Охотник с Земли. Том 3 (СИ), стр. 22

В целом сектантов было не много, если сравнивать с количеством выживших, но при этом они имелись в каждом анклаве. Один-два рядовых слуги жукера, почти ничего не знающих, просто собирающих информацию. Основной их функцией было следить, чтобы сотрудники и заключённые Фармгалактикс не заразились мерцанием. Тогда следовало быстро устранить заражённых.

— А ведь они всё предусмотрели. — заявил мой пилот, последний выживший из группы быстрого реагирования. Он был моим напарником в поиске носителей черного супермутагена, и знал о результатах допросов. — Даже возможность заражения выживших. Господин капитан, получается, ханийцы работали с сектантами в паре?

— Вполне возможно. — с напускной невозмутимостью пожал я плечами, хотя самого очень интересовал этот вопрос. И всё же я сменил тему разговора: — Это поселение последнее в данном секторе?

— Да, внутренний круг уже проверили. — ответил пилот. Мы только что запустили на борт двенадцать выживших, один из которых был сектантом, и сейчас расположились в пилотской кабине. Слуга жукера уже был связан и изолирован от остальных, и вайс был готов допросить врага.

— Что ж, тогда возвращаемся в долину. Пойду, поработаю с пленником, может он расскажет что-то интересное. А то нам так и не удалось выяснить что-нибудь важное.

Покинув кабину, я прошёл к пленнику, сидевшему в углу. Собрался было повернуться к вайсу, чтобы дать ему разрешение на чтение и передачу мыслей, но в этот момент меня словно бы окатило волной гнили. Мерзкое ощущение, уже испытанное мною однажды, совершенно на другой планете.

— Подчинись! — прошипел сектант, выплюнув кляп. Чёрт, как он смог это провернуть? Освободиться от кляпа со связанными за спиной руками — это каким фокусником нужно быть?

Бросив взгляд на вайса, который расположился через одно сиденье от пленного и вроде как дремал, я понял, что мохнатый сейчас в глубоком отрубе. Так, и что это у нас происходит здесь? Захват судна сектантом? Чёрт, а ведь подобное может произойти и на других транспортниках…

Одним движением высвободив из ножен здоровенный нож, я шагнул вперёд и приставил остриё к горлу пленника, в которого вселилось сознание жукера, после чего произнёс:

— Поговорим, Чёрный?

— Кто ты такой⁈ — с нескрываемым испугом пробормотал одержимый жукером человек. Куда только подевались повелительный тон и презрение в голосе…

— Ты же понимаешь, что скорее всего подохнешь, не успев покинуть это тело? — с нажимом спросил я, игнорируя испуганное лицо. Всё моё внимание было сосредоточено на глазах собеседника — сейчас их залила чернота, и пока она там присутствует, жукер в моей власти.

— Что тебе надо⁈ — задал собеседник правильный вопрос. Что странно — из его голоса ушёл страх, и это мне не понравилось. Усилив давление острия на шею врага так, что тому пришлось задрать подбородок, я потребовал:

— Ханийцы! Серокожие гуманоиды — вы сотрудничаете с ними? Ответишь, позволю уйти.

— Ты задаёшь вопросы, которые не имеешь права задавать, странный корпорант. — ответил Жукер. — Хочешь получить ответ? Спроси у своего директора. Вас проиграли, корпорант. Словно рабов. Ах-ха-ха-ха! Ха-ха-ха!

Чернота начала исчезать из глаз пленного, так что мне пришлось выполнить свою угрозу. Один удар, и давящая на сознание аура исчезла.

Быстро вытерев лезвие от крови врага, подскочил к вайсу — того начало трясти. Из горла мохнатого вырвался сдавленный рык. Хоть бы не умер! Хоть бы не попал под контроль жукера…

Через три часа, когда мы наконец долетели до нашей новой базы и благополучно приземлились, директор тут же вызвал меня к себе.

— Снайп, наверняка ты причастен к гибели сразу нескольких сектантов, умерших в одно и то же время в разных поселениях. Мы зафиксировали смерть трёх человек.

— Есть такое, господин директор. В нашего пленного вселился жукер. — ответил я. — Он почти взял под контроль Вайса, и мне пришлось вмешаться. Сильная тварь.

— Вайса? Он же носитель супермутагена. Причём с детства. — директор аж вскочил из-за стола, который ему сделали из подручных материалов. Вообще забавно было смотреть, как из обычной пещеры пытаются сделать классический офис. Всё вокруг кричало о несовместимости.

— Вот поэтому, похоже, жукер и не смог подчинить нашего союзника. — ответил я. — Но воздействие от него шло мощное. В прошлый раз, на нашей колонии, было сильнее, однако тогда жукер бил своей ментальной атакой по площади. Сейчас же это было хирургическое вмешательство.

— Жукер сказал что-нибудь? — поинтересовался директор, и я вдруг понял, что сидящий напротив человек знает ненамного больше меня. Что ж, пусть остаётся в своём счастливом неведении.

— Нет. Начал угрожать, усиливать воздействие, а затем попытался сбежать. Пришлось прикончить одержимого. — вынуждено соврал я. Точнее отделаться полуправдой. — Господин директор, считаю, что нам нужно отсеивать сектантов на начальном этапе. Иначе мы потеряем транспортник вместе с экипажем. И ещё вайсы отказались сопровождать нас. Будут ждать тут, на месте.

— Согласен, будем устранять заранее. — кивнул начальник. — И ещё сократим вылеты до двух транспортников. Да, станет тяжелее, сроки выполнения задачи увеличатся, но я не готов рисковать нашим единственным преимуществом перед жукерами и их пособниками.

— Сделаем. — отреагировал я. — Устранение сектантов — приоритетная задача, допрос только в особых случаях.

— Верно. Надеюсь, за два дня управитесь. Отряды переформируй сам, я тебе доверяю.

Два дня нам не хватило. Всего на осмотр и зачистку ушло пять суток, и последний день мы почти не находили выживших. Причиной этого почти все посчитали близость с местностью, которая подверглась воздействию взорвавшихся бомб, но у меня имелись другие мысли на этот счёт. За последнее время я вообще сильно изменил своё мнение о происходящем на поверхности.

Сейчас у меня сложилось стойкое ощущение, что происходящее со мной и всеми нами — это игра в детской песочнице. Мы всё воспринимаем, как нечто крайне важное и серьёзное, однако есть те, кто наблюдает за нашими действиями, заставляя совершать те или иные действия. И вот эти самые наблюдатели как раз занимаются чем-то важным. По их мнению. А мы — так, пешки, которые не жалко разменять.

Что больше всего бесило — я не мог проверить, соврал ли мне жукер про главу Фармгалактикс, или нет? Ясно же, что он говорил про директора Вана И, а не про моего непосредственного начальника. И если черный сказал правду, у меня и моих друзей имеются все основания для расторжения контракта с корпорацией.

В целом, мы можем уйти в любое время. Да, нас объявят дезертирами, и путь в Содружество Миров официально будет закрыт. Зато сможем жить своим умом, и не рисковать жизнью ради чьих-то интересов.

— Наивный. — пробормотал я себе под нос, приближаясь к своей палатке. — Все равно найдётся тот, кто использует нас.

Очередное утро. Сегодня я собирался отправиться на охоту, но пришли хорошие новости — с Антиматы полностью сняли блокаду, и Фармгалактикс получила доступ к своим территориям. Точнее не своим, а арендованным — теперь у меня в этом не было сомнений.

В лагере с самого пробуждения царила суета. Транспортники забирали вновь сформированные отряды и отправляли их на границу заражённых земель. Теперь уже временно заражённых, так как представители Фармгалактикс бросили все имеющиеся ресурсы на очистку территорий от яда. Оно и понятно — условия, поставленные Хранителями, были жесткими.

— Батыр, остаёшься за старшего. — сообщил я другу, проходя мимо его кровати. Он сегодня дежурил ночью, и сейчас не спешил подниматься, хоть и проснулся. — Постарайся наш отряд удержать в полном составе. А то знаю я нашего директора, ему лишь бы заткнуть все дыры.

— Да мы же всего лишь сержанты, какие дыры можно заткнуть на нашем уровне допуска? — вяло возмутился друг.

— У корпорации сейчас дефицит кадров, так что ждите повышения. Лейтенантов вам точно дадут. — поделился я своими мыслями. — Может даже случится, что директор приблизит вас.