"Фантастика 2026-221". Компиляция. Книги 1-29 (СИ), стр. 871
Гуннар вновь повернулся ко мне — взгляд смягчился, стал деловым и собранным. Старый медведь чуть наклонился, обозначая готовность, а затем сказал громко, чтобы слышал каждый в зале:
— Говори, что делать, Кай. Мой молот — в твоих руках. А мужики пусть сами своё слово скажут.
Старик на секунду замолчал, а потом добавил с нажимом:
— Только ВРЕМЕНИ У НАС МАЛО.
Я окинул взглядом собравшихся кузнецов. В толпе возвышался Ульф — паренек уже успокоился, перестал дрожать — во взгляде светилось доверие, всё ещё шмыгал носом, но на ногах стоял крепко.
Лица мужиков изменились. Страх никуда не делся — затаился в уголках глаз и напряжённых плечах, но сами лица стали тверже — речь Гуннара пробила брешь в отчаянии.
— Попробуем… — глухо сказал кто-то из задних рядов. — Чего не попробовать? Дело-то серьёзное. Важное, считаю.
— Все в одной лодке, как ни крути, — подхватил молодой парень с обожжённым лицом. — Пусть подскажет, как правильно, что делать нужно. Глядишь, и получится. Не духи горшки обжигают.
— А если обосрёмся… — начал было третий, но его перебил энергичный бас:
— Да самому уже стыдно, что грызусь тут, как пёс цепной, пытаюсь выслужиться перед ублюдками. Вместе надо работать! ВМЕСТЕ!
Вдруг толпа расступилась, и вперёд вышел Бульдог — тот самый, чью спину исполосовали плетью — лицо мужика выражало вселенскую усталость, тело ссутулилось, каждое движение давалось с трудом. Все мгновенно замолчали, глядя на него.
Кузнец стоял молча несколько секунд, глядя куда-то в пустоту, а затем медленно поднял глаза.
— У меня дочка осталась в деревне «Тихая Заводь», — голос был тихим и скрипучим, но в тишине гремел. — Вчера сказали… что Заводь снесло волной чёрной тьмы. Твари из леса… Никого не осталось. Внуки… Мать старая… — голос мужика дрогнул и сорвался, но тот продолжил. — Все канули…
В простых словах было столько боли, что та физически коснулась каждого.
— Терять-то мне уже нечего, по сути, — бульдог сглотнул, облизнул пересохшие губы и шмыгнул носом. — Делать надо что-то — не для Брандта, не для этого паренька, а для тех, кого ещё спасти можно.
Бульдог повернул голову и посмотрел на меня.
— Задели твои слова, пацан. Про уважение. — Мужик замолчал, задышал часто и хрипло, борясь с собой. — Уважение… Нужно оно. Нужно. Иначе мы — скот.
Вдалбливал слова в пространство, как гвозди в крышку гроба страха.
Все закивали головами — мужики переглядывались, во взглядах читалось негласное, но твёрдое соглашение о товариществе, о партнёрстве, и о том, что теперь в этом аду кузнецы не по отдельности, а вместе. Друг за друга.
— Сделаем! — выкрикнул кто-то.
— Попробуем!
— Показывай, Кай!
— Говори, как надо! Мы с тобой!
Я стоял, глядел на толпу уставших и израненных людей, в чьих глазах зажёгся огонь, и понял: даже если не справимся, всё равно сделал правильно, потому что поступил по совести.
А куда это приведёт — предсказать невозможно, как и всегда в этой жизни. Мы бросаем камень в воду, а круги расходятся далеко, меняя всё на своём пути.
Мой камень был брошен.
Как раз тогда, когда понял это — мир взорвался.
Ослепляющий приступ боли пронзил грудь, словно кто-то вонзил раскалённое копьё. Вспышка огня прошла разрядом по позвоночнику, выжигая нервы, ударила в голову и, казалось, вырвалась из темени фонтаном энергии. Меня выгнуло дугой, мышцы свело судорогой, а затем согнуло пополам, и я рухнул на колени, ударившись о каменный пол, и вцепился в голову руками.
— А-А-Р-Р-Г-Х!!! — рык вырвался из груди.
— Кай! Кай! — донёсся голос Гуннара.
Старик бросился ко мне, попытался схватить за плечи, чтобы поднять, но тут же отпрянул с шипением — похоже, я горел, но огонь не сжигал, а вырывался наружу.
«Какого чёрта происходит⁈» — билась паническая мысль сквозь пелену тумана. Прорыв? Сейчас?
Сквозь боль бросил взгляд на системное окно, которое плавало в воздухе, переливаясь золотом.
[Закалка Тела: 100%]
— Чего это с ним⁈ — голоса доносились будто из другой реальности, приглушённые и далёкие.
— Вишь, горит аж… Дым идёт…
— Отходи! Рванёт!
Я не слушал, а дышал, глубоко пропуская потоки хлынувшей отовсюду магмы, что прожигала тело, перестраивала кости, сваривала сухожилия заново, выворачивала наизнанку.
А затем огненный вихрь, бушевавший повсюду, вдруг скрутился в тугую спираль и со свистом втянулся во «Внутренний Горн».
Тишина и мгновенная лёгкость, будто выбрался из душной могилы на свежий воздух. Боль исчезла без следа. «Нижний Котёл» в животе ощущался огромным и спокойным. Ощущение силы в теле было пьянящим — казалось, могу взять гору за основание и перевернуть.
Перед глазами вспыхнул каскад сообщений:
[Достигнута 4-я ступень Закалки Тела: «Железная Кожа».]
[Физические изменения:]
[Сила увеличена на 30%.]
[Реакция и скорость удара увеличены на 30%.]
[«Железная Кожа»: Эпидермис уплотнён Ци. Иммунитет к неглубоким порезам и ожогам. Сопротивление рубящим ударам.]
[Энергетические изменения:]
[Внутренний Горн стабилизирован. Ёмкость резервуара Ци увеличена вдвое.]
[Температура Ядра Ци повышена до «Белого Жара». Способность прожигать сопротивление материалов, устойчивых к обычному огню.]
[Новые способности:]
[«Огненное Касание»: Локальный нагрев предмета прикосновением до ковочной температуры.]
[«Импульс Кузнеца»: Возможность направить взрывной заряд Ци в удар молота для мгновенной деформации холодного металла.]
[Новый навык:]
[«Мастерство Молота (Боевое)» — Уровень 1: Вы учитесь использовать кузнечный молот как смертоносное оружие. Доступны приёмы «Дробящий удар» и «Подсечка». Требуется практика для освоения навыка.]
Глава 14
Я сидел на каменном полу, тяжело и жадно втягивая воздух — это не одышка от боли, а чувство ненасытности, будто лёгкие прочистили, и теперь, несмотря на чад кузни, каждый вдох казался глотком горного воздуха. Кислород обрёл вкус, плотность и новую глубину. Пот ручьями стекал с лица, капая на чёрную породу, и заметил, что подо мной накапала приличная лужица.
«Много…» — пронеслась мысль. Система отсыпала столько новых способностей и полезных инструментов, что голова шла кругом — «Огненное касание», «Белый Жар», боевой молот… Осознать и разложить по полочкам ещё не мог — слишком велик шок от перерождения.
Сквозь шум крови в ушах услышал звук шаркающих шагов.
Толпа кузнецов обступила меня плотным кольцом — стояли молча, глядя сверху вниз.
Некоторое время висела тишина, нарушаемая моим дыханием и гулом мехов, а затем зашелестели приглушённые голоса:
— Ну ты как, пацан? Живой?
— Эко ты полыхнул… Я такого не видал ещё… Как факел…
— Да он практик, дурень, не понял ещё, что ль?
— А-а-а… Надо же… Я думал, они только мечами машут. А этот — куёт…
— А Брандт чего, по-твоему, делает? Тоже ведь куёт. Только он — бес, а этот…
— … а этот, видать, человек.
Голоса доносились словно сквозь вату, но я пока не поднимал голову — жадно вчитывался в системные строки, мерцающие перед глазами.
«Огненное касание»: локальный нагрев до ковочной температуры.
Значит, я могу нагреть металл одним прикосновением! Радиус, конечно, небольшой — целую заготовку не прогреть, но вот исправить локальный дефект, вытянуть замятый угол или довести остывающее лезвие, не возвращаясь к горну… Это же экономия времени в разы! Это нужно обязательно использовать.
«Импульс Кузнеца»: мгновенная деформация на холодную.
А это… Один удар — и кривизна исправлена, без всякого нагрева. Если дефект не сильный — просто чудо.
«Что же за силища теперь в моих руках…» — подумал я. Мелькнула шальная мысль: «А как бы сейчас прошёл наш армрестлинг с рыжим монстром?» В груди заворочался злой азарт, но тут же одёрнул себя — не время. Сначала — дело.
Сделал глубокий вдох и осторожно поднял голову.