"Зарубежный детектив 2026-31". Компиляция. Книги 1-12 (СИ), стр. 490

Я не знала Макса так сильно, чтобы плакать навзрыд. Просто сложно было смириться с тем, что был человек, дышал, говорил, смеялся, а сейчас его нет. А ведь последнее, что он слышал от меня, были упреки. Я возмущалась, злилась и обижалась. Кто же знал, что так сложится?

И вдруг я вспомнила.

Когда мы с Максимом ссорились, он говорил об Испании. Он говорил, что открывает новую фирму в этой стране, только есть кое-какие неприятности, которые нужно устранить.

Может быть так, что это совпадение, или Крис знал, куда отправляет нас? Если Максима убили, как сказал судмедэксперт, двадцать первого декабря, а телефон не был доступен с двенадцатого числа, могло быть и так, что он находился именно в Испании. Значит, все дороги должны были сойтись именно в этом месте.

— Куда же ты влип, Макс? — пробормотала я и окинула взглядом салон.

Мой взгляд остановился на Юлиане, по щекам которой катились слезы.

Вот кому стоило поплакать о Максиме. Тот, наверняка, ее ни разу не обидел. Может, даже любил.

Кстати, почему Юля летит туда же, куда и я? Зачем Крис отправляет со мной человека, которого я так не переношу? Чтобы просто досадить мне? Нет. Кристофер хоть и садист, но не настолько. Он не дурак и просто так ничего не делает. Ему даже в подружки круглые идиотки не нужны. Наверняка, он и Юлю соблазнил по какой-то причине.

Стоп!

А не потому ли, что она была любовницей Максима и может знать то, чего не знаю я или Крис. Он же говорил, что Юля его информатор.

Я восторженно улыбнулась.

Снимаю шляпу, Кристофер. Ты знаешь, что делаешь.

Итак, я лечу в страну, куда ведут ниточки убийства Максима, с человеком, который мог быть в курсе некоторых событий. Возможно, Юля даже была в Ллорет-де-Мар с бывшим формальным директором «Максикриса».

События последних дней выстроились в одну цепочку, словно пазл собрался в целый фрагмент. Однако некоторые части еще были размытыми и ускользали от меня.

Значит, Крис знал, что Максу угрожает опасность? И те слова, про долги и неприятности, — правда? Получается, что и статуэтка майя — правда?

Нет, в это я поверить не могла.

Дальше Крис, как он говорил, спасал меня от угрозы. Почему? Что он мог знать? Чего не знала я? Если Александра, директора «Инфанти», выпустили, и он жаждал свести со мной счеты, то какое отношение к «Максикрису» он мог иметь? Чтобы спланировать такое, нужно было вести наблюдение не один год.

Но что мы имеем на данный момент?

Разорение «Максикриса» могло быть как-то спланировано Александром? Если да, то у него действительно длинные руки. Начать с нуля, просто заметить, что я вложила деньги в бизнес, и ждать благоприятного момента, чтобы потом лишить меня средств так же, как это сделала я. Затем убить Максима, спустя столько лет, только для того, чтобы меня обвинили и лишили свободы, как и его когда-то. Вот уж правда, месть — это блюдо, которое подается холодным. Только это слишком изощренно для такого среднего ума, как у Александра. Значит, у него были сообщники и за этим всем кто-то стоит. Я знаю фамилии: М. Корхен, И. Орлова и К. Лоньер — это люди, которые работали на него. Нет, в причастность Криса я не хотела верить.

Дальше, кто знает или догадывается о моем расследовании банкротства «Максикриса»?

Об этом могли догадываться только Крис, которому я сказала на завтраке, что занимаюсь финансовыми отчетами, Юля, которая мне помогла, потому что думала, что я пытаюсь насолить Кристоферу, ну и очень неприятно было говорить с главным бухгалтером. Та, судя по всему, пыталась мне угрожать. И конечно же, Александр, которому несложно было догадаться, что я суну свой нос в это дело. Он знал, на что я клюну. На то, что касается меня и моих денег. Всего три человека могли догадываться о том, чем я занимаюсь, и один был уверен и построил на этом свою аферу.

Не мало.

Но у Александра должны были быть глаза и уши в фирме, чтобы он знал, когда стоит выводить фигуры. Значит, среди моих знакомых есть человек, который меня подставляет? Кто?

Юля?

Я кинула на нее быстрый взгляд. Нет, она тоже жертва обстоятельств. Хотя с ее умением разбираться в людях и молчать… Она могла бы сливать информацию.

Ирина Андреевна?

Она не настолько приближена ко мне, чтобы знать обо всех моих действиях. Разве что финансовые отчеты. И я вообще ничего не знаю о том, какое она имеет отношение к делу.

Крис?

У него нет всей картинки. Конечно, не стоит упускать того факта, что он знает больше меня о ситуации, в которой мы находимся, но он не знает того, что известно мне. Или знает?

И тут меня прошиб холодный пот. Все ниточки сводились к Кристоферу.

— Юля, — настороженно сказала я.

Женщина вопросительно посмотрела на меня заплаканными глазами.

— Слушай, ты говорила Крису о бумажках, которые нашла несколько дней назад?

— Нет. Мы же договорились, — попыталась обидеться Юлиана.

— А в мой кабинет кто-нибудь заходил, пока меня не было? Тебя же позже всех привезли сегодня, и вчера ты весь день была на работе.

Секретарша задумалась, вспоминая.

— Да, — кивнула она.

— Кто?

— Не знаю.

— Как это?

— Просто сегодня твоя дверь была открыта.

Быть такого не может! Уходя, я всегда закрываю замок на два оборота.

— Следователи? — спросила я.

— Нет. Они пришли позже. Может быть, Крис.

— Почему ты так решила? — насторожилась я.

— Ну, его офис рядом, и в участок его привезли позже всех, — стала рассуждать Юля. — Он мог открыть твою дверь изнутри.

Я сама не заметила, как невольно затаила дыхание. Внутреннее напряжение вспыхнуло с новой силой. Я не хотела верить в причастность Криса. Я доверяла ему. А это всегда являлось основным рычагом для манипулирования. А может быть, я, как всегда, доверяю не тем. Нет, поверить в предательство Криса я не могла.

— А вчера?

— Нет. Ваши двери были закрыты.

Ну конечно. Никого из нас вчера не было в офисе.

— Черт! А раньше ты почему мне ничего не сказала?

— Ты меня не спрашивала.

Я проглотила ругательство, готовое сорваться с моих губ.

Крис узнал о том, что погибли его близкие. После того, как я уехала из офиса в тот день, я в сейф не заглядывала и бумаг не касалась, так же как и сегодня, я просто не успела это сделать. Может быть, их там и не было уже. С одной стороны, это было мне на руку, поскольку следователи не могли добавить к моему большому списку подозрений новые. А с другой стороны, кому нужна та папка?

— Вот и я думаю, — задумчиво изрекла Юля.

Я так и не поняла, к чему эта фраза. Неужели я рассуждала вслух?

Предпочитая думать, что эти слова были адресованы мыслям нашей секретарши, а не моим, я продолжила задавать вопросы.

— А в отделении ты что говорила по поводу той папки?

— Ничего. Меня не спрашивали.

— Ну конечно, — усмехнулась я.

Я некоторое время помолчала. Волнующие меня вопросы были озвучены. А так как протоколы допросов мне неоткуда было взять, приходилось довольствоваться тем, что сказала Юля, и своими домыслами.

— А ты уже была в Ллорет-де-Мар? — спросила я.

— Да, — восторженно сказала Юля.

— С Максом?

Юля вздохнула и ничего не ответила.

— Извини, — я поняла, что бестактно затронула то, что не следовало. — Если не хочешь говорить или тебе больно, то я пойму.

— Нет. Все нормально, — шмыгнула носом Юлиана. — Я была здесь с Максимом.

Отдыхали?

— Я отдыхала, а Макс по делам. У него тут домик на пляже и ресторан. Он купил их два года назад.

Моя бровь взлетела вверх.

Вот так так!

Два года назад? Откуда же он взял деньги?

Юлиана продолжала.

— Я покажу потом. Там очень весело и красиво.

— Он не говорил, откуда у него деньги?

— Нет. Знаю, что у него много друзей. Разных, — нахмурилась Юля. — А один раз он в драку влез. Его побили, да. А еще… — она запнулась. — Нет, я не должна говорить. С меня взяли слово.

Макса? Побили? Просили не говорить? Что за ерунда начинается снова?