Жених на 2 недели (СИ), стр. 44

Да и почти-допрос мне не очень нравился. Слегка нервировал.

— По твоим сегодняшним сборам и нежеланию идти, — отмахнулся я, сделав вид, что это действительно так просто.

На самом деле просто предположил, потому что мне и самому хотелось, чтобы это была правда.

— Может, просто с тобой настолько хорошо?

Мы вместе сели в машину, и я принял её неприкрытую лесть.

— Мне приятно это слышать, — не смог я сдержать довольную улыбку, пока заводил машину. — Но кажется мне, что ты пытаешься увильнуть.

— Ну да, мне не очень-то нравится моя работа. Доволен? — Ева закатила глаза, затем отвернулась к окну.

Надеялась, что мы так просто закончим разговор? Не так быстро!

Мы выехали на дорогу. Покосился на навигатор: утренние пробки (вернее, даже «стояки») совершенно не радовали. Таким Макаром мы приедет только через час. Надеюсь, Еве не сильно достанется.

— Тебе не нравится компания или сама работа? — осторожно уточнил я.

Если последнее, то плакала моя мечта о совместном бизнесе. Впрочем, я не сильно расстроюсь, главное, чтобы Ева нашла себя и была счастлива.

И плевать на такие мелочи.

— Компания, — нехотя призналась она. — Но я правда боюсь искать новую. И боюсь, что уволюсь, а на следующем месте будет хуже.

На некоторое время между нами воцарилась тишина. Не торопил её: понимал, что ей нужно всё обдумать.

— Твоё предложение очень заманчиво, — наконец сказала девушка.

— Ни в коем случае не буду на тебя давить, — заверил её я, надеясь, что не напугал её таким внезапным предложением. — Мне правда нужен человек, который разбирается в работе соцсетей, умеет их вести и поможет узнавать о моей кофейне.

— Я боюсь тебя разочаровать…

— Не переживай, — перебил её я, поворачивая на перекрёстке. — Я умею разделять личное и работу. А ещё я понимаю, насколько важен свободный график для такого сотрудника. Иногда в соцсетях аврал бывает по вечерам, а утром…

— … совершенно нечего делать, — кивнула Ева.

— Вот, говоришь, как моя предыдущая сотрудница, — усмехнулся я. — И как моя будущая. — Я не стал уточнять, кто именно.

— Ну, правда! Если основная работа кипит по вечерам, порой даже приходится поздно ложиться спать. А утром всё равно как втык — на работу к девяти, — пожаловалась Ева.

— Я буду рад, если ты согласишься на собеседование…

Ева кивнула, но ничего не ответила. Она зевнула, прикрыв рот рукой.

— Меня ждут литры кофе сегодня.

— Я бы предложил тебе из своей кофейни, но есть шанс, что после такого тебя уволят куда быстрее, — хмыкнул я.

Однако Ева лишь махнула рукой.

Спустя полчаса ужасной дороги, лихачей-водителей и прочего безумства мы всё-таки приехали. Её офис находился недалеко от моего дома, и в последний момент я задумался, что пешком, наверное, было бы быстрее.

— Спасибо, что подвёз, — бросила Ева, чмокнув меня в щёку. — Назначь мне собеседование со своей кадровичкой. И ни в коем случае не говори, кем я тебе прихожусь.

Эпизод 88

Ева

Выпархиваю из машины в прекраснейшем настроении. Это может быть моим последним днём работы в ставшем ненавистном мне месте. Как там поётся в песне? «Это мой последний день на „Титанике?“»*

Бросаю короткий взгляд на часы, понимаю, что опоздала на час, что впервые со мной случилось за столько лет. Махнула рукой и захожу в кофейню, где беру себе круассан и кофе. Голодной и сонной, от меня на работе всё равно толку нет.

В хорошем настроении вваливаюсь в кабинет, где меня встречает кислая морда моей любимой коллеги.

— И где ты шлялась? — бесцеремонно спрашивает Ангелина.

Периодически про себя зову её Токсиньей, потому что она ну очень уж токсичная. Но сейчас уровень наглости коллега, пожалуй, превысила.

— Проспала. Впервые с начала работы, — усмехаюсь я.

Нарочито медленно включаю компьютер. Параллельно жую и запиваю кофе. Наслаждаюсь жизнью.

— Я тебя прикрывать не стала. Уволят с работы — пеняй на себя, — продолжает она ворчать.

Ангелина не сильно старше меня. Так, может, на пять-десять лет. Она вечно отшучивается, что ей всегда восемнадцать, остальное — опыт. Опыт, похоже, скверный, потому что с годами женщина становится всё противнее.

— Да, спасибо, — вежливо отвечаю я ей. — Не переживай, сама уйду. Невозможно с такой коллегой работать — только настроение портить.

Я вдруг осознаю, что меня откровенно тошнит не то что от работы с ней, а от нахождения вместе в одном кабинете. Так токсично и неприятно. Она пытается испортить мне настроение, и в другое время я бы среагировала, но вдруг стало плевать.

— Что, папика себя нашла? — продолжает неугомонная женщина.

Вскидываю брови, смотрю на неё удивлённо. Ни капли раздражения, только нервный смешок.

— А тебя е… волнует? — Я чуть не перехожу на нецензурную брань, но вовремя осознаю, что именно этого она от меня и добивается.

Не хочу на работе выглядеть агрессивной. Напоследок. Хотя кого вообще должно волновать их мнение?

— Ишь какая смелая стала, даже старшим хамит…

— Так тебе же вечные восемнадцать, остальное — опыт? — улыбаюсь я, продолжая нагло жевать свой круассан.

Хочу отметить, что в кабинете мы сидим не одни. Тут ещё две девушки, примерно мои ровесницы, которые сейчас смотрят настоящее шоу и молчат. Никто из них и слова молвить против Токсиньи не смел, и я тоже поддерживала эту традицию.

Но теперь…

— Точно, папик.

Судя по изменившемуся лицу Ангелины, её знатно задели мои слова.

— Пришла без косметики.

Я закатываю глаза, покачав головой.

— В той же одежде, что и вчера. Значит, ночевала не дома. И сразу же увольняться. Только запомни, вечно молодой и красивой ты не будешь, найдёт твой папик другую, помоложе, покрасивше, да и с лучшей фигуркой.

— О, из жизненного опыта судишь? — Я проглатываю последний кусок своих быстрых углеводов. — Так подробно, как будто на себе пережила.

Ангелина задыхается от возмущения.

— Во-первых, ты такая невнимательная. Я всегда ненакрашенной хожу. Вчера было исключением. Во-вторых, да, ночевала не дома, но я повторюсь. Почему тебя это волнует? Спросила бы погрубее, но догадываюсь, что тебя никто не трахает.

Резко встаю из-за стола. Ангелина молчит, гневно смотрит на меня и тяжело дышит. Её лицо пошло пятнами, а я получаю несравненное удовольствие.

И понимаю: стерва будет мстить.

Осознаю, что я больше не хочу здесь находиться. Даже если моих умений не хватит для кофейни Богдана — плевать. Найду другую работу. Даже если с меньшим доходом, лишь бы без таких коллег. Она мне ведь даже не начальница, а ведёт себя именно так.

Иду в сторону двери, и Ангелина резко просыпается и кричит мне вслед:

— Эй, ты куда?! А работать кто будет? Я одна, что ли?

— Угадала! — отвечаю я, даже не обернувшись. — Иду увольняться! Достала!

*строчка из песни Лолиты Милявской «На „Титанике“».

Эпизод 89

Ева

Врываюсь в кабинет эйчара.

Причём налегке: потому что после принятого решения мне мгновенно стало легче жить. Никакого груза тягостных и навязчивых мыслей. Не пройду собеседование у своего парня — ну и плевать. Рано или поздно найду другую работу, а благодаря отпускным и остаткам зарплаты ближайший месяц я точно не пропаду.

Девушка вздрагивает. Смотрит на меня удивлённо.

— Я бы хотела написать заявление на увольнение, — смело и твёрдо заявляю я.

Она округляет глаза. Если честно, не помню, как её зовут. В последний раз мы общались, когда она принимала меня на работу.

В течение часа суеты мы всё-таки составляем заявление, я подписываю его и возвращаюсь радостная в кабинет.

Ангелина что-то ворчит себе под нос, и я с чувством победы сажусь за стол, чтобы хоть немного поработать. Проходит всего минут двадцать, как эйчар заходит к нам и говорит:

— Ева, с тобой хочет поговорить начальница.