Злодейке тоже нужен Хэппи-Энд. И дракон (СИ), стр. 47

— Я думал, что никогда не полюблю аристократку. Не люблю людей из знати. Вечно тыкали мне тем, что я внебрачный ребенок, словно я виноват в этом. Но ты совсем иная. С тобой я могу пойти и на званый ужин во дворец, и на тайную сходку бандитов. И просто прогуляться по улицам.

Ещё бы, я другая. Росла в другом мире, но сейчас мне кажется, что это к лучшему. Словно так и должно было произойти, чтобы мы оба могли заинтересовать друг друга и в итоге полюбить. Когда-нибудь, наверное, я даже признаюсь в этом...

— Но, несмотря на то что я не очень люблю своего отца, думаю, кольцо с фамильным бриллиантом Блайдов подойдёт тебе как никому другому. Как только мы доберемся до дома, я надену тебе его, если только ты...

Он смотрит мне прямо в глаза, и в его взгляде я вижу искреннюю любовь и нежность. Аж дыхание перехватывает: мне кажется, я всей своей душой ощущаю его чувства. И мои резонируют с ними.

— Ты выйдешь за меня? Станешь моей женой, моим постоянным сообщником, моим счастьем?

Глава 51

А потом меня закручивает круговорот разных дел. От дачи показаний против отца до нескольких приемов, на которых ко мне подлизываются так, будто это не меня еще несколько дней назад называли бессовестной разлучницей. Теперь меня восхваляют как героиню и считают необходимым подчеркнуть, что они бы точно так же поступили. Ну, если бы вдру-у-уг...

Вегард довольно долго терпит эти бесконечные приглашения, но в один момент, увидев, что я жутко устала, отвечает им так, что поток иссякает. И я ему очень благодарна. Потому что мы наконец-то можем провести время вместе.

У моего генерала тоже работы хватает: допрос Делариса с пристрастием приводит к тому, что сеть Теней сыплется, как карточный домик. Мы выясняем, что Тени завоевали даже лара Дитриха, наверное, чтобы он их лечил бесплатно. Чудом он не стал новым адептом в тот день, когда я сорвала ритуал в заброшенном храме. А по основному сюжету, может, и стал? Не зря же он терся у Лиры.

Я рассказываю Блайду всё, что знаю об отце. И о подслушанном однажды разговоре, об артефакте и карте у него в кабинете в столице. Отметки на карте волшебным образом совпали с тайными базами Теней, где они хранили разные вещи для ритуалов и запретные книги.

— Элен, мне нужна твоя помощь, — мрачно говорит Вегард однажды утром. — Мы взяли одного из координаторов. Того, кто связывался с твоим отцом по артефакту связи. Нам нужно опознание голоса.

Так я оказываюсь в казематах тайной полиции. Здесь холодно, стены давят, а магия полностью блокируется, отчего чувствуешь себя немного странно. Даже не замечала, что я, оказывается, все время чувствовала магию в своем теле и в окружении.

В комнате для допросов за столом сидит мужчина. Он выглядит помятым, но в его осанке все еще чувствуется военная выправка. Напротив него, скрестив руки на груди, стоит Орон Манур. Брат Лиры бледен, его кулаки сжаты так, что побелели костяшки.

— Знакомься, Элен, — жестко произносит Блайд, вводя меня внутрь. — Полковник Ллойд Варнер. Заместитель командующего гарнизоном у Темных Врат. И правая рука твоего отца в его темных делишках.

Ллойд поднимает на меня тяжелый, колючий взгляд.

— Очередной цирк, Блайд? Зачем ты девчонку сюда притащил?

Меня прошибает холодный пот. Этот голос. Чуть искаженный помехами тогда, в шкафу, но интонации, эта тягучая, надменная манера речи… Я узнаю его мгновенно.

— Это он, — твердо говорю я, глядя прямо в глаза предателю. — Я слышала этот голос в кабинете отца.

Ллойд дергает щекой, но молчит. Надо его как-то подловить…

— Зачем вы отираетесь? — продолжаю я, вспоминая детали того вечера. — Мы нашли ваше тайное место встреч, где “чайки встречают рассвет”. Вычислили его легко, оно было на карте. Там осталось полно улик и следы. Не ваши, случайно?

— Это ложь, — выплевывает полковник. — В том месте ничего не могло остаться, оно было уничтожено, как только мы поняли, что среди нас есть шпион.

Вот и попался. Мы с Блайдом переглядываемся и усмехаемся. Попался! Орон же, наоборот, мрачнеет.

— Предатель, — голос Орона громом разносится по тесной комнате. Он делает шаг к столу и опирается на него руками, нависая над пленником. — Зачем ты это сделал, Ллойд? Это ведь ты изменил маршрут моего отряда. Ты отправил нас в ущелье, зная, что там засада монстров, которых Тени приманили артефактами.

— Это была тактическая необходимость... — начинает юлить Ллойд, но Орон перебивает его.

— Необходимость?! Мои ребята погибли! Все до единого, кроме меня! Ты списал меня со счетов, доложил о моей смерти, даже не отправив поисковую группу! Зачем? Чтобы расчистить путь к Вратам? Чтобы некому было их защищать?

В комнате повисает звенящая тишина. Ллойд обводит нас взглядом: меня, Вегарда, Орона. И вдруг, поняв, что отпираться бессмысленно, зло усмехается.

— Чтобы изменить этот прогнивший мир, Манур. Вы, Хранители, слабы. Вы веками сидите на пороховой бочке и боитесь чихнуть. А Деарис предложил выход.

— Какой выход? — холодно спрашивает Вегард. — Уничтожить половину королевства?

— Что за чушь? — глаза Ллойда загораются фанатичным блеском. — План Братства был гениален. Врата можно использовать совсем по-другому. Их не надо закрывать, они не угроза, не шрамы!

— Да неужели? — усмехается Блайд. — Скажи это тем, кто пострадал от энергии тьмы, идущей из Врат и от монстров.

— В этом виновата только их собственная слабость. Такие и должны умирать. Остаться должны сильные, те, кто может принять в себя Тьму. Эту силу можно заимствовать, сделать своей. И я сейчас не об артефактах, тьму можно принять в свое тело.

— И стать одним из монстров? — провоцирует генерал.

— Нет! Первый ритуал прошел успешно. Наш глава смог. Если бы... если не вы, мы бы победили. Стали бы новым войском, новой элитой. Король ничего не понимает! С тьмой мы могли бы стать сильнее, контролировать монстров, а после захватить весь континент. Мы стали бы высшей расой, управляющей хаосом! А вы бы остались жалкими людьми.

— Безумцы, — выдыхает Орон.

— Половина из вас бы не выдержала ритуала, а вторая бы лишилась человеческой сущности, — комментирует Блайд. — Посмотри на своего главу. Деарис был готов жертвовать собственными детьми. Он совсем лишился сердца.

— Это все равно лучше бесконечной войны! — кричит Ллойд. — Я видел, что лезет из Темных Врат! Я устал бояться! Лучше управлять тьмой, чем быть ее кормом!

Вегард делает знак страже.

— Уведите его. Достаточно. Он подписал себе приговор еще тогда, когда предал своих солдат.

Когда Ллойда уводят, Орон бессильно опускается на стул и закрывает лицо руками. Плечи мужчины дрожат.

— Я верил ему, — глухо произносит он. — Мы служили вместе столько лет. А он просто сошел с ума. Управлять тьмой собрался...

Блайд кладёт руку на плечо Орона.

— Спасибо, эли Элен, — Орон смотрит на меня уставшими, покрасневшими глазами. — Если бы не вы, он мог бы выкрутиться. У него слишком высокие покровители в армии. Но теперь... теперь справедливость восторжествует.

— Мне жаль, что вам пришлось через это пройти, лар Манур, — искренне говорю я. — Предательство близких — это самое страшное. Я… понимаю это как никто другой.

Мы переглядываемся. Да, мы оба пострадали от амбиций Делариса и его приспешников.

— Теперь Братство обезглавлено, — говорит Вегард, обнимая меня за плечи. — Мы знаем их цели, знаем ключевые фигуры.

— Я возвращаюсь в гарнизон, как только закончатся суды, — твердо заявляет Орон. — Нужно вычистить эту заразу из рядов защитников. И… мне еще нужно попросить прощения у Лиры. За то, что позволил ей считать меня мертвым.

— Она простит, — улыбаюсь я. — Она уже простила. Главное, что вы живы и что мы остановили это безумие.

— Да, — Орон протягивает руку Блайду, и они обмениваются крепким мужским рукопожатием. — Спасибо, генерал. И вам, Элен. Вы спасли не только нас, но и, похоже, весь этот мир от кучки фанатиков.