Жених на 2 недели (СИ), стр. 47

Вот как всё в голове может перевернуть тот самый.

Если честно, раскрутка необычной кофейни была для меня интересным проектом и вызовом. Мне самой очень хотелось сменить серые стены предыдущей работы на приятную солнечную кофейню. И, конечно же, попробовать тот самый «десерт» — кофе в съедобном стаканчике.

И я бы поехала прямо сейчас, но меня ждала моя бывшая работа. Я отпрашивалась всего на час.

Возвращаюсь с улыбкой на лице, и меня тут же вызывает моя начальница. В перерывах между всем этим не успеваю даже написать Богдану, оставляю телефон возле рабочего компьютера.

— Я готова предложить повышение зарплаты, — с порога говорит вредная женщина.

Я закатываю глаза.

— Всё же я выберу увольнение, — твёрдо решаю я.

— Ну, представь, как тревожно ходить по собеседованиям, бояться, возьмут не возьмут…

На меня прошлую это бы подействовало, но сейчас я лишь смеюсь.

— Знаете, я раньше боялась уйти по этим причинам, но теперь понимаю: наш самый сильный страх — наше желание. И я очень хочу уйти, потому что достигла здесь потолка своего развития. И тут уже дело далеко не в деньгах. — Я делаю паузу и добавляю: — Мне уже предложили работу с окладом в два раза выше. Вряд ли вы хотите предложить мне больше.

Начальница издаёт странный звук, похожий на кряканье, и я удовлетворённо покидаю кабинет.

Уже у стола замечаю СМС от Богдана: «Даже не сомневайся, я буду счастлив с тобой поработать».

Меня накрывает состояние перманентного счастья, и остаток рабочего дня пролетает быстро.

Домой возвращаюсь в хорошем настроении. Открытая дверь соседей и их очередная ругань за последние несколько дней уже не смущают. Лишь немного напрягает: стены ни к чёрту и мне придётся слышать их вопли.

Что ж, если наши самые сильные страхи, на самом деле наши желания, то…

Звоню Богдану и напрямую его спрашиваю:

— Предложение переехать к тебе всё ещё в силе?

Эпизод 94

Ева

Моя жизнь круто изменилась за один только май. Я съездила к маме, отстояла себя перед отчимом — не без помощи моего молодого человека, чуть не была изнасилована, пошла к психологу...

Уезжала к маме с фиктивным женихом, вернулась с настоящим. Поменяла работу, наконец переехала к парню. И теперь мы в шутку обсуждаем свадьбу. И так часто, так серьёзно, что я подозреваю, что это и не шутка вовсе.

— Чёрт, я, наверное, слишком быстро тараторю, — улыбаюсь я, сидя в кабинете у психолога.

В этот раз я решила приехать к ней очно, не всегда удобны онлайн-звонки. Почему-то у меня возникла потребность в «заключительном» сеансе. Предыдущий был после ужасного события, которое разделил мою жизнь на «до» и «после». Но тот разговор мне очень помог не свалиться в депрессивное состояние.

— Нет, всё нормально, — улыбается добродушная женщина. — Ваша жизнь насыщеннее, чем у людей с биполяркой в маниакальную фазу.

— Вы же не думаете, что… — ахаю я.

Но она вовремя меня перебивает.

— Нет, конечно, — смеётся Анастасия. — У вас же такие активные недели не сменяются депрессивными, когда не просто ничего не происходит, но и ничего делать не хочется?

— Нет! — качаю я головой.

— Тогда всё отлично, — улыбается она. — Не обращайте внимания, профессиональный юмор. Рассказывайте дальше.

— Я к чему это, простите, что не пришла на следующий сеанс, как и обещала месяц назад: у меня очень круто перевернулась жизнь.

— Не нужно извиняться. К психологу приходят только по потребности. Я, если честно, и не ожидала вас увидеть вновь, но очень приятно, что вы заехали, — кивает она, а затем продолжает: — Если переживаете за резкие перемены, такое часто бывает в начале отношений. Влюблённость придаёт много сил и энергии, позволяя решить многие проблемы, на которые раньше не было ресурса. Вот ваша работа…

— Да, — пришла моя очень перебить её. — Я никак не решалась с неё уйти, мысленно её ненавидя. Она съедала у меня все соки. Я очень боялась уйти в никуда. Боялась изменить жизнь. Теперь я понимаю, что за этим сильным страхом пряталось моё желание сделать это.

— Да, так частенько бывает, что из-за страха мы не замечаем, что на самом деле очень хотим этого. За страхом может прятаться нечто другое.

Она делает глоток чая, а я бросаю взгляд в окно.

За окном очень жаркий июнь. Мы с Богданом живём уже три недели, уже неделю я работаю из дома над самым невероятным в моей жизни проектом — кофейней. Я уже успела с ним съездить в одну из его точек и восхититься ассортиментом.

Богдан говорит, что продажи его кофейни увеличились после моих постов. Считаю, что он нагло врёт, но, судя по комментариям Екатерины, показатели действительно выросли.

— Просто… — Я прикусываю нижнюю губу, не зная, как сказать. — Понимаете… Богдан хочет познакомить меня со своими родителями, и мне страшно.

— Боитесь, что не понравитесь?

— Да, немного, — соглашаюсь я. — Впервые мне так важно произвести хорошее впечатление.

— Понимаю вас. Но от того, понравитесь вы будущей свекрови или нет, ничего не зависит. Со свёкром тоже.

— Почему? — удивляюсь я, вскинув брови.

— У вас завышено чувство важности события, — говорит она очень странную фразу, а следом поясняет: — Вы с Богданом уже живёте свою счастливую жизнь. Вам с Богданом жить, а не с его родителями. Даже если вы кому-то из них не понравитесь, это ни на что не повлияет.

— Вы правы, но мне всё равно немного страшно.

— К тому же у Богдана, судя по вашим рассказам, всё отлично с личными границами. И он сможет сказать маме или отцу нужные слова в случае чего. Ваш страх — он про тревожность. Вы живёте мыслями о будущем, когда сейчас находитесь в кабинете здесь, со мной, и вам не угрожает никакая опасность.

— И пью очень вкусный чай, — соглашаюсь я и теперь уже сама делаю глоток. — Спасибо, мне стало легче. И последнее…

— Да?

— Мне пришла повестка в суд…

Эпизод 95

Ева

Это звучит куда страшнее, чем ощущается. Я действительно получила повестку в суд, но не в качестве подсудимой, в качестве пострадавшей и свидетельницы. Занялся всем этим мой сводный брат и недели две назад уточнил, готова ли я выступить в качестве свидетельницы и пострадавшей.

— Ты можешь не участвовать, если не хочешь, — поддержал тогда Богдан.

А я испытала смешанные чувства.

С одной стороны, вновь ехать в Сочи, вновь испытать то самое чувство дежавю, бередить свои раны, с другой… отчима должны наказать. Если он выйдет на свободу, сколько ещё девушек может попасть под его «горящий» сами-знаете-что? Я же не могу прятаться вечно от своего прошлого? Я должна поставить точку и больше не бояться. Спать спокойно, зная, что этот гад сидит и не причинит мне вреда.

И я согласилась.

Но, когда получила письмо, испытала целую гамму негативных эмоций. Страх, злость, оцепенение. Я словно замерла, осознав, с чем мне придётся столкнуться.

И всем этим я делюсь со своим психологом.

— Понимаю ваши чувства, — кивает она. — Ещё не поздно отказаться…

— Я не хочу. Я хочу посмотреть ему прямо в глаза и сказать всё, что о нём думаю. Он терроризировал меня с тех пор, как познакомился с моей мамой. — Я злюсь, сжимаю кулак и тяжело выдыхаю. — Я плохой человек?

— Агрессия и злость — это не плохие эмоции, — уклончиво отвечает Анастасия. — Поймите, вы не робот, чтобы испытывать только условно положительные эмоции. Условно негативные, которые сложнее испытывать, тоже ведь показывают что-то своё. Что-то, что для вас важно. Агрессия и злость — про то, что ваши границы нарушены и вы хотите их отстоять. Зависть — про то, что вы хотели бы то же самое в своей жизни. Страх — защитный механизм, без него человечество бы вымерло. Самое главное — понять, что вы чувствуете и почему. И тогда такая эмоция не будет разрушать вас, а напротив, станет вашим помощником.

Округляю глаза.