"Фантастика 2026-221". Компиляция. Книги 1-29 (СИ), стр. 429

Яркая вспышка света разных цветов озарила небо прямо и растеклась в разные стороны, окутывая всё вокруг и охватывая и нас в том числе. Зажмурившись, я мог наблюдать за происходящим через чуть приоткрытые веки и боялся полностью открыть глаза, ведь ослепнуть не очень хотелось. Так мы и сидели, прижавшись друг к другу и трясясь всем телом. Усталость, охватившая меня, давала о себе знать, а девушку сейчас переполняли эмоции, и она дрожала от нахлынувших рыданий. На моей памяти раньше Вентира никогда не плакала, по крайней мере, не на людях и уж, тем более, не при мне, но сейчас она была настолько потеряна, что не могла ничего с собой поделать, и я прекрасно понимал её состояние. Интересно, как бы я вёл себя в подобной ситуации, пройдя через всё, через что пришлось пройти ей?

– Всё закончилось, – раздался рядом голос Венториэля, и я решил довериться ему и открыть глаза.

Внимательно осмотревшись по сторонам и не увидев особых изменений, я перевёл взгляд на Вентиру в своих объятиях и понял, что ей сейчас меньше всего хочется с кем-то разговаривать. Поглаживая девушку по волосам, я посмотрел на бывшего Бога тьмы.

– Значит, тебе досталось бессмертное тело, а ей – это? – поинтересовался я, а тот лишь пожал плечами и поставил руку на пояс.

– Не я принимал решения, меня поставили перед фактом.

Пока он говорил, Вентира отпихнула меня от себя, выпутываясь из объятий, и теперь у меня не было причин удерживать её. Разжав руки, я проследил за тем, как девушка вскочила на ноги, пробежала чуть вперёд и упала на землю в том самом месте, где не так давно стоял Хенорп.

– А какую роль сыграл я? – я с трудом встал с колен и вспомнил слова собеседника, сказанные ещё раньше, когда Бог смерти раздумывал над моим убийством.

– Риан заключил с Мидином сделку, и они перенесли разум Ники из её тела в это и спрятали от Богов. Мы не могли её найти, и ты привёл нас прямо к ней.

– Зачем вам была нужна Ника?

– Боги договорились оберегать её, если девочке будет грозить реальная опасность, ведь от её жизни зависело, когда наступит конец мира. Энн слишком благородна, чтобы пренебрегать договорами, и она точно должна была явиться, когда поняла, что больше никто не придёт.

– Но пришёл ты.

– Я был в сговоре с Хенорпом с самого начала. Он поставил меня перед фактом и велел сделать всё то, что я сделал, без отступлений и самодеятельности. Я так и поступил, ведь обязан ему всем. Наш поединок был постановкой, спектаклем для выманивания Богини света. Энн могла что-то заподозрить, если бы Вентира не пришла защищать свою дочь, – пожал собеседник плечами, наблюдая за тем, как девушка присела на колени и положила руки на траву.

Мне было больно наблюдать за ней, и я решил пока не смотреть в ту сторону.

– Да и ты сделал то, что должен был, – неожиданно дополнил Венториэль.

– Я ничего не сделал, мне просто повезло, что Ника зачем-то пришла в Кленск.

– А мне повезло быть другом самого умного засранца на свете, только что отдавшего жизнь за всех нас и ваш мир. Это ваше наследие, – собеседник буквально выплюнул эти слова мне в лицо, таким надменным тоном они были произнесены.

– Что случилось с самим Рианом? – задал я больше всего интересующий меня вопрос.

На самом деле я сейчас меньше всего желал разговаривать с этим типом, но, кроме него, никто не мог бы ответить мне теперь.

– Хенорп отдал ему своё тело, когда занимал то, что принадлежало твоему королю, – он поморщился и потёр переносицу, смахивая с неё чёрные пылинки. Сейчас уже не угадаешь, отчего или кого именно они там осели. – Но Хенорп не знал, что с ним случится после того, как родное тело Риана взорвётся. Этого никто не знал, ведь такого никогда не случалось, – пожал он плечами.

– Где моя дочь? – неожиданно прервала нашу беседу Вентира, и я перевёл на девушку взгляд.

Уже поднявшись на ноги и повернувшись к нам, она стояла с прямой спиной и чуть вздёрнутой головой, смотрела на меня. В этот миг мне показалось, что выбор тела был сделан правильно, новое ей очень шло. Вернувшись из фибулы, Вентире потребуется какое-то время на то, чтобы прийти в себя, но главное для себя она вспомнила сразу. Улыбнувшись, я осмотрелся, пытаясь найти любые признаки Велианта и очень надеясь, что Хенорп сказал правду и Ника действительно жива. Ещё и этой потери та, что стояла передо мной, точно не выдержит.

– Велиант ищет её. У нас здесь случилось небольшое происшествие, но я всё тебе расскажу, – мило улыбнувшись, заверил я, а она положительно кивнула. Смотря на новое лицо Вентиры, а особенно на удивительные, разные глаза, я невольно сравнивал девушку с тем, как она выглядела раньше, и понимал, что это не имеет значения. Все годы своей жизни я пытался отмахнуться от тех чувств, что вспыхнули во мне в первую неделю знакомства с ней. Причём я сам не понимал этого и в других девушках пытался найти те черты, что были в настоящей Вентире. Сейчас она сама лишилась их, и новый облик отличался от старого, но мне было всё равно, ведь я знал, что это именно она, та девушка, которая выпрыгнула на меня с граблями, изменив мою жизнь.

Глава 21. Перерождение

Внучка Бога

Ощущение было странным и ни на что не похожим. Пробуждаясь ото сна, я обычно сперва слышала звуки вокруг, потом уже веки постепенно начинали подрагивать, и глаза открывались сами собой, стоило понять, что солнце давно встало из-за горизонта и наступил новый день. Сейчас всё было по-другому, и это сбивало с толку. Нет, голоса людей вокруг я слышала, как и рыдания, всхлипывания, проклятия, – много всего, но что-то было не так. Сперва мне показалось это странным, но потом я вспомнила, что произошло.

Тогда я не успела ничего понять и почти даже не ощутила боли в том самом месте, куда вонзился меч, зато поняла сейчас. Странное чувство охватило с ног до головы, стоило осознать случившееся, а приятная, я бы даже сказала, будоражащая волна прокатилась по телу, приподнимая волоски в сладостном предвкушении. Неужели все подозрения насчёт меня оправдались, и я на самом деле унаследовала дар бессмертия от матери? Но ведь я была не в том теле, с которым родилась, тогда как это объяснить?

Стоило попытаться поднять руку с целью коснуться груди в том месте, куда вонзился меч, и я поняла, что с лёгкостью могу это сделать. Единственное, что слегка затрудняло движения – это непонятная простыня, которой я была накрыта. Сдвинув её ладонью, я поморщилась от слишком яркого солнечного света, ударившего по глазам, несмотря на то, что они были пока ещё закрыты. Именно эта, непонятного рода ткань скрывала меня от внешнего мира и любого его воздействия. Стоило её убрать и всё сразу обрушилось на меня, и в первые минуты я растерялась, но быстро взяла себя в руки.

Дотронувшись пальцами до места на груди, где должен был бы остаться порез или шрам, я ощутила, что там даже платье не порвано. Постепенно открыв глаза, я проморгалась и удивилась, что лицо не измазано грязью, слезами, землёй, не знаю, в чём там ещё оно должно быть? Прямо надо мной простиралось нежно-голубое небо с плывущими по нему белыми облаками. Рассматривая их, я невольно начала пытаться понять, на что они похожи, как раньше делала со звёздами и изображениями, в которые их складывала. Тут всё куда сложнее, ведь облака чаще всего напоминали просто кусок ваты или перины, которой набивали подушки и матрасы. Вот бы мне сейчас такую подушку под голову, было бы самое то.

Только размышляя об этом, я поняла, что мой затылок лежит на твёрдых, холодных камнях, а вокруг суетятся люди. Шаги каждого человека, проходившего в непосредственной близости, отдавались лёгкой вибрацией камней и заставляли мою голову слегка подрагивать в такт. Приподнявшись, я подставила руки и оперлась на них, ведь ничего поблизости для этой цели не оказалось. Внимательно осмотревшись по сторонам, я поняла, что лежу среди других людей посреди площади. Дома, расположенные прямо напротив выглядели не пострадавшими, но у них отсутствовала крыша, что не сразу бросилось в глаза, да и не привлекло к себе моего внимания. В первую очередь, я заметила множество тел. Вся площадь была завалена ими, но лежали люди так, словно их аккуратно разложили рядами. У некоторых под головой виднелся свёрток из вещей, одежды или просто мешок с непонятно чем. Этот сверток играл роль подушки. Больше оказалось целиком накрытых одеялами, точно так же, как только что лежала я. Над парочкой таких, сидя на коленях и склонившись чуть ли не к самому покрывалу, рыдали женщины. Через пару метров от меня молодая девушка, не старше пятнадцати, заливалась слезами, запрокинув голову и подставив лицо солнцу.