Клятва Горца. Заберу тебя себе! (СИ), стр. 14
Тамара раздраженно выдыхает в ответ.
- Мы все наслышаны о твоей очередной женитьбе, Заин. Ты меня в свои пошлые интрижки пытаешься вплести?
- На этот раз это не интрижки...- отвечаю я, прикрыв глаза.
Черт, Жадия! Что за сложности?! Куда ты делась?!
Сестра больше ничего не спрашивает. Просто спустя полчаса возвращается с ответом, что в доме у Али все штатно... Либо молчат и скрывают от посторонних, либо правда... Надо подкупить кого-то из слуг, наверное...
Смотрю на телефон, как на надежду… Тишина…
Что дальше, Заин? Думай!
Конечно! Стилистка! Это ведь с ней она выстраивала какие-то планы на побег!
Пульс разгоняется в груди до двухста, как Феррари.
Я скролю свою записную книгу в телефоне и нахожу нужный номер, куда стараюсь лишний раз не звонить...
Но в этой ситуации только этот человек может мне помочь. Тот, к помощи которого лучше не прибегать. Тот, кому лучше быть не должным.
Паинька- Заин, каким всегда хотел видеть меня отец, наверняка бы не стал звонить ему, но я не паинька...
И потому смело набираю номер Демона. Даниял тот человек, кто сможет достать из-под земли мне любого и узнать все, даже самые сокровенные его мысли и тайны...
Глава 20
Я никогда не думала, что мое освобождение случится именно так - не под покровом ночи, не через тайные договоренности, а прямо посреди приема, под оглушающую музыку, в блеске прожекторов и шуршании вечерних платьев. Мое собственное платье липло к коже, цеплялось за каблуки, и я чувствовала себя не женщиной, а сбежавшей актрисой, вырвавшейся из чужого сценария. А так и было. В тех спектаклях, где мне довелось играть, я была лишь фоном главных ролей мужчин. Это они реализовывали свои амбиции, а я… подстраивалась, создавала фон, удовлетворяла. Хватит!
Утвердительно кивнув друг другу с Ириной Магомедовной и убедившись, что все договоренности в силе, я выхожу к гостям. Острые взгляды, восторги, его прикосновение к руке…
Мы скрещиваемся глазами. Там, где еще час назад был интерес и страсть, сейчас боль. Мне больно на него смотреть. Ненавижу себя за эту слабость, но… Как есть, так есть…
Заин смотрит на меня. Внутри него туча. И… я вижу блеск в глазах, но… он уже совсем меня не вдохновляет. Совсем… Его неопределенное, с тяжелым взглядом и мрачностью: «сегодня я буду позже», поцарапало, но рана уже была вскрыта. Да, я была готова к этому удару и все уже для себя решила.
Он уйдет с ней. Он будет спать с ней. Со своей настоящей женой, а не нарочной, какой стала я, вписавшись по прихоти Самира в еще один спектакль.
- Как скажешь…
- Водитель тебя отвезет… - произнес сипло,- дождись меня, Жадия…
Я лишь вздохнула, кивнув.
Заин смотрел мне вслед, когда я отъезжала от двора.
Прием продолжался. Высокоэлитную толпу развлекли.
Я прижалась к стеклу. Последний взгляд на вход. Заин. Опять Заин. Мейса идет рядом. Она вышла, потому что решила, что я уже ее больше не увижу.
Меня снова кольнуло… Это конец, конец…
Дом встретил отчуждением.
Я не смотрела по сторонам, не пыталась запомнить. Не хотела запоминать.
Быстро собрала вещи, скинула с себя вечернее платье, как чешую, облачилась в удобное худи.
План был предельно просто. В труппе резко освободилось место, словно бы судьба сжалилась надо мной и послала ключ от двери. Девушка резко забеременела и сообщила о невозможности поехать в тур. Выезд уже ночью. Ирина сказала, что это полнейшее сумасшествие, но делать нечего.
Мы похожи с той красавицей, а если сделать поярче макияж, то тем более…
Ансамбли не проверяют слишком досконально.
Народу много, все кучкуются и рассеивают внимание таможенников.
Объяснить случившееся коллективу Ирина взяла на себя.
Уговор был в том, чтобы через час выйти к дороге, где меня подхватят. Вызвала такси и сказала на охране, что еду в гости к родственникам…
Спустя пять минут, когда отъехала от дороги, пересела в уже ожидавший меня автобус с труппой.
Мы ехали молча. Переходили от улиц к шоссе, словно от одного мира к другому. На меня смотрели настороженно. Почему я с ними? Подсидела? Или что-то еще. И только авторитарность Ирины Магомедовны не дала девочкам пуститься в расспросы и подозрения. Мне кажется, о том, что у нас непростая ситуация, знал еще водитель. Ирина Магомедовна пару раз переглядывалась с ним, проверяя, нет ли погони. Мне казалось, что сердце стучит так громко, что его слышно на весь автобус. Но я старалась себя успокоить. Нет смысла думать обо всем этом. Заин занят… Не мной…
Только когда мы миновали последний пост и свернули в теплую темноту трассы, Ирина Магомедовна тихо сказала:
- Все. Он уже не успеет.
Я смотрела в окно, пока ночь медленно растворяла город, который был моей клеткой. Я оставляла его позади…
Мы въехали в Москву под утро. Серый свет, мокрый асфальт, запах кофейных киосков - все это казалось чужим и холодным. Я жадно втягивала этот воздух и пыталась понять, каково это- свобода… Появятся ли крылья, или я просто полечу в свободном падении вниз, чтобы разбиться? Ансамбль выгружал сумки, девушки смеялись вполголоса, пытаясь разрядить тишину, а я стояла возле автобуса, даже не успев смыть макияж, будто заблудившаяся гостья чужого праздника.
Ирина Магомедовна подошла ко мне позже, когда вокруг стало чуть тише.
- Ты понимаешь, - сказала она мягко, - что назад дороги нет?
- Я и не хочу, - ответила я. - Я не могу жить рядом с человеком, который спокойно лгал мне в глаза. Второй еще хуже. Дядя Али… Он никогда меня не поймет. И для него будет лучше, чтобы непутевая племянница сгинула… Я хочу исчезнуть. Всех их забыть…
Она вздохнула, поджав губы, словно собираясь с решимостью.
- Алина Ниязова. Вот твое новое имя… Но это значит потерять все свое прежнее.
Я впервые за ночь улыбнулась - тихо, горько, но искренне.
- Там, позади, нет ничего, что стоит сохранять. Только цепи и боль. Я готова.
Она кивнула серьезно, почти по-матерински.
- Но дальше все равно надо будет определяться, Жадия… Он найдет тебя… Гастрольный тур- это пара месяцев… А потом?
- Я что-нибудь придумаю… Главное- вырваться.
- Хорошо… Я тоже подумаю… Есть пара идей, но пока не буду тебя обнадеживать. Как минимум, проучишь его…
- Нет,- сказала горько,- дело не в «проучить». Дело в том, чтобы забыть и перешагнуть. Нет пути назад.
Уже спустя три часа мы успешно прошли регистрацию на один из чартерных рейсов до Анталии, где и предполагалась первая остановка нашего тура.
Я ехала в Турцию и тогда еще не знала, что эта страна даст мне так много… Но заберет тоже не меньше…
Свобода прекрасна. Но все вечно забывают добавить, что она заканчивается аккурат в том месте, где начинается свобода другого…
Глава 21
Месяц пронесся, как один день.
За это время я полностью вернулась в форму и восстановила утраченные знания по репертуару и технике. Расспросов о том, что я делаю в коллективе, особо не было.
Хорошо, что и дядя Али, и Самир вели относительно закрытый образ жизни в части семейных вопросов. Меня особо никто не знал из танцующей молодежи. Ирина Магомедовна сухо представила меня как нового участника коллектива, сказав, что когда-то в нем танцевал и мой отец, но без подробностей.
Хотела предложить место солистки, но я отказалась- слишком велик риск перетащить на себя ненужное внимание. Хоть мы гастролировали за границей, все равно это было вовсе ненужно...
Толстый слой косметики, яркие сценические наряды умеют обезличить человека. Меня устраивало, что я растворяюсь в толпе, при этом получая удовольствие от того, что делала, а было именно так- я любила танцевать.
Именно через танец сейчас я только и могла прорабатывать свои невыплеснувшиеся эмоции. Только в танце и могла дать волю чувствам, которые во время переезда от точки к точке или разговора с девочками из