"Фантастика 2026-221". Компиляция. Книги 1-29 (СИ), стр. 388

Поёжившись от порывов ночного ветра, я закутался посильнее в плащ и бросил взгляд на одного из спутников, восседающего на коне рядом. Мы покинули столицу, как только я проверил покои Риана и убедился, что короля там нет. Это переполошило весь дворец и поставило всех на уши. Мне в сопровождение выделили целый отряд солдат, решив, что мы с незнакомцем отправляемся на поиски Его Величества. Отговаривать генерала от этой затеи я не стал и просто смирился с присутствием мужчин за спиной. Всё равно главная головная боль заключалась в госте, сопровождающем нас сюда.

Никаких подробностей или объяснений вытянуть из парня не удалось. Каждый раз, когда я пытался расспросить его о целях нашего визита, тот либо ссылался на мою супругу, либо шутил и отмалчивался. Больше всего он, конечно, жаловался каждому неудобству, с которым ему пришлось столкнуться, а мне так и хотелось плюнуть на всё, заковать его в кандалы и вернуть в столицу, поместив в камеру для пыток. Внутренний голос, к которому я привык прислушиваться, подсказывал, что настраивать этого типа против себя не стоило. Как показывала практика и история, если существо не так давно было Богом, то очень велика вероятность, что оно снова им станет, рано или поздно. Когда одно из существ, создавших мир, точит на тебя зуб, хочешь не хочешь, а параноиком станешь.

– И куда теперь? – поинтересовался я у незваного гостя, назвавшегося Богом мудрости Мидином. Прожив первые двадцать лет в стране, где в существование Богов не верили, я впервые слышал о нём. И даже вторая половина жизни, проведённая в другой стране, не добавила мне знаний об этой персоне. Сомнения в личности парня были, но слишком много совпадений и загадочных пропаж именно в день его появления.

Моя супруга за прошедшие два дня так и не объявилась. Это напрягало сильнее с каждым часом. Будь всё в порядке, Аиона могла возникнуть рядом в любую минуту, как делала это не раз, где бы я ни находился, но этого не происходило, и я по-настоящему начинал волноваться. Правда, не за неё, а за Риана, ведь и его пропажа именно в этот день что-то означала, а парень справа продолжал играть в молчанку. Единственное, что Мидин повторял особенно часто, так это проклятья в адрес моего короля, обвиняя его во всех своих бедах. А уж как он за это ответит перед всеми великими существами, создавшими этот мир, повторялось чаще всего остального.

– В подвал, – устало пробормотал бывший Бог, а я снова покосился на спутника. По его внешнему виду бросалось в глаза, что сидеть в седле парень не умел, а по выражению на лице становилось слишком очевидным, насколько для него всё это непривычно. Весь путь сюда с ним нянчились солдаты, благоразумно избавив меня от забот, и я был им премного благодарен.

– И где у этой махины вход в подвал? – послышался голос капитана, возглавлявшего отряд, парня лет двадцати пяти с короткими русыми волосами и светло-карими глазами. Его полного имени я не знал, но успел запомнить то, как его представил генерал перед отправлением и мысленно надеялся, что мне не придётся произносить это вслух.

– Хотел бы я знать, – ответил я, в очередной раз осматривая огромное строение замка в стоявшей темноте ночи, нарушаемой светом луны.

– На меня не смотрите, я обычно прямо в здании появляюсь, – пожал плечами Мидин.

– Может, лучше разбить лагерь и заняться поисками с утра? Внутри, небось, темень, как в заднице.

Это предложение мне понравилось, тем более, что с последнего привала прошло много времени, и мы все жутко устали. Вот только тратить время на сон, когда разгадка может быть так близка, я не хотел, как и лишать солдат заслуженного отдыха.

– Разбивайте лагерь здесь, а мы осмотримся внутри, – спешившись, я передал поводья ближайшему из солдат и забрал у него из рук факел, сопровождавший нас весь путь после захода солнца. – Слезай давай, пойдёшь со мной, – бросил я в сторону Мидина.

Неуверенно поёрзав, бывший Бог вытянул шею, словно пытаясь оценить, как высоко над землёй он находится, будучи верхом. Вцепившись пальцами в седло, он попытался перекинуть ногу, чтобы слезть, но с первого раза ничего не вышло. При второй попытке парень зацепился ступнёй за поводья и чуть не полетел на землю. Лошадь нервно заржала и принялась дёргать головой и перебирать ногами. Закатив глаза, я подошёл и помог бедолаге, чем мог, одновременно успокаивая животное и удерживая его на месте. Разница между этим типом и Аионой, когда женщина только вошла в мою жизнь, была настолько ощутимой, что в голове не укладывалось, откуда вообще вылез этот неженка?

– Мог бы сказать, что никогда не ездил верхом, взяли бы тебе карету, – заметил я, отстраняясь от Мидина и наблюдая за тем, как неловко парень поправляет одежду и с каким пренебрежением смотрит на животное рядом с собой.

– Да ездил я, – буркнул он. – И не так давно даже. Пару сотен лет назад.

Я покачал головой и направился в сторону замка, пока солдаты занимались лошадьми и лагерем. Если нам придётся ночевать здесь, лучше это делать на свежем воздухе, а не внутри столь древних стен, пропитанных историей и смертями, которые случились в них.

– Боги все такие нытики? – посмеялся капитан, а я невольно прикусил язык, но оборачиваться не стал, хотя очень хотелось посмотреть, каким взглядом Мидин наградит парня.

– Ты бы следил за словами, червяк, вот верну свою силу, и посмотрим, кто тут нытик.

– Сейчас я разозлюсь, развернусь и отправлюсь назад, а ты будешь сам оправдываться перед Аионой, почему не привёл меня сюда, – недовольно буркнул я.

Ссориться с Мидином не стоило. Ведь вполне вероятно, что рано или поздно он и правда сможет вернуть свои силы и тогда отыграется на всех, кто успеет его задеть. А если не вернёт, то у него ещё могли остаться друзья среди Богов. Едва заметно обернувшись, я проследил за тем, как парень неуклюже шагает следом, разминая затёкшие с непривычки ноги. Вспомнив свои ощущения после нескольких часов в седле, когда только начинал учиться ездить верхом, и искренне посочувствовал ему. Ведь раз бывший Бог не практиковался двести лет, то, вероятно, отвык от столь сильных физических нагрузок и сейчас заново познаёт всю прелесть уставших мышц и больной задницы.

– Ты мне так и не рассказал, зачем Аиона велела привести меня сюда? – спросил я, остановившись возле первой ступени, что вела к массивным резным дверям замка. Чем ближе к строению подходишь – тем грандиознее оно выглядит, и тем больше волн мурашек проносится по спине. Когда Мидин, наконец, доковылял до меня и замер по правую руку, то свет факела выхватил часть его лица и отразился в блёклых глазах, временно делая их красными.

– Она сама тебе расскажет.

Поднявшись по ступенькам, спутник протянул руку и дёрнул за массивное чугунное кольцо. Скрипнули петли, но дверь поддалась и сдвинулась с места. Резкий порыв ветра, вырвавшийся наружу, пронёсся мимо меня и растрепал волосы, заставив пламя факела трепетать. Наблюдая за ним, я облегчённо выдохнул, поняв, что оно не потухнет.

Переступив порог замка следом за Мидином, я осветил довольно большой холл, но для полноценного осмотра явно нужно больше света. Дальние углы остались погружены во тьму, а мне стало ещё более жутко находиться здесь ночью в компании типа, что называл себя Богом разума, лишившегося сил. Знать бы ещё, где здесь спуск в подвал, а то обыскивать каждую комнату первого этажа не очень хотелось. Ветер завывал в стенах старого замка, устраивая постоянный сквозняк, от которого пламя факела не переставало трепыхаться, так и норовя потухнуть. Прислушавшись, я услышал скрежет, очень похожий на крысиную возню, а за ним раздался и характерный для грызунов писк. Где-то что-то скрипело, а на фоне общих звуков удавалось различить ещё и голоса, и смех солдат снаружи.

– Вы можете орать ещё громче? А то не все Боги вас услышали, – раздался из темноты шёпот, произнесённый до боли знакомым голосом. Вздрогнув, я обернулся и принялся осматриваться по сторонам в поисках его обладательницы.

– Я предупреждал, что ты сама всё расскажешь, а мне лучше помолчать, – выставил руки ладонями вперёд Мидин. После этого жеста я смог различить фигуру супруги, скрывающуюся в одном из самых тёмных проёмов справа от входа. Когда я подошёл ближе, свет факела выхватил из темноты строгое лицо Аионы, обрамленное выбивающимися из толстой косы прядями волос. Суровые зелёные глаза смотрели прямо на меня, но в их блеске читалось едва заметное облегчение. Облегчение от одного моего вида.