"Зарубежный детектив 2026-31". Компиляция. Книги 1-12 (СИ), стр. 429

Клара поспешила к машине и открыла пассажирскую дверцу. Хитер была без сознания. Клара приложила тыльную сторону руки к носу и рту девушки и ничего не почувствовала. Ни вздоха. Клара отстегнула ремень безопасности и постучала ее по спине. После третьей попытки Хитер закашлялась.

Стэнли лежал на земле лицом к небу. Он не мог двинуться, тело больше его не слушалось. Он не чувствовал никакой боли. Даже солнце, на которое он смотрел в упор, не причиняло ему неудобств. Он не видел, как оператор Канала-6 опустился рядом с ним на колени, наводя объектив на искаженное агонией лицо. Для него существовало лишь ослепительное солнце… Раскаленное добела.

— Вот так и закончилась эта невероятная погоня. Я едва дышу, Стив. Извините… — сказала Дженнифер О'Брайен, без которой для миллионов телезрителей, затаив дыхание смотревших на экран, этот эффектный арест был бы лишен большей части своей зрелищности.

Эпилог

На следующий день Клара валялась на пляже Венис-Бич, убаюкиваемая мерным шумом прибоя. Позади нее суетилась разношерстная толпа девушек на роликах, жонглеров, уличных разносчиков и поклонников бодибилдинга на свежем воздухе. Из пляжного бара доносились сладкие звуки песенки группы «Велвет Андеграунд».

Ллойда Таулса задержали тем же утром на Каймановых островах, когда он выходил из банка с четырьмястами тысячами долларов, уложенными в две огромных спортивных сумки. Ему грозило тюремное заключение сроком на семьсот сорок два года без надежды на условное освобождение. Процесс уже привлек к себе повышенное внимание средств массовой информации.

Клара, спрятавшись за толстыми черными стеклами солнечных очков, подводила итог своему расследованию. В результате ей удалось спасти только одного человека — Хитер. Брюс бы спасся сам в любом случае, поскольку Стэнли Карден, скорее всего, сдержал бы свое обещание и отпустил победителя.

Один человек… Это так мало и в то же время так много.

Заместитель директора Мартин Стил поблагодарил ее и даже предложил перейти на работу в ФБР после трехмесячной стажировки в Квонтико. У Стила была невероятная способность всегда выходить сухим из воды, утопив по пути несколько своих коллег. Клара думала, не сделать ли Стилу контрпредложение: перейти на работу в полицию. Девиз полицейского управления Лос-Анджелеса: «Защищать и служить» — вполне его устроит, если будет относиться к его собственным интересам. Она вежливо отклонила предложение. Стил не настаивал. Его ждали в студии «Фокс Ньюз». Он правильно делал, что спешил, поскольку это дело недолго будет главной темой дня.

Клара поставила бокал с «Маргаритой» на песок, встала с шезлонга и вошла в воду. Она заплыла дальше, чем все остальные. Здесь не было серфингистов. Она не боялась. Она прекрасно плавала и знала, что во всем Тихом океане акул меньше, чем в Голливуде.

Послужила ли кому-нибудь уроком смерть Джейми Темпл, Чака Бартолетти, Донны Джексон, Эндрю Вогана и Трейси Атертон? Заставила ли она понять, что, выставляя свою личную жизнь напоказ, больше теряешь, чем приобретаешь? К чему ведет большая часть этих реалити-шоу? К тому, что вы позволяете себя унижать, марать, насиловать на глазах своей семьи, друзей и совершенно незнакомых людей, которые видят вас только такими, какими вас показывают. А ведь показывают-то обычно не человека, а маску! Разрешаете, чтобы кто-то вошел к вам с камерой и снимал вас для истории даже в тот момент, когда вы заканчиваете свой короткий земной путь и переходите в вечность. А что потом? Пересматривать кассету? Наслаждаться пятнадцатью минутами своей славы? Станут ли люди задумываться об этом после всего, что случилось? Клара в этом сомневалась.

Она вернулась на пляж. На экранчике мобильного телефона она увидела значки пришедшего сообщения и поступившего звонка. Сообщение была от заместителя начальника отдела внутренних расследований Чернопалого. Он поздравлял ее от имени всей криминальной полиции Лос-Анджелеса и милостиво предоставлял трехдневный отпуск. А звонил Кларе Рэй Кауфман. Она набрала его номер. Принимая во внимание все, что произошло, и чудовищно низкий рейтинг его передачи, сказал Рэй, он принял решение прекратить показ программы «Самый лучший». Однако он хочет перейти к другому проекту — снять телевизионный сериал по мотивам ее приключений. Ему очень нужно с ней увидеться, и как можно скорее. Он должен досконально понять внутренние мотивы главной героини, то есть ее самой, прежде чем начать подбор актрисы на главную роль. Он тоже родился в Нью-Джерси и, в общем… не согласится ли она пообедать с ним сегодня вечером в ресторане, чтобы все обсудить? Или завтра, если она слишком устала?

Голос Рэя был одновременно строгим и смущенным. И это было почти трогательно. Клара улыбнулась и в первый раз за много лет выключила телефон.

Да, и последнее! Ключевые моменты передачи «Остаться в живых», убийства Джейми, Чака, Донны, Эндрю и Трейси, а также фрагменты бегства и смерть Стэнли Кардена доступны на сайте www.thelastone.net.

Как говорится, спешите видеть…

Клод Файар

Клоун умер на манеже

1

Для мусульманина рай – место, где много красивых гурий танцуют, поют и с улыбкой предлагают вам ментоловый чай.

Для Жана Рейналя рай – только одно: большой театральный зал, где за ним навечно было бы закреплено престижное место.

Вся жизнь Жана Рейналя была посвящена театру. Но как и всех страстно влюбленных, его бросало в жар при мысли, что к его страсти могут быть примешаны деньги. Он сгорел бы от стыда, если бы покупал билет в театр. Строго говоря, он не был безбилетником в прямом смысле слова, не был «зайцем». Он мог предъявить удостоверение театрального обозревателя трех провинциальных газет, правда, газет, абсолютно не известных в Париже.

Упорством, улыбочками, иногда даже не совсем честным путем он добился того, что попал в списки многих театров и почти регулярно получал приглашения на генеральные репетиции или последние «прогоны в костюмах» перед генеральной. Иногда случалась осечка, и какой-нибудь театр вдруг переставал присылать ему приглашения. Просто появлялся новый администратор и в усердии своем решал, что необходимо пересмотреть список представителей прессы. И Жану Рейналю приходилось все начинать сначала, снова завоевывать свое столь желанное кресло. Поэтому он как чумы боялся перемен в администрации театров.

Жизнь для Жана Рейналя начиналась только вечером. Агент фирмы по торговле дофинеской солодкой, он дни напролет бегал, пристраивая свой товар. Работал добросовестно. Но на самом деле это был человек-сомнамбула, машинально открывавший и закрывавший чемодан с образцами, человек-сомнамбула, выслушивавший сетования и политические измышления бакалейщика квартала. Самим собой Жан Рейналь становился только вечером.

Когда в театре не было генеральной репетиции, он – в который уже раз! – отправлялся в мюзик-холл или в цирк.

Итак, вечером 30 сентября ни в одном из театров не было генеральной репетиции, ни в одном из театров не было премьеры. Жан Рейналь отправился в Цирк-Модерн, где в тот вечер дебютировал Марк со своими черными пантерами.

Обычно приход этого третьестепенного репортера никого не заинтересовывал. Поэтому он был очень удивлен, взволнован, даже, можно сказать, очарован тем вниманием, которое проявил к нему Жан де Латест, главный администратор Цирка-Модерн. Распорядившись усадить его в одну из лучших лож, он сам пришел туда под предлогом, что хочет рассказать гостю о представлении.

«Он наверняка принимает меня за кого-то другого!» – подумал Жан Рейналь.

Несколько смущенный сердечностью Жана де Латеста, он молча слушал его и время от времени делал пометки в своей программке. Он страшился неизбежного вопроса о том, насколько солидны представляемые им газеты, каков их тираж. Но Жан де Латест не коснулся этой деликатной темы, он только комментировал происходящее на манеже да между делом рассказал несколько забавных историй про артистов.