Дракон с условиями. Целительницу не предлагать! (СИ), стр. 14

– Я? – вскинул бровь дракон. – Видел, как это делают повара.

– Вот, еще и готовить придется учить, – тяжело вздохнула я, махнула рукой и позвала дракона: – Эдгар, нам нужна твоя мужская сила, пошли.

– В каком смысле? – нервно переспросил дракон. Я прямо заметила, как ходят его желваки от напряжения.

– Мебель починить, стекла вставить, выкопать плющ-деревянный и еще по мелочи. Ты умеешь?

Мужчина встал со стола и кивнул.

– Отлично, – улыбнулась я, – пошли, у нас тьма работы, а мэр придет через четыре часа проверить мою работоспособность.

– Сам мэр? – удивился дракон. – Чем же ты ему так насолила, дорогая?

У меня глаза полезли на лоб от его обращения ко мне. Когда это я успела стать "дорогой"? Да и что говорить ему? Что уважаемый мэр Риултона просто считает меня слишком маленькой, чтобы управлять лавочкой, даже временно, ну и, как истинный приверженец консервативных взглядов на жизнь, не понимает, как молодая незамужняя леди может оставаться совершенно одной без экономки или камеристки.

– Он просто привык все контролировать, – спокойно сказала я, – в лавке сменилась хозяйка, вот он и проверяет, справляюсь я или нет. А теперь, пошлите работать?

22 Эдгар

Весь сегодняшний день мне постоянно казалось, что я сошёл с ума! Как иначе объяснить странное поведение мое и теней? Я — член императорской семьи, один из сильнейших драконов Ондэра, прислуживаю девчонке! Безумие какое-то!

Да, она молодая, красивая, бесстрашная, раз решилась исцелить меня и держит у себя дома. Постоянно придумывает для меня условия. Для меня! Серьёзно? Как я мог так сдать? Ладно, не подходить к окнам и вести себя тихо, но ковыряться в земле… Она что, шутит? Судя по её лицу — ни капли.

Оказалось, что в этом небольшом поместье есть зимний сад, именно в нём мне и предстояло им помогать. Я ждал какой-то мужской работы: починить мебель, вставить стёкла – она же об этом говорила? Не то, чтобы я был специалистом в столярном ремесле. Вокруг всегда были слуги, которые выполняли всю грязную работу вместо меня. Починкой вообще никогда никто не занимался. Зачем чинить сломанный шкаф, если можно его заменить? С магическими предметами сложнее, но, насколько я понял, кроме горшка и зеркала в доме больше нет магических предметов.

Анна, подруга хозяйки, пошла заниматься лавкой, а Марита осталась со мной в зимнем саду. Какое-то время она смотрела на меня, потом на свои владения и начала с азов:

– Вот эта лопатка, – показала она рукой на инвентарь, надев перед этим длинный серый фартук и перчатки. Даже он умудрялся подчёркивать все достоинства этой несносной леди, – это грабли, знакомы с ними?

– Да, иногда случайно наступаю на одни и те же в императорском саду, – попытался отшутиться я, но она, кажется, не поняла. Познакомив меня со всем садовым инвентарем, девушка велела мне пересаживать цветочки. Что? Серьёзно? Мне — пересаживать цветочки!

– Марита, может, я лучше займусь мужской работой? Цветы – это удел женщин.

– Думаешь, я доверю тебе свою витрину, не убедившись, что ты способен выполнить элементарное дело? – с вызовом спросила она и, не дав мне ответить, продолжила: – Чтобы ты знал, умник, это не цветы, а лекарственные растения. Ты же дракон! Вы — сильные маги, наверняка умеешь варить зелья и отвары.

– Допустим, – согласился я. – Но я предпочитаю направлять свою силу туда, где она нужнее. Зелья и снадобья покупаю у проверенных лиц или беру у придворного алхимика.

– Как глупо с твоей стороны! – воскликнула Марита.

– Не понял. Что глупого в том, что я предпочитаю доверять профессионалам своего дела?

– Ты сейчас серьёзно? Неужели ты настолько в них уверен? Разве можно кому-то доверять сильнее, чем себе?

– При дворе работают только самые лучшие и преданные маги, – сквозь зубы процедил я.

– Они могут ошибиться, неосознанно! Их могут отвлечь, они могут заболеть… Неважно! Я считаю, что вопросы жизни должен принимать человек самостоятельно.

– Но я же доверил тебе, – сказал очевидное.

– Мне можно доверять, – спокойно, как что-то максимально очевидное, сказала она.

– Почему? – спросил я, задумываясь, сколько уверенности и самомнения в этом маленьком цветочке.

– Мне нет смысла вредить. Я взяла ответственность за тебя, когда решила спасти ночью. Через несколько дней ты улетишь, и мы забудем об этих днях. Придворные маги, лавочники, даже проверенные, могут предать в любой момент. Стать частью какой-то политической игры.

Я задумался. Было что-то в её словах. Я так точно никогда не смотрел на ситуацию под этим углом. Сколько всё-таки мудрости в этом цветочке, растущем на самом отшибе нашей империи. Только я сомневаюсь, что забуду это время, проведенное тут, в Риултоне, рядом с ней.

– Стоит доверять только себе, – настаивала Марита. – Поэтому умение выращивать травы, собирать их, готовить из них лечебные мази и снадобья необходимы всем, а тем более таким сильным и важным магам, как драконы. Хочешь, научу?

– А давай! – неожиданно для самого себя ответил и наклонился к девушке. Она показала, как сажать саженцы, осторожно вороша землю пальцами. Я заворожённо наблюдал за её руками, потом взгляд зацепился на её манящем декольте и небольшом кулоне в форме бутона цветка. Интересно, откуда он у неё? Она резко встала, сняла перчатки, вытерла тыльной стороной ладони свой лоб, оставила меня и пошла в лавку, а я стал осторожно выполнять доверенную работу, задумываясь об её словах и вспоминая сегодняшнюю ночь. В комнату с семейными артефактами короля не мог попасть кто попало, значит, среди своих был предатель. Причём кто-то из ближайшего круга.

Да уж! Я должен спасать императора, а я тут цветочки сажаю, не смешно ли? Нужно будет как-то связаться с ним или найти способ повысить свой резерв и скорее вылечиться. Что-то моя естественная регенерация подводит.

При этой мысли я ощутил, как тени вырываются наружу и стрелой направляются к пустому горшку, стоящему впереди. Они схватили горшок теневыми пальцами и разбили его вдребезги. А я ещё раз задумался, что за сила находится в этой целительнице, раз мои тени вкрай обезумели. И не только они, но и я, кажется, совсем потерял голову.

23

Времени до закрытия лавки и прибытия ревизора в лице мэра Риултона было немного. Радовало, что ситуация в целом была не так критична. Пока я наставляла драконища, Анна подмела, сгребла весь мусор в кучу и прямо сейчас записывала в тетрадь учета те наименования, которые были безжалостно растоптаны жадными покупательницами.

– Идея с распродажей была гениальна, – начала я, – но, боюсь, ещё одной такой распродажи наши стены не выдержат.

– Предлагаю так, – вмешался горшочек, – мы устраиваем себе отпуск и никаких лавочек не открываем.

– Это ещё почему? – возмутилась я.

– Ты видела этих теток? – хмыкнул горшочек. – Посмотри, что они сделали с этим благодатным местом! Они уничтожили Йорика!

– Кого? – уточнила я.

– Мой брат-горшок, в котором рос фикус. Единственное бестолковое растение, должно было уберечь его от покушений, но нет! – театрально завопил керамический.

– Переигрываешь, – подметила Анна, укладывая на витрину в образовавшиеся пустые места товары. – Но что-то нужно придумать.

Подруга оживилась, вышла из-за витрины и сказала:

– Слушай, мы собрали пять золотых – право на лавку отвоевали, значит, можно просто стоять за прилавком и продавать по несколько единиц товара ежедневно.

– Так нечестно, Анна, – упёрлась рогом я, – мне нужно доказать тётушке, что я чего-то стою.

– А разве тот факт, что она оставила тебя одну, хотя могла договориться с моей маменькой, не говорит об особой форме доверия и уважения?

– Нет, Анна, тут всё намного глубже. Я должна доказать себе, что тётушка не ошиблась, доверив мне самое ценное, что у неё есть.

Я стала смотреть по сторонам, выискивая решения в стенах, предметах, взгляд зацепился за декоративный чайный сервиз с цветочным орнаментом.