив ее всем как свою новую невесту, сделал все, чтобы это узнали и услышали все присутствующие. Он хотел, чтобы каждая последняя собака в республике перегавкивалась со злорадством, какая я дура и как по глупости упустила мужа…
Когда потом поймал меня у магазина, когда я закупала с тетей продукты, было не лучше. Саидов для виду вызвался помочь дотащить пакеты, хотя у нас и так была помощь, а сам схватил меня за локоть, пока никто не видел, так как тетя прошла вперед, и с издевкой спросил, не сильно ли мне холодно одной по ночам в глухом селе...
А потом нарочно прислал на день рождения в подарок ужасно вульгарный комплект нижнего белья, написав в записке, что теперь такие мне только и носить, что перед зеркалом для самой себя... Так как ни один другой мужчина ко мне не прикоснется.
Ненавижу его.
Всегда ненавидела.
Надо было не слушаться родню и категорически отказаться от того проклятого брака.
И тогда сейчас бы не пришлось терпеть это унижение.
Но я не могла так жестоко играть их авторитетом. Для нашего народа честь семьи дороже жизни… Так было испокон веков. Не мне переписывать эти законы…
- Как дела, Жадият? - спрашивает Самир, когда я появляюсь в комнате и едва не падаю с подносом в руках. Чувствую на себе мужской взгляд. Он тут не один…
И все же не осмеливаюсь поднять глаза. С чем пожаловал? Опять унижение?
Перекладываю чашки на столик. Рука предательски дрожит.
Нет, не от страха. От того, насколько антипатичен мне Саидов.
Одно то, что я больше не должна терпеть его, уже облегчение... Но зачем он притащился?!
Он ведь в итоге женился на той девице. Симпатичная, моложе меня на пять лет… Может быть, она сможет его полюбить… Так чего пожаловал?!
Чашка предательски соскальзывает с блюда и шлепается на ковер, обрызгивая меня и...
- Осторожнее- слышу второй мужской голос.
Невольно поднимаю взгляд и вздрагиваю.
Глаза упираются в мужчину, которого я сразу узнаю.
Сердце вибрирует в груди в непонятном волнении.
Мне и страшно, и тревожно...
Этот взгляд...
Давно на меня так не смотрели...
Настолько давно…
Настолько... чувственно что ли...
Нельзя так смотреть, нельзя. Так зачем он смотрит?
- Ты помнишь Заина. Жадият?- спрашивает Саидов, явно раздражаясь от немой паузы между нами двумя.
Я молчу. Вообще не желаю говорить с этим козлом...
- Какой послушной стала моя жена, дядя Али. Язык научилась, наконец, прикусывать…- усмехается Саидов,- вот это я понимаю... Сразу надо было отправить ее в скучное село на перевоспитание, а не терпеть все четыре года, пока мы в браке...
- Она уже не твоя жена, Самир, а ты все в настоящем времени говоришь… - вдруг замечает бесстрастно дядя,-попридержи коней... Ты сейчас разговариваешь с совершенно чужой женщиной из моего дома. Жадият, спасибо. Можешь идти...
Выхожу на негнущихся ногах. Чувствую в спину взгляды мужчин. Мне все это категорически не нравится!
Что это было? Чего они от меня хотят? Меня бы просто так не отправили в зал с этим чертовым подносом!
Возвращаюсь на кухню с горящими щеками.
Волнение вибрирует спазмами, скручивающими живот.
От Саидова нельзя ждать ничего хорошего! Вообще ничего!
Тетя Зурайдат считывает мое состояние и лишь тяжело вздыхает, не желая ничего объяснять. Да и многое ли она знает? Дядя Али строгий человек. Да, его дом полная чаша, но он никогда не давал в нем женщинам власти больше, чем нужно для контроля за кухней…
Я не решаюсь у нее ничего спрашивать- быстро сбегаю в свою комнату.
Не могу заснуть. Вздрагиваю от каждого шороха. Когда внизу во дворе слышу голоса и мотор авто, потихоньку подхожу к окну. У меня горит только ночник.
Плотная тюль скрывает от улицы. Я вижу в темноте два высоких силуэта мужчин. Саидов, быстро ныряющий в салон, параллельно кого-то грубо отчитывает по телефону. Его привычная манера. Второй... Он словно бы не спешит в авто.
Вальяжно докуривает сигарету... Со смаком, созерцая глубокий вечер. Странное... Мой дядя очень верующий и терпеть не может курящих. Сигареты, как и алкоголь, в этом доме под жестким табу, даже если приезжают близкие друзья дяди не из республики...
Вижу, как светящийся огонек летит в сторону. Заин вытаскивает вторую руку из кармана и поднимает глаза на окно.
На мое окно. Туда, где стою я. Именно туда…
А я снова забываю, как дышать.
Сковывающий страх опять опоясывает меня.
Они не зря приезжали.
Что задумал мой бывший муж?!
Ответ не заставляет себя ждать долго.
Спустя десять минут после того, как гости уезжают, Зурайдат осторожно стучит в дверь и, убедившись, что я еще не сплю, зовет в кабинет к дяде...
Глава 3
Здесь я редкий гость.
Дядя не жалует мои праздные хождения по комнатам. В градации и иерархии традиционных горских семей возвращенная мужем женщина, которая даже ребенка за годы брака не родила- самое низшее звено. Даже ниже прислуги. То, что меня не заставляют работать на черном дворе- только добрая воля тети Зурайдат. Исключительно добрая женщина. Душа этого дома…
- Проходи, Жадият,- говорит мягко, допивая свой вечерний чай,- как ты понимаешь, наши поздние гости были не случайны...
Я задерживаю дыхание, на автомате сжимая кулаки...
- Саидов хочет снова на тебе жениться, Жадият,- произносит приговор дядя,-и я лично не вижу причин, почему бы не отдать тебя бывшему мужу.
Прямо на месте ловлю паническую атаку. Все внутри спирает диким спазмом отчаяния. Перед глазами картинки из прошлого… Не хочу! Не хочу туба опять!
- Дядя Али, - пытаюсь не утопить свой голос в неконтролируемом страхе перед незавидной участью,- но за время, пока мы разведены, Саидов успел жениться на другой!
Дядя Али чуть заметно ухмыляется, ставит чашку чая на поднос. Потом смотрит на меня колко и решительно.
- Ты, разумеется, теперь можешь рассчитывать только на роль второй жены, Жадият. Даже удивлен, что ты задаешь такие странные вопросы, племянница…
Я молчу, нервно перебирая складки на платье.
Нет… Нет… Нет… Я не хочу! Не могу!
Он видит, конечно, мое состояние.
Продолжает поучать своим привычным тоном.
- Скажу тебе откровенно, дочка. Все эти месяцы, как тебя вернули в мой дом с позором, я не мог головы поднять от стыда. В нашем мире такие вещи- не просто прокол. Это харам. Ыб. Изъян на поколения. Мало того, что ты не справилась с ролью женщины, способной превратить свой очаг в цветущий рай. Ты даже ребенка столь уважаемому, достойному мужу не подарила.
То, что Саидов осветил эту темную ночь своим появлением, Жадият, только потому, что я слишком много молился Всевышнему. Ты просто не имеешь морального права отказаться. Сама рассуди. Это бы сильно ослабило бремя позора на нашей семье. Ты набедокурила, а пальцем тыкают в моих дочерей... Разве мало я сделал для тебя, дочка?! Разве благодарность нынче не в чести у молодых?! Саидов богат. Он готов забыть все прошлое и начать сначала. Это баракат! А еще говорит о том, что он любит тебя, как ни странно. И тебе бы пора поумнеть и научиться ценить столь важные вещи.
- Дядя… Пожалуйста…
- Жадият!
- Я… я просто не готова сейчас!- начинаю истерично цепляться хотя бы за то, чтобы выиграть время,- это… это неожиданно! Не прогоняйте меня сейчас!
- Сейчас никто тебя и не гонит,- бурчит он,- дорогая моя, по исламу муж, давший жене окончательный талак, не имеет права взять ее в жены снова, пока она не выйдет замуж и не разведется с другим. Разумеется, гордость Саидова не позволит ему разрешить тебе испытывать судьбу и впадать в крайности, но закон есть закон. Он богобоязненный человек и это приветствуется. И потому был предложен оптимальный вариант. Ты выйдешь замуж за друга Саидова. Мужчину, которому он доверяет. Мы сыграем полноценную свадьбу, после хельвета которой, разумеется, фиктивного, он даст тебе развод по утру. И тогда уже Саидов вступит в свои законные права по истечении срока идда. Это целых три месяца, Жадият. У тебя будет время, чтобы морально подготовиться к возвращению в его семью уже на новых условиях. Понимая, что отныне за свою дерзость ты будешь отвечать не только перед мужем, но и его первой, главной женой.