Мой лифт — Моя крепость 4 (СИ), стр. 29

Впрочем, разговор почти не испортил настроения. Теплоход спокойно двигался вперёд, солнце продолжало светить, а мне впервые за довольно долгое время не приходилось никуда бежать, прятаться или таскать тяжести.

Именно поэтому появившийся впереди железнодорожный мост я заметил далеко не сразу.

Поначалу огромная металлическая конструкция не вызвала особенного интереса. Обычный мост с массивными опорами и высокими фермами, перекинутый через реку. Однако по мере приближения начали проявляться довольно неприятные подробности.

Один из центральных пролётов оказался частично разрушен. Его перекосило, часть железнодорожного полотна обрушилась вниз, а искорёженные фермы образовали настоящее нагромождение железа. Некоторые балки уходили под воду, другие торчали под совершенно невероятными углами, практически полностью перекрывая проход.

Я нахмурился, пытаясь понять, каким образом капитан собирается провести через всё это наш теплоход. Судно было огромным, с высокой надстройкой и несколькими прогулочными палубами. Даже под неповреждённым мостом ему пришлось бы проходить достаточно осторожно, а здесь часть металлических конструкций фактически свалилась поперёк пути.

Однако корабль продолжал движение.

— Слушай, а они тот мост видят? — поинтересовался я у Госпожи, которая по-прежнему спокойно отдыхала в шезлонге.

— Конечно.

— А почему тогда не останавливаются? Там же пройти невозможно.

Ангелина лениво приподняла очки и посмотрела сначала на меня, потом на приближавшуюся конструкцию.

— Андрей, ты до сих пор не понял, к кому прибился? Если старшие решили идти этим маршрутом, значит, они уже знают, как пройти.

— Ну, может, они там чего-нибудь не заметили?

— Тогда скоро мы это узнаем, — совершенно спокойно ответила она и снова устроилась поудобнее.

Подобная уверенность меня ничуть не успокоила. Более того, возникло неприятное подозрение, что Госпожа знает о происходящем значительно больше меня, но по какой-то причине не считает нужным делиться столь полезной информацией. Впрочем, подобное поведение вполне соответствовало её характеру, особенно если существовала возможность понаблюдать, как подчинённый постепенно начинает нервничать.

Тем временем теплоход продолжал приближаться к разрушенному пролёту, и никакого подходящего прохода между обломками не наблюдалось.

Я уже начал прикидывать, насколько хороши мои навыки плавания, когда заметил, что некоторые бойцы ведут себя довольно странно. Люди, до этого спокойно стоявшие у ограждений, начали занимать более устойчивое положение. Кто-то придерживался за поручни, другие отошли от открытых участков палубы, а один мужчина, проходивший мимо, коротко предупредил товарища, чтобы тот держался крепче.

— Госпожа, — снова обратился я к Ангелине. — А почему они все за поручни хватаются?

— Потому что скоро начнётся манёвр. Ты тоже лучше держись, Андрей.

Я немедленно последовал совету и почти сразу почувствовал, что с теплоходом происходит что-то странное.

Сначала под ногами появилась непривычная вибрация. Затем корпус немного качнулся, словно судно неожиданно попало на большую волну. Где-то внутри надстройки раздался протяжный металлический скрип, а по палубе прошла ещё одна дрожь, заставившая меня крепче сжать поручень.

Я машинально посмотрел за борт, ожидая увидеть поднявшуюся волну, однако река оставалась относительно спокойной. Никаких очевидных причин для подобного поведения огромной посудины не наблюдалось, но ощущение, будто нас кто-то постепенно приподнимает, становилось всё отчётливее.

А затем я заметил, что расстояние до поверхности воды увеличивается.

Поначалу решил, что мне показалось. Однако стоило внимательнее посмотреть вниз, как стало совершенно очевидно: вода действительно отдалялась от борта. Из-под корпуса стекали целые потоки, открывая металлическую обшивку, ещё недавно скрытую под поверхностью реки. С нижних частей судна срывались струи, а сама река словно постепенно проваливалась куда-то вниз.

Мне потребовалось несколько секунд, чтобы осознать происходящее.

— ЁБАНЫЙ В РОТ! — заорал я, невольно отшатываясь от поручня. — МЫ ЧТО, БЛЯДЬ, ВЗЛЕТАЕМ⁈

Стоявший неподалёку боец обернулся на мой крик и абсолютно наглым образом заржал. Однако объяснять происходящее не стал, да и какой смысл что-либо объяснять, когда всё было прекрасно видно собственными глазами?

Огромный многопалубный теплоход действительно поднимался над водой.

Причём не резким рывком, как это обычно изображали в фантастических фильмах, а постепенно, с тяжёлой вибрацией всего корпуса. Палуба то слегка наклонялась, то возвращалась в прежнее положение, металлические конструкции периодически поскрипывали, а люди ликовали, держась за что попало. При этом само судно продолжало двигаться вперёд, словно совершенно не собиралось прекращать плавание только потому, что между его днищем и поверхностью реки теперь находилось несколько метров пустоты.

Я смотрел вниз, совершенно забыв о разрушенном мосте. Под нами медленно перемещалась огромная тень теплохода, а с корпуса продолжали стекать последние потоки воды, превращаясь в отдельные струйки и капли.

До этого мне доводилось видеть немало необычных системных способностей. Ангелина, дядя Саша и другие бойцы периодически демонстрировали вещи, совершенно невозможные с точки зрения привычной физики. Но всё это касалось отдельных людей или сравнительно небольших предметов.

А сейчас несколько системщиков заставили летать огромную железную махину, внутри которой находились люди, оружие, продовольствие и ещё чёрт знает сколько тонн всякого имущества.

Причём корабль действительно летел, а не просто совершал какой-нибудь короткий прыжок.

— Охуеть… — выдохнул я, продолжая разглядывать поверхность воды. — Вот это ни хрена себе…

В этот момент до меня дошло, что мы уже почти добрались до разрушенного моста. А вскоре я с восторгом наблюдал, как огромные металлические фермы проплывают под нами. Теплоход успел подняться примерно на двадцать метров над рекой и именно на этой высоте продолжал двигаться вперёд.

Огромный корпус прошёл над разрушенным мостом, после чего теплоход ещё некоторое время продолжал движение по воздуху. Затем вибрация немного изменилась, а поверхность реки начала постепенно приближаться.

— А вот теперь держись крепче, — посоветовала Ангелина, впервые за всё время проявив хоть какой-то интерес к происходящему.

Я и без неё уже вцепился в поручень так, что пальцы начали неметь.

Приводнение получилось довольно ощутимым. Огромный корпус встретился с водой, под ногами прошла тяжёлая вибрация, а где-то снизу раздался мощный всплеск. Судно заметно качнулось, заставив меня навалиться на ограждение, после чего постепенно выровнялось. С нижних палуб донеслись какие-то глухие удары и недовольные голоса, но ничего особенно страшного, судя по всему, не произошло.

Через некоторое время теплоход окончательно успокоился и продолжил совершенно обычное плавание, словно только что не перелетал через огромный железнодорожный мост.

Я ещё несколько секунд стоял, продолжая крепко держаться за поручень. Потом осторожно разжал пальцы и посмотрел назад, где постепенно удалялась искорёженная металлическая конструкция.

Ангелина тем временем спокойно поправила очки.

— Ну что, понравился полёт?

Я медленно повернулся к ней.

— Понравился⁈ — переспросил я, совершенно не веря собственным ушам. — Да ты издеваешься! Мы только что на огромном теплоходе через мост перелетели!

— Я заметила, Андрей, — невозмутимо ответила Госпожа. — И, как видишь, ничего страшного не произошло.

— Да как ты можешь настолько спокойно к этому относиться⁈ Эта хреновина весит чёрт знает сколько! А она, блядь, летает!