Написать Империю 6 (СИ), стр. 26
— Волчата не смогут родиться от человека… Ох, что же мне делать… божечки…
Глава 21
Огромная луна висела над пустошами.
Её холодный свет заливал каменистые холмы, серебрил песок и ложился на крыши шатров. В такую ночь даже бесплодная земля казалась прекрасной. Тени становились мягче, дальние скалы теряли свои острые очертания, а звёзды над головой выглядели настолько близкими, словно до них можно было дотянуться рукой.
Сегодня пустоши праздновали.
Старейшины собрались в круг. Воины стояли за спинами, жители племени теснились чуть поодаль, стараясь не пропустить ни одного мгновения. Даже те, кто ещё недавно сомневался в решении своего будущего вождя, теперь молчали.
Время последнего ритуала пришло.
Серебряная Луна стояла в центре большого круга. За спиной высокого древа, впитывающего свет луны золотистыми листьями.
Её длинные волосы сами, казалось, походят на лунный свет. У неё на плечах лежала церемониальная мантия, которую носили предводители племени в такой день. Девушка казалась спокойной. Только тот, кто знал её достаточно хорошо, мог заметить, как крепко она сжимает свои кулачки.
Перед ней стоял её отец.
Нынешний вождь Шахрам долго смотрел на дочь. В его взгляде смешались гордость, тревога и какая-то печаль, которую он не позволял себе показывать при остальных.
Он знал, что однажды этот день настанет. Она была старше, чем его сын. Она была сильно мудрее. То, что этот день проходит именно так, это её заслуга. С первого дня правления она уже всем запомнится.
Но одно дело — знать, что твоя дочь вырастет и займёт твоё место.
Совсем другое — увидеть её перед собой, готовую снять с тебя всю ответственность. Забрать твоё бремя себе.
— Ты понимаешь, что тебя ждёт? — негромко спросил он.
— Да.
— Нет, вряд ли.
Серебряная Луна подняла на него глаза.
Отец усмехнулся, хотя улыбка вышла несколько натянутой.
— Иначе ты бы сейчас убежала.
— Будто бы ты позволил…
— Ага. Я уже приказал построить мне летний домик у озера…
Они оба улыбались друг другу.
Домик у озера в пустошах. Неделю назад это мог быть лишь бред сумасшедшего…
На мгновение всё вокруг перестало существовать. Остались только отец и дочь, которым предстояло попрощаться с прежней жизнью, даже если они продолжат видеть друг друга каждый день.
Затем мужчина отступил.
Ритуал начался.
Слова древнего обряда звучали под открытым небом. Их произносили медленно и с почтением, передавая от одного поколения к другому память о тех, кто правил народом до них. Старейшины называли имена прежних вождей, напоминали о долге перед племенем, о земле, которую нельзя бросать, и о народе, который нельзя оставлять без защиты.
Серебряная Луна слушала, не опуская головы.
Она знала эти слова с детства. Когда-то они казались ей частью старого мира — красивыми, но далёкими от настоящей жизни. Теперь каждое из них обретало свой вес.
Быть вождём означало не просто отдавать приказы.
Это означало отвечать за тех, кто не мог защитить себя. Принимать решения, которые кому-то покажутся несправедливыми. Иногда выбирать между двумя плохими исходами и жить с последствиями собственного выбора.
И всё же она не боялась.
Впервые за долгое время Серебряная Луна чувствовала, что точно сможет нести эту тяжесть.
Когда последние слова обряда стихли, её отец снял с себя знак власти и положил его на ладони дочери.
— Отныне Шахрам будет идти за тобой, — произнёс он. — Пока ты защищаешь свой народ, твой народ будет защищать тебя.
Серебряная Луна приняла знак.
И в этот момент из-за края далёких скал поднялась луна — огромная, яркая, почти нереальная.
На самом деле она уже давно висела над пустошами. Просто облака, скрывавшие её прежде, наконец разошлись.
Но собравшимся показалось, будто само небо выбрало именно этот миг, чтобы засвидетельствовать её возвышение.
Серебряная Луна подняла голову.
Свет коснулся её лица.
— Клянусь, — произнесла она, — что не оставлю свой народ в нужде. Не позволю страху решать за нас и не отдам наше будущее тем, кто считает нас слишком слабыми, чтобы выбирать это будущее самим.
Она оглядела собравшихся.
— Я не обещаю, что наши земли изменятся за одну ночь. Не обещаю, что исчезнут все наши беды. Но я обещаю, что ни одно племя не останется забытым. Семена, которые подарил нам Император, будут посажены там, где они принесут наибольшую пользу. Мы разделим землю, воду и плоды так, чтобы у каждого из нас появился шанс жить лучше, чем жили наши родители.
В толпе кто-то негромко выдохнул.
— Мы больше не станем бороться друг с другом за каждый клочок земли, если сможем вместе создать новые.
Она помолчала.
— Я не хочу, чтобы наши дети считали голод естественным порядком вещей. И не хочу, чтобы наши старики умирали, так и не увидев ничего, кроме этих камней.
Серебряная Луна сжала знак власти.
— Я хочу, чтобы однажды наши дети могли смотреть на пустоши и думать не о том, как выжить. А о том, где им хочется жить.
Тишина продержалась всего мгновение.
Затем первый из старейшин опустился на колено.
За ним — второй.
Третий.
Один за другим вожди склоняли головы перед новой правительницей Шахрам.
Даже Гурдан, который ещё недавно открыто заявлял о своей ненависти к людям, не стал препятствовать ритуалу. Он не выглядел счастливым и не пытался скрыть недоверие. Но всё же склонил голову вместе с остальными.
Никто не выступил против.
То, что ещё недавно могло закончиться расколом и даже кровопролитием, завершилось иначе.
Серебряная Луна стала новым вождём.
А огромная луна над пустошами словно смотрела на неё сверху, холодная и безмолвная, сохраняя память об этой ночи.
Вейран ушёл прежде, чем празднование достигло своего пика.
Никто не пытался его останавливать.
Он двигался быстро, почти не замечая камней под ногами. Позади оставались голоса, смех и звуки музыки. Люди поздравляли Серебряную Луну, старейшины обсуждали её обещания, а воины поднимали чаши за будущее племён.
Вейран слышал всё это.
Каждый звук вонзался ему под кожу ржавыми иглами.
Вы Глупцы. Все вы!
Они преклонялись перед девушкой, которая ещё недавно не обладала никакой властью. Радовались нескольким семенам, будто им подарили целый мир. Позволяли человеку из Империи Великого Света распоряжаться их надеждами, а теперь и вовсе праздновали так, словно все их проблемы уже остались в прошлом.
Такое будущее они выбрали?
Он остановился на вершине небольшого холма и обернулся.
Издалека лагерь казался островком света среди темноты. Даже небесная крепость сейчас не светила, отдавая почтение яркой луне. Над шатрами поднимались огни, а возле центральной площадки двигались крошечные фигуры.
Вейран стиснул зубы.
Он помнил, с чего всё начиналось.
Его народ не всегда жил в страхе. Когда-то у них были знания, сила и вера, которую никто не мог поколебать. Истинный Звериный Бог был не просто легендой. Он был ответом на вопрос, почему эта земля стала такой, и обещанием, что проклятие однажды может закончиться.
Но годы шли.
Поколения сменяли друг друга. Пустоши оставались бесплодными. Племена слабели, ссорились и забывали, что когда-то существовало нечто большее, чем борьба за воду.
Вейран верил, что сможет вернуть утраченное.
Он собрал сторонников. Нашёл тех, кто ещё помнил старые предания. Начал искать путь, о котором прежде боялись говорить вслух.
И теперь один человек перечеркнул это!
Рохан даже не пытался спорить с ним. Не вступал в борьбу за умы старейшин. Не доказывал, что вера Вейрана ошибочна.
Он просто посадил дерево.
И этого оказалось достаточно, чтобы поколебать всё, к чему Вейран шёл годами.
— Проклятый Император… — прошептал он.