"Фантастика 2026-221". Компиляция. Книги 1-29 (СИ), стр. 792

На пороге пусто. Утренний ветер гулял по деревенской улице, которая ожила после вчерашней скорби. Сегодняшнее солнце — редкий гость в этих краях, порадовало жителей. Девушки развешивали на верёвках мокрое бельё. Из трубы плотника Свена уже валил дымок. Куры и псы азартно носились по подсыхающей дороге. Мимо, с полными вёдрами от колодца, тяжело ступая, прошли две женщины, о чём-то вполголоса переговариваясь, но старика нигде не было.

Ну и ладно, подумал я, хотя внутри разрасталась тревога. Зачем тот приходил? Из-за Брика? Или по какой-то другой причине? И с чего это он так ко мне обращается? Вообще-то, я теперь здешний кузнец. Промелькнула горделивая мысль, больше похожая на подростковую, чем на мою, взрослую.

Бросил взгляд в сторону кузни. У двери стояли Брик и Ульф.

Пацанёнок ссутулился, опустив голову, и был мрачнее тучи. А детина будто врос в землю с тем же выражением лица, что и вчера — пустые глаза и приоткрытый рот, парень настолько расслаблен, что ни одна мышца на его лице не работала.

Вышел из дома и, пройдя несколько метров, подошёл к новоиспечённым работникам. Мальчик опустил голову ещё ниже и шмыгнул носом — показалось, что он тихо плачет или просто простудился, непонятно.

— Что случилось? — спросил у мальца.

Брик не отвечал, лишь ковырял носком рваного ботинка в грязи.

Так, ясно — наверное, это как-то связано с наместником. Бросил взгляд на вершину холма — справа, не доходя до главной площади, виднелся каменный дом старика Борга. Возле него не было никакого движения — дед будто испарился.

— Эй, Брик, говори уже. Чего носом шмыгаешь? — спросил настойчивее, присев на корточки, чтобы оказаться пониже и увидеть лицо.

— Господин Борг… — мальчик наконец поднял голову. На его щеке багровел свежий след от пощечины. — Я сказал ему, что теперь не выполняю для него поручения. Что работаю в кузне и он ужасно разозлился — ударил меня.

Моё тело напряглось, как натянутая тетива. Внутри всё взбунтовалось — захотелось тут же рвануть наверх и высказать старому ублюдку всё, что думаю, но я подавил рефлекс, лишь крепче сжав челюсть. Вот же скотина — на маленьких детях срывать старческую ярость.

— Ясно, Брик. Ну, всё уже закончилось, — постарался успокоить. — Не грусти. Соберись с духом. Больше тебе не придётся иметь с ним дел — обещаю.

Пытался подбодрить, не распуская сопли. Нам сейчас нужен боевой дух, а не слёзы.

— Он сказал… — пролепетал пацан, и губы задрожали. — Он сказал, что жизни мне в Оплоте не даст. Что как только двенадцать исполнится, меня насильно на шахту погонят, и что за меня заступиться будет некому.

— Слушай, Брик. Никто тебя никуда насильно не отдаст, — сам не до конца верил собственным словам. Рудознатцы — могущественные люди, это очевидно. — Давай так. Сейчас всё равно собирался идти к Боргу, решить кое-какие дела. Но прежде — зайдём в кузню.

С лязгом открыл тяжёлый замок на двери и пропустил их внутрь. Работники вошли, и я прошёл следом, закрыв дверь.

— Так вот, — продолжил, повернувшись к Брику. — Я с ним поговорю. Попробую сделать так, чтобы он от тебя окончательно отстал. Хорошо?

— Угу, — промычал мальчик, явно не веря моим словам. Да уж, рабочий день начался не лучшим образом.

— Так, всё. Пока что эту тему мы закрываем, — кивнул твёрдо, давая понять, что обсуждение закончено. — Нужно собраться. Брик, смотри — твоя первостепенная задача…

Начал объяснять пацанёнку про устройство и складирование предметов в кузне. Объяснял, что ему нужно следить здесь за порядком, всегда убирать на места инструменты, выметать пол, сортировать металлолом. В мельчайших подробностях показал, как правильно чистить горн от золы и шлака. Сперва мальчик был хмур и рассеян, но постепенно, видя мою серьёзность, увлекся. Должность «хранителя порядка» показалась ему крайне важной.

Дальше рассказал о своих планах на него в качестве повара. Мальчик тут же взвизгнул от восторга.

— Готовить⁈ Да я умею! Я папке всегда готовил, когда он из леса возвращался! Я и похлёбку могу, и кашу с мясом, и даже рыбу на углях запечь!

Он начал увлечённо перечислять все блюда из своего любимого меню. Я постарался остудить пыл.

— Отлично. Но нам пока нужно самое простое — каша. Но много и регулярно. — Пересказал весь тот список необходимого, что прикинул вчера вечером: крупа, сало, овощи, соль. — Вот. Мне нужно, чтобы всё это было в запасе. Твои соображения — где всё это можно достать?

Брик на мгновение замер, удивлённый.

— Так… на рынке же, — сказал, как само собой разумеющееся. — В Шестневник. У крестьян зерно, у охотников мясо, у торговцев соль. Все там меняются. — Пацан посмотрел на меня с любопытством, будто я спросил, почему солнце встаёт. — Ты что, никогда на рынке не был?

Решил проигнорировать вопрос.

— Ясно. Так вот — это будет твоим первым важным поручением. Вот тебе мешочек с медяками. В Шестневник пойдёшь на рынок и закупишь всё по этому списку. Торгуйся. Говори, что берёшь для кузни. Понял? Ты будешь нашим представителем. Справишься?

Глаза Брика загорелись от гордости и важности поручения.

— Справлюсь, Кай! Конечно, справлюсь

— И самое главное, — добавил, сделав очень серьезное выражение лица. — Если не будут тебя воспринимать всерьёз, начнут говорить, что ты «малой», «щенок» и всё такое… Веди себя достойно. Ты делаешь важное дело — кормишь работников кузни. Понял?

Малец кивнул, и я продолжил:

— Это не хухры-мухры… — остановился, увидев, как глаза паренька недоумённо сощурились. Тот явно не понял этого выражения из моего мира. Пришлось подобрать что-то более подходящее. — В общем, это не шишки в лесу собирать. В случае чего — просто зови меня, пойдём общаться вместе. Нужно, чтобы люди поняли — раз мастеров забрали, это не значит, что работа в кузне встала.

Парень снова кивнул, уже более уверенно.

Шестневник — да, так называли рыночный день. Неделя в Оплоте, как я понял, состояла из семи дней, но названия у них были простые: Первый день, Второй, и так далее, до Седьмого. А рыночный день всегда выпадал на Шестой день — «Шестневник». Это был почти праздник — день отдыха от тяжёлого труда, и он был уже завтра.

— Тогда завтра и займусь делом! — решительно заявил Брик. — А сегодня буду готовить из того, что есть!

— Давай. Дверь в дом открыта, но лучше запрись изнутри, на всякий случай. Если понадобишься, я тебя найду. А вечером будь в кузне — начнёшь приводить всё в порядок.

Мальчик ещё раз решительно кивнул и, не теряя ни секунды, выбежал из тёмной мастерской на залитую солнцем улицу.

Дальше мы остались наедине. Я и странный Ульф, который всё это время стоял у стены, не шелохнувшись, и глядел куда-то сквозь меня.

Но стоило к нему повернуться, как громила медленно, словно в замедленной съёмке, поднёс огромную руку к лицу. Церемонно вытянул указательный палец и с деловитым видом засунул себе в ноздрю. Начал методично водить им внутри, в поисках… ну, вы поняли чего.

Я замер, поражённый. Детина совершенно не парился о правилах приличия — просто делал то, что считал нужным в данный момент.

— Ульф… Ульф, — пробормотал, чувствуя, как краснею. — Убери. Вытри это. Потом, ладно? Нам… нам нужно заниматься делом. Впереди много работы.

Чувствовал себя не в своей тарелке, в моём мире такое сложно себе представить. Ну, разве что в детском саду.

Ульф замер, медленно вытащил палец, невозмутимо вытер его о штанину и вновь уставился на меня ничего не выражающими глазами. Прошло несколько секунд.

— Ладно, — наконец произнёс тот низким и ровным голосом, а потом замер в ожидании следующей команды.

— Значит так, — решил начать с самого главного. — Возьми-ка тот молот.

Кивнул на старенькую кувалду, что висела на стене.

Парень медленно перевёл пустой взгляд на неё, а секунду спустя просто пошёл и сделал то, что я попросил — без вопросов и без колебаний. Снял с гвоздя восьмикилограммовый молот и взял его в одну руку так легко, будто тот был сделан из картона.