Наследник (СИ), стр. 20

Один из стоящих в стороне противников наводит ствол излучателя на меня. Я смещаюсь с линии выстрела и снова рублю сверху вниз. На пол падает отрубленная половинка оружия. Пират тупо смотрит на металлический огрызок в своей руке и машинально давит на спуск.

Яркая вспышка. Поврежденная батарея взрывается, накрывая ворохом искр не только незадачливого придурка, не знавшего, что нельзя стрелять из поврежденного оружия, но и стоявших рядом товарищей, завопивших скорее от неожиданности, чем от боли, ведь простые искры не могут прожечь плотную ткань комбеза.

Я не даю им шанса прийти в себя и что-либо сообразить, вихрем налетаю на оставшихся рубя справа-налево. Азур в моих руках напоминают бешенную бабочку, сплетенную из стали. Каждый взмах — чья-то смерть, каждый поворот — чье-то ранение.

Стремительные движения сложились в танец смерти. Это был сверкающий узор, сметающий все на пути. Не человек, а идеальная машина для убийства.

Я выбрал свою любимую технику боя «слааеш» с упором на агрессивность и с минимальной защитой, она всегда мне нравилась за атакующий характер. И не прогадал, пираты больше не думали о сопротивлении, а жаждали лишь спастись.

Двое бросились назад по коридору, откуда прибыли, видимо к месту стыковки десантной капсулы, в попытке избежать непонятно откуда свалившегося на них кошмара, в окружении тусклого сверкания стали, несущего смерть. Но там их ждал Лукас, хладнокровно прекративший стрелять в момент, как услышал крики ужаса и только ожидавший подходящего момента, чтобы перерезать дорогу к побегу.

Сверкнули выпущенные разряды излучателя, вспышкой метнулись по стенам коридора искривленные тени. Два метких выстрела, два попадания точно в голову, два тела валятся на пол коридора.

Длинная пауза и тишина.

Воздух наполнен запахами озона с привкусом сырого железа — результат работы энергетического оружия и пролитой крови.

— Порядок? — вопросительно донесся голос наставника из-за угла.

— Да, — откликнулся я и гораздо тише добавил: — Порядок.

Коридор усеивали трупы в мешковатых плотных комбезах с дыхательными масками на лицах. И кровь, ее оказалось неожиданно много. Текла повсюду, вытекая из разрубленных тел.

Перед глазами промелькнула картина с выложенным мрамором холлом главной резиденции Дома, там точно так же лежали вповалку окровавленные тела. Меня едва не стошнило, настолько все показалось знакомым. Пришлось сделать усилие, чтобы взять себя в руки, сохраняя бесстрастное выражение лица.

Глава 11

11.

— Впечатляет, — Лукас подошел только после того, как удостоверился, что поблизости больше не осталось врагов.

Мастер боя ступал мягко. В отличие от меня, он оставил плащ в кают-компании и теперь был только в комбезе. Пятнистая расцветка с преобладанием темного на сером делало его похожим на солдат-норнов. На груди выделялось обозначение треугольника — знак принадлежности к Великому Дому Тэрелл.

Подойдя вплотную, наставник переложил излучатель из одной руки в другую. Мой взгляд проследил за движением, автоматически срисовав модель оружия, его конструкционные особенности, убойную мощь, количество зарядов и предельную эффективность в условиях ограниченного пространства внутренних корабельных помещений. Излучатель имел несколько бросавшихся в глаза модификаций: удлиненный ствол, увеличенную батарею, дополнительный компенсатор от перегрузок, улучшенную эргономику рукояти, доработанный прицельный комплекс и адаптивный модуль для ведения автоматического огня. Выглядела игрушка серьезно и наверняка обошлась в немаленькую сумму.

Я задумчиво взвесил в руке клинок, стоимость которого могла поспорить со стоимостью иного орбитального челнока, не самого нового и большого, но все же. Взгляд зацепился за потеки крови на узком лезвии азура. Меня снова замутило. На груду порубленных тел я старался не смотреть, невзирая на то, что стоял практически вплотную.

Воспоминания о произошедшем в резиденции нахлынули с новой силой. Кровавая бойня отпечаталась так крепко в памяти, что никак не хотела оттуда уходить, никакие ментальные техники не помогали.

И вот теперь снова.

Я едва сдержался, чтобы не выкинуть глупость вроде нервного смеха с кривлянием рожи, переходящей в хохот, а затем в тошноту. Бездна знает, как удалось сохранять спокойствие, но было нелегко.

Лукас оглядел порубленных мертвецов, затем посмотрел на меня, в глазах воина мелькнуло искренне уважение. И чуточку удивления, словно не ожидал, что я способен на нечто подобное. Разумеется, он видел записи, сделанные после подавления переворота, с разбросанными телами на выложенных мрамором полах, многие из которых несли следы ран от азура, но кажется до этого момента, он до конца не связывал их со своим учеником.

Почему-то это показалось забавным, я едва не улыбнулся, но вовремя опомнился, поняв, что это очередной симптом нервного срыва.

Надо успокоиться. Три быстрых вдоха. Задержка дыхания. Три медленных выдоха.

— Неплохо повеселились, — я сумел произнести слова с равнодушным спокойствием и даже кивнул на стену коридора позади Лукаса с многочисленными подпалинами — местами попаданий разрядов вражеских излучателей. Они прожгли панели отделки, но не вызвали пожар. Должно быть какой-то огнестойкий материал, не позволивший разгорится пламени. Только медленно тлеющий дымок, исчезающий с каждой секундой.

Разум отметил данный факт машинально. Видимо сделано для безопасности богатых пассажиров. А вот с защитой внутри корабля не срослось. С другой стороны, кто мог предугадать, что «Скользящий по лезвию» возьмут на абордаж? Точнее попытаются это сделать.

— Что с остальными?

Лукас пожал плечами, снова взгляд на груду мертвых тел, в этот раз оценивающий, в первую очередь из-за общего количества убитых врагов.

— Если считать с моими, то тут всего восемь, — он кивнул на двоих, пытавшихся бежать, убитыми точными выстрелами в голову. — По идее это могли быть все, но гарантий нет.

С моей стороны последовал неспешный кивок.

— Надеюсь команда заперлась в рубке и не стала делать глупости и лезть на рожон, — пробормотал я.

Остаться без обученного экипажа на борту корабля посреди космоса, не самая лучшая затея. Есть более приятные способы медленно умереть.

Хотя, конкретно в данной транзитной системе такая гибель нам скорее всего не грозила. Если подать сигнал бедствия, то обязательно кто-нибудь откликнется и придет на помощь, благо мы не успели уйти далеко от прыжковых зон, где появлялись другие звездные путешественники.

— Вряд ли бы они оказали сопротивление, проще договориться. В случае с пиратами — откупиться, — задумчиво заметил Лукас.

Аварийное освещение продолжало заливать коридор красным, превращая цвет крови в черный. Зато механический голос перестал каждую секунду сообщать о пробитой обшивке, похоже даже экипажу надоел бубнеж корабельных систем.

— Надо проверить, как другие. Отправляйся и посмотри, как там специалистка по безопасности, я пойду к рубке, — я резким движением стряхнул капли крови с клинка. Лезвие азура вновь стало выглядеть дымчатой полоской стали. Если не знать, на что она способна, можно даже обмануться, приняв за обычный металл.

Выслушав приказ, Лукас вновь переложил излучатель из одной руки в другую, подумал и нахмурился.

— Вряд ли стоит сейчас разделяться, — сказал он.

Он не хотел оставлять меня одного даже после увиденного. Не потому, что боялся, а потому что так требовал долг — всегда находиться рядом с сюзереном, чтобы прикрывать и помогать в бою.

Это тоже был аналог внедренной в подсознание программы, как психокодирование норнов, но только на более тонком уровне. Я это понимал, поэтому отрицательно покачал головой, кивнув в сторону коридора, ведущего на корму.

— Разделившись, мы успеем проверить гораздо больше мест, чем если будем вместе. Не забывай, что снаружи все еще пиратские рейдеры и неизвестно чего от них ожидать, если атака на Алию IX захлебнется или если у них кончатся ракеты класса «космос-поверхность». Мы не знаем, что они предпримут, поняв, что потеряли связь с десантной капсулой. Может уйдут, а может захотят догнать и отомстить за гибель своих.