"Зарубежный детектив 2026-35". Компиляция. Книги 1-13 (СИ), стр. 280
Но, несмотря на все самоувещевания, она все-таки потянулась к телефону и набрала его номер.
Эрик ответил после третьего звонка.
– Алло?
Он был дома. Она, воспрянув духом, почти открыла рот, чтобы начать разговор, но вдруг что-то заставило ее передумать и положить трубку. Недовольная собой, она пошла на кухню, но не потому, что хотела есть – ей просто необходимо было чем-то себя занять, а кроме еды, ничего не приходило в голову.
Она наполовину опустошила картонную коробку ванильного мороженого, когда в дверь позвонили. Дайана прислушалась, надеясь, что стоявший за дверью неизвестный гость уйдет. Она никого не желала видеть. Единственное, чего она сейчас хотела, так это доесть до конца мороженое, а потом открыть коробку с шоколадом.
Но дверной звонок не умолкал.
Она подошла к двери, помня о том, что вид у нее отнюдь не для приема гостей – синие джинсы и куртка от спортивного костюма, но сейчас ее это не волновало. Кто бы ни стоял там за дверью, пусть видит ее такой, какая она есть.
Она открыла дверь и увидела Эрика Паркера, державшего два бокала в одной руке и бутылку шампанского «Кристалл» в другой. На его лице была та самая плутовская улыбка, покорившая ее сердце несколько лет назад, но сейчас Дайана ненавидела его за эту улыбку.
– Я пришел, чтобы извиниться, – сказал он. – Прошлым вечером я вел себя как последний дурак и сейчас очень сожалею об этом. – Он ждал ответа, но Дайана стояла молча и недвижно. – Ну ладно, – пожал плечами Эрик с той же самой, хотя и чуть погрустневшей улыбкой. – Что ты скажешь на то, чтобы сейчас выпить у тебя кофе, а потом подняться ко мне и позавтракать? Мы можем все обсудить, и я расскажу тебе о наших отношениях с Селиной. Поговорим о нас с тобой, а потом…
Что-то привлекло его взгляд, и он, повернув голову, посмотрел в зеркало, висевшее справа от Дайаны. К его поверхности была приклеена одна из ее записок-памяток. Эрик прочел несколько первых пунктов… и застыл на четвертом.
– Ты и вправду считаешь, что у меня походка человека, страдающего запорами?
– А что тебя так удивило? Ведь ты весь наполнен дерьмом, разве не так?
В наступившем молчании они смотрели друг на друга, а потом вдруг их обоих разобрал смех. Дайана, отойдя на шаг в сторону, жестом пригласила его войти.
– Я, похоже, впускаю в свой дом вампира, – со вздохом произнесла она.
– Это плохо?
– Ужасно, но у меня в спальне установлена камера видеонаблюдения, так что я спокойна. Садись. Ну и видок у тебя. Сейчас посмотрю, где у меня «Пепто» [79].
Глава 13
В воскресенье Селина решила наконец взять в руки телефон и позвонить родителям, находившимся на вилле в Коннектикуте.
Ожидая ответа, она прошла по гостиной, обойдя сложенные посредине комнаты коробки, и вышла на террасу.
Было раннее утро, и по всему Манхэттену разносился звон церковных колоколов. Подняв голову, она посмотрела на голубое небо, удивилась прохладе ветра и стала наблюдать, как солнце начинает медленно подниматься над городом. Уже несколько часов было светло, как днем, хотя солнце только появлялось над Мидтауном.
Телефон звонил, но на том конце трубку не брали.
– Да когда же вы, наконец, ответите, – вслух посетовала она. – Хоть кто-нибудь снизойдет до того, чтобы взять рубку? Мои нервы и так на пределе.
Линия в конце концов ожила.
– Вилла Редманов.
– Карлос? Это Селина. Мой папочка уже встал?
– Да, мисс Редман.
– А могу я с ним поговорить?
Со времени ее детства родители всегда проводили воскресенье за городом. Одним из лучших ее воспоминаний было то, как в послеобеденное время она вместе с родителями стреляла по тарелочкам.
Джордж ответил ей буквально сразу.
– Где ты была? – с ходу спросил он. – Я со вчерашнего дня пытаюсь до тебя дозвониться.
Ее удивила нервная торопливость его голоса.
– Да я все время была у себя, – ответила она. – Правда, на телефонные звонки я не отвечала. А что, что-нибудь не так?
– Не так? Да, можно сказать, что-то не так. Вернее, все не так. После того как мы расстались, все покатилось под откос. Когда ты сможешь быть здесь?
Когда она приехала на коннектикутскую виллу, то нашла Джорджа одного, сидящим в залитой солнцем столовой, попивающим черный кофе и вперившим неподвижный взгляд в лежащий за окном широкий газон.
Селина, сняв солнцезащитные очки, взяла стул и села напротив отца.
– Так в чем проблема?
– Если ты спрашиваешь про наше соглашение с PPK, то оно приказало долго жить. Я обедал с ними вчера, и они отказались от участия в нашей операции. Нам необходимо найти кого-то другого для финансирования этой сделки.
Она не удивилась. Намеченная отцом операция всегда казалась ей неустойчивой.
– Они чем-то мотивировали свой отказ работать с нами?
– Да они выкатили мне целый список причин, – ответил Джордж. – И все они неубедительны.
– А ты не думаешь, что они собираются поглотить эту компанию сами, без нашего участия?
– Это была бы полная глупость с их стороны. PPK знают, что у нас есть опыт в управлении. Знают они и то, что лучше сразу совершить самоубийство, чем выступить нашими соперниками.
– Так-то оно так, – согласилась Селина. – Но ведь им также известно о то, что мы по твоим каналам получаем информацию о действиях американского флота. Они знают, что единственной причиной, по которой мы намерены приобрести «УэстТекс», является наш доступ к информации о делах в Иране. В этом и заключается вся привлекательность этой сделки. Так-то они могли бы сделать предложение и сами. И не забывай, что мы уже обезопасили себя обязательством «Ситибанка» оказать нам помощь с финансированием.
Джордж, казалось, успокоился и задумался.
– Такое могло произойти, – продолжала Селина. – Я не говорю, что именно так оно и будет, но это было возможно, и нам следовало быть к этому готовыми.
– Я знал, что этим все кончится, – сказал Джордж. – Поэтому я и обратился к Теду Фростману из Чейза. Он будет здесь к полудню. Я думаю, что мы втроем могли бы обсудить это во время стрельбы по тарелочкам и посмотреть, удастся ли нам что-либо придумать. Как твое мнение?
После двух прошедших дней Селине меньше всего хотелось участвовать в секретном совещании с Тедом Фростманом, тем более во время стрельбы по тарелочкам. Но она промолчала.
– Ладно, сменим тему, – предложил Джордж, откидываясь на спинку стула. – Ты рано ушла с приема. Мы с твоей матерью ведь не совсем дураки. Что происходит?
Она не ответила.
– Ведь ты же не без причины не подходила к телефону, и сейчас ты не совсем в себе. Полагаю, это связано с Эриком. Вы что, снова поругались?
Селина собиралась рассказать обо всем, но одновременно с этим ей не хотелось углубляться в детали. Джордж относился к Паркеру как к сыну. Она знала, что отец надеется на то, что они поженятся и что у них будут дети. Знала она и о его надеждах на то, что в один прекрасный день они с Эриком возглавят созданную им компанию.
– На сей раз все гораздо хуже, – ответила она.
Джордж, положив руки на стол, приготовился выслушать дочь. Селина колебалась, но в конце концов решила, что рано или поздно ей придется рассказать все; слова, как бурный поток, потекли с ее губ. Джордж заговорил только, когда она закончила.
– И это все? – спросил он.
– А что, этого не достаточно?
Он посмотрел на нее поверх очков.
– Я не это имел в виду, Селина, – его голос звучал спокойно, но лицо его пылало.
– Я понимаю, – сказала она. – Да, я поняла суть твоего вопроса.
Селина повернулась к окну, рядом с которым стояла, ожидая, что он скажет хоть что-то ей в утешение. Но так и не дождалась. Над ними повисло тяжелое молчание. Глянув на отца, она поразилось тем, каким гневом пылали его глаза. Джордж был взбешен, и Селина тут же пожалела о том, что рассказала ему все.