Смерть Бет, стр. 7

– Твои сообщения, наверное, не такие… игривые, как мои.

Джо пожимает плечами.

– Это ты у нас красотка.

– Это было грубо. И оскорбительно.

Схватив еще одну подушку, я прижимаю ее к груди.

– По крайней мере, всем известно, что ты жива.

В комнате повисает тишина. Со дня выхода книги мою память в своих публикациях почтили десятки людей, знакомых со мной достаточно хорошо, чтобы переживать по поводу моей смерти, но недостаточно близко, чтобы знать, что я на самом деле не умерла.

Мег залезает на кровать и крепко прижимает меня к себе.

– Сомневаюсь, что я когда-нибудь прощу папу за то, что он сотворил это с нами, особенно с тобой, но это пройдет. Обещаю, обязательно пройдет.

Ей хочется верить, но пока я не могу представить, будто мне станет лучше. Меня… сковало. В тот день в машине мы были все вместе, но папа убил не всех. Он убил меня. Только меня. Я пыталась спросить у него, почему, но не смогла подобрать слов. Наверное, я боюсь услышать его ответ. Боюсь, он скажет, что я скучная и безжизненная, что он не смог придумать для меня никакого будущего.

Джо без предупреждения восклицает, уткнувшись носом в телефон:

– Ни фига себе!

– Что такое? – тут же спрашиваю я.

– Только не говорите мне, что Опра прочитала книгу и просто обожает ненавидеть Эми Марч. – Эми продолжает лежать на спине, словно ничто не может ее сейчас удивить.

Проигнорировав ее саркастическое замечание, Джо поясняет:

– Teen Vogue хочет взять у нас интервью.

Мег продолжает стискивать меня в стальных объятиях.

– Teen Vogue? – переспрашивает она. – Его вообще кто-то читает?

– Да у них десятки миллионов подписчиков в соцсетях, – возмущается Джо. – Я сама подкинула им несколько историй.

– Я не буду ни с кем разговаривать, – категорично заявляет Эми.

Джо запрыгивает на кровать и втискивается между Мег и мной.

– Взгляните на это.

От списка ее личных сообщений мне становится не по себе – так много непрочитанных, что я с трудом сдерживаю стон, – но сообщение от Teen Vogue сразу привлекает мое внимание:

«Твоими сестрами».

«Сестрами».

Во множественном числе.

Я медленно сажусь, и одеяло Джо соскальзывает с меня.

– Они хотят поговорить со всеми нами?

Джо поворачивается ко мне, сверкая глазами.

– Почему бы нет?

– Мы на это не пойдем, – говорит Мег.

Но мне становится светло на душе от надежды, которой я не испытывала с тех пор, как книга поступила в продажу.

– Думаю, нам стоит это сделать.

Мег явно шокирована.

– Ты правда этого хочешь?

Пустота внутри как будто бы немного заполняется. В суматохе, окружающей книгу, никто не проявил интереса ко мне, не захотел меня выслушать.

– Ага. Думаю, да, – отвечаю я.

Похоже, мне удалось произвести впечатление на Мег: ее губы едва заметно растягиваются в улыбке.

– Ладно. Если Бет согласна, я тоже за.

– Эми? – спрашивает Джо.

– Да без разницы, – отзывается та.

Джо быстро отвечает, ее большие пальцы мечутся по экрану:

На экране возникают три мерцающие точки, и через какое-то время приходит еще одно сообщение:

И вновь становится пусто, темно и холодно. Я с головой залезаю под одеяло.

– Это какое-то безумие, – со стоном вырывается из меня, но слово «безумие» даже близко не отражает моих эмоций. Я знаю, что не обладаю энергетикой главной героини, как Джо, но таким ничтожеством я себя еще никогда не чувствовала.

– Что такое? – спрашивает Эми.

– Они думают, что Бет умерла, – немного помедлив, отвечает Джо.

– Да пошли они. – Эми вскидывает руку с вытянутым средним пальцем.

Джо придает своему голосу бодрости:

– Не парьтесь. Все норм. Я сейчас все порешаю.

Выглянув из-под одеяла, я вижу, как она пишет ответ.

На экране всплывают одно за другим четыре сообщения:

Чувствую, как замирает сердце. Под одеялом вдруг становится слишком жарко, и я слезаю с кровати Джо.

Джо, в свою очередь, встает на колени и обращает на меня полный драматизма взгляд:

– Ты должна это сделать.

– Одна?

Она наклоняется ко мне.

– Да брось, Бет. Это твой шанс. Хочешь доказать, что жива? Дай это интервью.

У меня сдавливает горло. Я никогда не хотела попадать на первые полосы газет, мне не нужен полный ящик личных сообщений, но Джо права – я должна доказать, что я больше, чем девушка, которая умирает в конце книги.

Глава 7. Джо (сейчас)

– Не уверена, что правильно тебя поняла… – Детектив Кирк стоит посреди кухни, широко расставив ноги; ее ручка замерла над листом блокнота.

– Я знаю, это сложно переварить, – вздыхает Мег, – но Бет умирает в конце романа.

Мне нужно вмешаться, но я с трудом могу дышать. Дом выглядит как-то не так, словно кто-то все в нем переставил, а перед глазами так и маячит образ окровавленной Бет.

Мег сосредоточенно смотрит на детектива, и я замечаю в темно-карих глазах сестры огонь. На ней джемпер с эмблемой Гарварда, который всегда вызывает у людей уважение – несправедливо, на мой взгляд.

– Эта книга сильно пошатнула психику Бет, – говорит она. – На нее свалилось слишком много ненужного внимания.

– Ты просто хочешь обвинить во всем папу, – с горечью вздыхаю я.

Мег стреляет взглядом в мою сторону.

– Ты единственная не видишь очевидного.

Я облокачиваюсь на кухонный стол, чтобы устоять на ногах. Это жутко, просто отвратительно, что реальная жизнь зеркалит сюжет папиного романа, но я не стану извиняться за то, что защищаю его. Он никому не хотел причинить вреда.

Я выталкиваю из легких застоявшийся воздух.

– Бет не привлекала никакого внимания, пока не дала интервью в Teen Vogue, и это была не папина идея, а моя.

Детектив Кирк поднимает взгляд от своих записей:

– Teen Vogue?

Я правда думала, что эта статья поможет Бет. Даст ей шанс рассказать всем, что она жива, показаться миру, как фокусник, когда выходит на поклон после удачного трюка с распиливанием.

– Я подтолкнула ее к этому, а потом все пошло наперекосяк.

Мег содрогается.

– Она все честно рассказала в интервью – о том, как больно, когда тебя сбрасывают со счетов, считая мертвой.

– Они исказили ее слова, – говорю я.

– Папу критиковали и до этого, но после интервью ему стали угрожать расправой.

Я встаю между Мег и детективом Кирк, продолжая спорить.

– Папа – не первый писатель, которому угрожают расправой за то, что он убил персонажа.

– Мы не персонажи! – кричит Мег.

– Ты даже книгу не читала.

– Я отказываюсь читать роман, в котором умирает моя сестра.

Это бьет по мне сильнее обычного. Я всегда считала девушек в «Маленьких женщинах» персонажами, сотворенными по нашему образу и подобию, но не видела в них нас самих. А теперь…

– Это просто вымысел, – слабо говорю я.

– Это похоже на вымысел, Джозефина? – Вспыхнув, Мег жестом обводит комнату, указывает на криминалистов, на полицейских, расположившихся у входной двери.

Я чувствую, как к горлу подступает ком. Меня распирает от гнева – и именно он помогает устоять на месте.