"Фантастика 2026-221". Компиляция. Книги 1-29 (СИ), стр. 33

– В сообщении из столицы было сказано, что герцог попытался помешать убить двух советников. Своими действиями он спас одного, второй же умер вместе с ним от руки Виктора Кленского, твоего брата, – она начала отрицательно качать головой и вскочила на ноги, чуть было не опрокинув чайник с водой, и не наступив в костер.

– Нет, Виктор никогда бы не сделал этого! Я знаю своего брата, одни люди нас растили и воспитывали, советника – да, но отца – нет, никогда, – ее трясло, от злости, не холода. Наверно если бы бастард не был ранен, то девушка начала бы избивать его за ложь. За время разговора, парень достаточно согрелся, и встал, разминаясь. Видя начинающуюся у нее истерику, Рэндалл в два шага преодолел расстояние до нее, и схватил за предплечья.

– Это не важно, Миаленика, главное, что он мертв, вы понимаете, что это значит? Как только король умрет, его место займет самозванка, вы можете ей это позволить? – сейчас в нем не было сострадания или жалости, он хотел вразумить ее, чтобы наследница поняла всю сложность ситуации и приняла верное решение. Ей четырнадцать, естественно голова забита глупостями, что поделать. Сбежав из дома, она даже не подумала о возможных последствиях этого, ох уж этот детский максимализм. Суровой реальности девушка не видела и не знала, он хотел показать ей ее. Вырвав свои руки, она отстранилась на шаг и выставила ладони вперед, не желая приближения собеседника к себе. Слез не было, почему не было слез? Пусть она и решила не плакать, но от бессилия жутко хотелось. Он был прав. Отдышавшись и подняв взгляд на собеседника, Миа опустила руку и кивнула.

– Спасибо, что сообщили мне, не хотелось бы услышать такое, от кого попало, но почему сейчас? – вернувшись к уже закипевшему чайнику, девушка как ни в чем не бывало начала доставать продукты и кружки. Видя ее такой, Рэндалл даже загордился.

– Конечно новость не из приятных, но это единственное, чем я мог вам отплатить за это…– он запнулся. Взгляд невольно упал туда, где недавно они лежали.

– Ешьте, надо двигаться. Скоро ночи станут еще холоднее, и в лесу ночевать мы не сможем с таким скудным набором теплых вещей, – поторопила Миаленика своего спутника, протянув ему чашку чая. Кивнув ей, он решил, что пока с нее хватит потрясений, следовало дать девочке время принять и осознать то, что она узнала. В ней было столько доброты и наивности, аж дух захватывало и создавалось впечатление, будто она никогда никому не сможет причинить зла. Такой он хотел ее запомнить перед тем, как медленно уничтожит, спустив с небес на землю.

Глава 14.

Чувствовать себя беспомощным оказалось хуже всего остального. Пытаясь каждый раз погрузить свою спутницу в сон, парень испытывал жуткую головную боль, и чуть ли не вопил от нее. Если прежде он проклинал Венториэля лишь в шутку, посмеиваясь над ним в душе, так как опережал его, то теперь это имя проносилось в мыслях с такой ненавистью, которую не мог вызвать в нем весь совет целиком. Да как он вообще посмел лишить его способности, пусть и на время, но кто дал ему такое право? Злость бушевала в груди и рвалась наружу, но не на кого было ее направить. Пока спутница доверяла ему, и не связывала, все шло хорошо. Уже спланировав, как на следующем привале перережет ей во сне горло, Виктор улыбался. Капюшон на лице скрывал данный факт, и девушка ничего не подозревала, по крайней мере, он так считал.

Как только убийца освободится от нее, то сразу продолжит свои поиски. В последний раз Миаленика находилась в Низине, оттуда и стоило начать. Ее необходимо спасти от брака с Ронином, за который дочь герцога просто казнят советники, отдав ее корону ему. Они не дураки, нет, просто таковы тупые правила, которые все обязаны соблюдать. Плюнув на землю со злости, он кашлянул. Вот найти бастарда будет труднее, он не успел посмотреть, где тот находился, а значит, если дар не вернется, придется искать по старинке.

За всеми рассуждениями, советник не заметил, как они съехали с дороги, а солнце медленно скатывалось с небес. Женщина спрыгнула из седла, привязала свою лошадь и начала раскладывать вещи для ночлега. У нее с собой был спальный мешок, представлявший собой две медвежьи шкуры, сшитые между собой мехом внутрь, который не давал замерзнуть, они спали в нем по очереди. Последовав ее примеру, Виктор достал из своих сумок припасы, и попытался развести костер, но трава и ветки оказались мокрыми, так что идею пришлось забыть. Скудно перекусив, Аполинария отправилась спать, она всегда ложилась первой, преступник будил ее посреди ночи, и они менялись местами. Второго спального места или хотя бы одеяла не было, лежать на сырой земле знаете ли то еще удовольствие, особенно если учесть насколько ночи стали холоднее в последние дни.

– Расскажи мне, – неожиданно раздался голос с той стороны, где должна была спать его спутница. На протяжении всего пути, они перекинулись лишь парой фраз, и то относительно по делу. Сейчас же она что-то хотела от него, вот только советник сперва не понял, что именно. – Расскажи мне, как ты убил их. Что ты видел в их глазах перед смертью, и о чем они тебя просили. Как горел замок. – пояснила она свои слова. На самом деле парень не знал с чего начать, и стоит ли вообще выполнять такую необычную просьбу? Все ей рассказать значило признаться в совершенном злодействе, и она вполне могла использовать эти слова на суде, если конечно доживет до него и он состоится. Кто знает, может Венториэль сразу его убьет, без лишнего промедления. Приговора Виктор не боялся, но кто знает, справится ли он с лидером совета, как рассчитывал, и если нет, то это будет величайший провал за всю его историю. Способности должны вернуться, без них он не чувствовал себя самим собой. Смотря на землю под ногами, сын герцога вспоминал один из тех дней, о котором она просила, и не заметил, как начал пересказывать то, что видел. В глазах горело возбуждение, больше ничего те моменты в нем не пробуждали, ни совести, ни жалости, ни боли.

– Мне не составило труда покончить с каждым в замке. Если кто-то хотел дать отпор, я погружал его в сон, и он становился беззащитней ребенка. Мне не нравилось поступать так, и на мое счастье, таких было мало. Лучше, когда они встречают смерть с открытыми глазами. Идя по коридору замка, я оставлял за собой след из крови, стекающей с кинжала. Заходя в каждую комнату, каждый уголок, я не мог пропустить ни одного. Сохранить в тайне свою личность мне казалось важным тогда, и никто меня не узнал, капюшон сделал свое дело. Лезвие с легкостью входило в их тела, кровь летела во все стороны так, что к концу, когда уже никого не осталось, я весь был в ней, как и пол, стены, а где-то даже потолок. Ту одежду и плащ я оставил там, захватив запасные, найденные на складе. В тот момент я не чувствовал ничего, как и положено настоящему советнику. Ни совести, ни жалости, совершенно ничего. Даже когда все закончилось, и я с расстояния наблюдал за тем, как из окон замка вырываются языки пламени, и он весь медленно окутывается дымом, мне не было стыдно за содеянное. Я не жалел о нем тогда, и не жалею сейчас, – он запнулся, так как понимал, что лидер совета смотрит на него и видит гордившегося своими убийствами человека. Глаза парня горели в темноте из-под капюшона, тем более что он стоял, а она лежала. В уголках губ играла улыбка, и в этот раз девушка ее видела, совершенно отчетливо.

– Что толкнуло тебя на этот шаг? – не понятно, чего Аполинария пыталась от него добиться, и стоит ли вообще отвечать на ее вопросы, но терять Виктору было уже нечего, раз он собирается добить остатки совета, да и ее вместе с ними. Скинув с седла одну из сумок, он постарался подложить ее под себя так, чтобы ничего не раздавить, и неуклюже присел. Так стало лучше, она снова не видела изменений на его лице, а значит не узнает, врет он ей или нет.

– Совет отнял меня у отца, разлучил с семьей, единственными родными, которые у меня были, – честно признался он, бросив взгляд на девушку, – «Когда же она успокоится и уснет. Лучше б молчала, как всю дорогу» – пронеслась в голове мысль, и тут Виктор понял, что похолодел. Она знала его план, ну или хотя бы догадывалась, что он хочет ее убить сегодня. Способностей у нее точно нет, как тогда она поняла? Встретившись с глазами своей собеседницы, убийца понял, спать девушка не будет, пока не убедится, что ей ничего не грозит, а это не так. Пока он рядом, опасность будет угрожать лидеру совета всегда.