"Зарубежный детектив 2026-31". Компиляция. Книги 1-12 (СИ), стр. 248

И вдруг что-то пошло не так. Однажды, в конце трудовой недели, его взрослая дочь возвращалась пешком с любимой работы. Она была секретарем Верховного суда Техаса, год с небольшим назад выучилась на юриста, недавно стала матерью. Она шла по улице и попала под машину.

Вроде бы обычный несчастный случай – неизвестный водитель сбил ее и скрылся с места аварии, вот только она шла по тихой улочке возле своего дома, и день был погожий, пятница. А по пятницам после обеда Николас гостил у дочери и проводил время с внучкой. Это был его любимый день недели: он забирал внучку с урока музыки и вел в парк с хорошими качелями, в квартале от того места, где погибла его дочь. Он ее, кстати, и нашел. Значит, ему и предназначалось предупреждение.

Его клиенты заявили, что не имеют к аварии ни малейшего отношения, хотя недавно он проиграл в крупном деле, которое для них вел. И это походило на правду: их кодекс чести запрещал преследование членов семьи. Тогда кто же убил Кейт? И что это было – месть или предупреждение? Предполагали, что причастна конкурирующая организация, решившая переманить Николаса к себе.

Впрочем, мужу дочери было все равно: он винил своего тестя. Тот факт, что все произошло днем в пятницу, убедил его в причастности нанимателей Николаса. Вдобавок он винил тестя в том, что тот вообще связался с подобными людьми и навлек на свою семью такую трагедию.

Хороший адвокат не хотел, чтобы пострадала его дочь. Он всегда был прекрасным отцом и едва не умер от горя, но его зять плевать хотел на все доводы. К тому же его зять кое-что знал. Он знал такое, что Хороший адвокат доверил бы только близкому человеку и не для передачи третьим лицам.

Поэтому зять имел доказательства, которые обратил против тестя, и стал главным свидетелем в деле, в результате чего Николас пошел под суд, попутно поставив под удар своих нанимателей – за решетку отправились восемнадцать членов организации. Хорошего адвоката посадили вместе с ними.

Зять с маленькой дочерью исчезли сразу после суда, и больше о них никто не слышал.

Полное имя адвоката – Дэниел Николас Белл, зятя звали Итан Янг, дочь Итана – Кристин.

Я бросаю телефон на пол и растаптываю ногой. Открываю дверь ванной. Сейчас я схвачу в охапку Бейли и наши вещи, и мы уберемся из Остина. Не через пять минут, не через пять секунд, а немедленно!

– Бейли, нужно уходить! – говорю я. – Бери, что успела сложить в чемодан, и пойдем.

В номере пусто. Бейли ушла.

– Бейли?

Сердце бешено колотится. Я тянусь к телефону, чтобы позвонить ей или написать. И тут вспоминаю, что у меня больше нет телефона – я его разбила! Выбегаю в коридор, там пусто, не считая тележки горничной. Я мчусь к лифтам, выглядываю на лестницу. Бейли нет. Спускаюсь на лифте в вестибюль, надеясь, что она пошла в бар перекусить. Обегаю все кафе, даже «Старбакс». Бейли нет нигде.

За свою жизнь мы принимаем сотни решений, мы принимаем их постоянно. Так почему же то, которое не успеваешь обдумать как следует, оказывается самым важным?! Ты поднимаешься в номер отеля, запираешь дверь. Уверена, что находишься в безопасности, и идешь в ванную. Ты доверяешь девочке-подростку, думая, что она будет сидеть на кровати, что она останется в номере, ведь деваться ей некуда.

А ей страшно. Она сказала тебе, что не хочет уезжать. Так почему же ты решила, что она так легко сдастся? С чего ты взяла, что она тебя послушает?

Я бегу обратно к лифтам, мечусь по коридорам. Безумно злюсь на себя за то, что разбила телефон, что не могу ей даже написать, что не могу включить локацию и отследить девочку!

– Бейли, ты где?!

Я влетаю в номер и озираюсь по сторонам, словно она могла спрятаться в помещении размером в два гаража! Обыскиваю шкаф, заглядываю под кровати, тщетно надеясь ее обнаружить – свернулась калачиком и плачет, хочет побыть одна. Несчастная, но невредимая. Ради этого я готова на что угодно!

Дверь распахивается. Я испытываю огромное облегчение, решив, что Бейли вернулась, что я разминулась с ней, пока металась по отелю, что она просто спустилась в вестибюль за ведерком льда или содовой, что ей захотелось позвонить Бобби, что она нашла сигарету и выскочила покурить – все что угодно!

На пороге стоит вовсе не Бейли. Там стоит Грейди Бредфорд. На нем выгоревшие джинсы, надетая задом наперед бейсболка и дурацкая ветровка.

Он сверлит меня сердитым взглядом, сложив руки на груди.

– Вы сами все испортили! – заявляет он.

– Часть 3 –

Когда мы были молоды

Остинское подразделение Службы маршалов США находится в переулке, окна выходят на соседние здания и крытую автостоянку на другой стороне улицы. В большинстве зданий свет не горит, парковка почти пуста, зато кабинеты Грейди и его коллег освещены, в них кипит жизнь.

– Расскажите обо всем с самого начала, – велит Грейди.

Он сидит на краешке стола, я беспокойно вышагиваю по кабинету. Его неодобрение буквально висит в воздухе, но я и без того корю себя, ведь Бейли пропала по моей вине.

– Как это поможет найти Бейли? – восклицаю я. – Если вы меня не арестуете, я пойду ее искать!

Я направляюсь к двери, Грейди спрыгивает со стола и загораживает проход.

– Ее ищут восемь сотрудников. Единственное, что требуется от вас сейчас, – рассказать обо всем с самого начала. Вы же хотите, чтобы мы ее нашли?

Я выдерживаю его взгляд и подчиняюсь, понимая, что он прав. Иду обратно к окнам, словно от этого есть хоть какой-то толк, словно замечу Бейли, стоящую посреди улицы. Не знаю, на что я надеюсь – по ночному Остину гуляют толпы людей.

– А если ее забрал он? – спрашиваю я.

– Николас? – уточняет Грейди.

Я киваю. Голова идет кругом, и я как одержимая повторяю все, что о нем узнала, – насколько он опасен, какие усилия пришлось приложить Оуэну, чтобы от него скрыться и держать дочь подальше от мира Николаса, и как я привезла ее сюда…

«Защити ее!»

– Вряд ли, – говорит Грейди.

– И все же это возможно?

– После того как вы привезли ее в Остин, возможно практически все.

Я пытаюсь утешить себя сама, раз уж не утешает Грейди.

– Он не смог бы найти ее так быстро…

– Пожалуй, нет.

– Как вы вообще нас отыскали? – спрашиваю я.

– Наш утренний разговор мне точно не помог. Со мной связался ваш адвокат, некий Джейк Андерсон из Нью-Йорка. Сказал, что вы в Остине и он не может до вас дозвониться. Телефон выключен, и он беспокоится. И тогда я отследил вас через мобильного оператора – увы, слишком поздно…

Я отворачиваюсь от окна и смотрю на Грейди.

– С какой стати вас понесло в Остин? – интересуется он.

– Начнем с того, что вы сами заявились ко мне домой. Я сочла это подозрительным.

– Оуэн не говорил, что у вас задатки детектива.

– Оуэн мне про вас вообще не говорил!

Если бы кое-кто удосужился рассказать мне правду об Оуэне и его прошлом, я бы точно сюда не приехала, но Грейди слишком зол, и заикаться об этом не стоит. И все же я не могу удержаться: раз уж мы ищем виноватого, то почему крайней должна быть я?

– Недавно выяснилось, что мой муж – не тот, за кого себя выдавал. Так что мне оставалось делать?

– То, что вам было велено, – отрезает Грейди. – Залечь на дно, найти адвоката и позволить мне выполнить свою работу.

– В чем же она заключается?

– Более десяти лет назад Оуэн принял решение оградить свою дочь от опасности, дать ей возможность начать с чистого листа. И я ему помог.

– Но Джейк говорил… Я думала, что Оуэн не участвовал в программе защиты свидетелей.

– Все немного сложнее.

Я смотрю на него в недоумении.

– Сложнее?

– Согласившись дать показания, Оуэн должен был попасть под защиту, однако он думал, что в программе слишком много дыр, слишком много людей, которым придется доверять. К тому же во время суда произошла небольшая утечка.